Теория литературы. Текстология | Филологический аспект №05 (133) Май 2026

Литературный фланер и город XIX века: концепция Вальтера Беньямина в современных литературоведческих исследованиях

Пшеницына Екатерина Владимировна
старший преподаватель кафедры иностранных языков и речевой коммуникации, Московский международный университет, РФ г. Москва, SPIN-код: 1472-4222

Аннотация: Статья посвящена критическому осмыслению теории Вальтера Беньямина о фланере в современном зарубежном литературоведении. В центре внимания находятся критические исследования, вступающие в прямую или косвенную полемику с классической моделью городского наблюдателя. Выявлены основные направления критики концепции, и показано, что, несмотря на многочисленные попытки пересмотра, теория Беньямина остается жизнеспособной, так как большинство исследователей стремятся не к отказу от фигуры фланера как таковой, а к большей инклюзивности образа городского наблюдателя.
Ключевые слова: фланер, наблюдатель, Вальтер Беньямин, критика, городское пространство

Pshenitsyna Ekaterina Vladimirovna
Senior Lecturer at the Department of Foreign Languages and Speech Communication, Moscow International University, Russia, Moscow

Abstract: The article discusses critical rethinking of Walter Benjamin’s concept of the flâneur in contemporary literary studies. The main focus is on critical papers that directly or indirectly challenge the traditional model of the urban observer. The principal areas of criticism are identified, and it is demonstrated that despite numerous attempts at revision, Benjamin’s concept remains viable as most researchers strive not to abandon the figure of the flâneur per se, but to make it more inclusive.
Keywords: flâneur, observer, Walter Benjamin, criticism, urban space

Данное исследование посвящено изучению городского пространства периода модерности (от англ. modernity или фр. modernité) или «современности» и связанной с этим пространством фигуры литературного фланера. Эпохой модерности обычно называется исторический период, начавшийся в Европе и Америке в конце XVIII – начале XIX века. Это время развития капитализма, бурной индустриализации, роста городов и формирования новой городской культуры.

Концепция литературного фланера как ключевой фигуры репрезентации городского пространства указанного периода сформировалась благодаря трудам немецкого теоретика и историка культуры, философа и литературного критика Вальтера Беньямина (1892-1940), посвященным творчеству Шарля Бодлера. Его работы приобрели огромную популярность во второй половине XX века во многом благодаря большому количеству последователей, развивавших его идеи. В последние годы наблюдается рост интереса к фланеру Беньямина – исследователи предпринимают попытки переосмыслить концепцию и применить ее к реалиям постмодерна и современных высокотехнологичных городов [1]. Интересна также тенденция к трансформации образа городского наблюдателя в современной литературе, где фланер становится выразителем новых этических принципов и моделей поведения [2]. Есть примеры поиска неожиданных граней фигуры фланера – «эко-фланер», изучающий город с точки зрения экологии, природы в условиях интенсивной урбанизации и принципов разумного и устойчивого развития современного мегаполиса [3]. Наблюдаемый научный интерес к концепции Беньямина и попытки применить ее к новым областям гуманитарных исследований подтверждает актуальность полемики вокруг образа фланера в литературе, начавшейся еще в 1980-е годы.   

Цель данной работы – рассмотреть, как концепция Беньямина представлена в работах современных зарубежных литературоведов, выявить ее спорные аспекты и, одновременно, ее потенциал. В связи с поставленной целью планируется решить следующие задачи: 1. кратко представить основные положения теории Беньямина, 2. проанализировать ключевые статьи и монографии, демонстрирующие различные точки зрения и подходы к изучению фланёра как городского и литературного персонажа, 3. сделать обобщающий вывод об отношении современных ученых к фигуре литературного фланера и актуальном состоянии концепции Беньямина.

В качестве материала исследования были отобраны англоязычные монографии и статьи современных литературоведов, посвященные анализу концепции Беньямина, а методологической основой послужил историко-литературный и историко-культурный подход.

Вальтер Беньямин о фланере XIX века

Согласно представлениям Беньямина, мода на фланирование или свободные прогулки по городу без какой-либо определенной цели приходит в Париж примерно в 30-е годы XIX века. Такой вид досуга быстро завоевывает популярность в литературных и журналистских кругах. Результатом этих прогулок становятся газетные зарисовки парижской жизни, а также так называемые «физиологии» (фр. «physiologies») - дешевые книжечки небольшого размера с очерками-портретами горожан различных сословий и профессий. Такие заметки и очерки отражали наблюдения фланеров-литераторов за повседневной жизнью Парижа и парижан. [4, с. 23] Вслед за этими карикатурными зарисовками типичных горожан в печати появляются очерки по физиологии города, такие как «Париж ночью» или «Париж на воде». Беньямин отмечает, что расцвет «физиологий» приходится на начало 40-х годов XIX века, после чего начинается постепенный упадок этого жанра, а с окончанием периода буржуазной монархии он полностью исчезает.

Однако, в Париже 30-40-х годов, до реформ Османа, не все пространства могли быть использованы для подобных неспешных прогулок, так как широких улиц было еще недостаточно, а гулять по старым узким улочкам было трудно из-за большого количества экипажей. По этой причине ключевую роль в развитии моды на фланирование в Париже, по мнению Беньямина, сыграли Пассажи - освещенные проходы между целыми кварталами домов. Пассажи были вымощены мрамором и покрыты стеклянными крышами, по обеим их сторонам были расположены магазины. Впоследствии именно магазины станут основной целью «наблюдений» фланера, а сам персонаж постепенно растворится в потоке покупателей, разглядывающих выставленный в витринах товар.

Необходимо отметить, что в трудах Беньямина представление о фланере противоречиво. Фланёром оказывается не только наблюдатель, непосредственно гуляющий, передвигающийся по городу, но и тот, кто занимает некую стратегическую позицию, позволяющую обозревать панораму города и рассматривать прохожих.

Кроме того, сразу несколько городских типажей оказываются родственными фланёру. Фланер оказывается детективом, так как в толпе большого города, которую он внимательно изучает, могут легко укрыться различного рода мошенники, а также люди, что-либо скрывающие, имеющие тайну. Беньямин уподобляет фланера-детектива художнику, так как оба они способны мгновенно улавливать малейшие изменения в пространстве и находить формы выражения для каждого нового явления. Фланер-художник и фланер-поэт, в свою очередь, обнаруживают сходство со старьевщиком и даже преступником. Все эти маски метафорически выражают какую-либо грань поэтического творчества.  Беньямин считает, что такая многоликость фланера обусловлена характером времени и пространства модерности, которые он воплощает. Пестрота и изменчивость города диктуют постоянную смену лиц и образов. Только так фланер сохранит способность создавать панораму городского пространства из разрозненных картин и впечатлений.

Критика концепции Беньямина

Концепция Беньямина послужила основой и вдохновением для большого количества научных работ. Современные исследователи либо следуют за Беньямином, либо, напротив, подвергают его идеи пересмотру.

Михаил Ямпольский, развивая концепцию Беньямина, анализирует функции фланёра, детектива, художника, старьевщика и бродяги в визуальной культуре нового типа, сложившейся в городе XIX века.  Все эти персонажи, по мнению Ямпольского, наделены «сверхзрением» и, соответственно, способностью «видеть сущность за видимостью». [5, с. 33] Ольга Волчек прослеживает генеалогию фланера во французской литературе и творчестве Бодлера и Достоевского. [6]

Дана Бранд, напротив, в своей известной монографии “Наблюдатель и город в американской литературе XIX века” [7] открыто полемизирует с Вальтером Беньямином и полагает, что уже к началу XIX века традиция фланирования была намного более развитой, чем представлялось Беньямину, и эти процессы происходили не только в Париже. Фланёр являлся в равной степени английским и французским феноменом и был распространенным персонажем европейской литературы задолго до указанных Беньямином 30-40-х годов XIX века.   

В Англии фланёр появляется, по мнению Бранда, уже в начале XVII века, причём культурные предпосылки его возникновения сходны с описанными Беньямином обстоятельствами появления фланёра во Франции. Культура потребления начинает развиваться в Лондоне уже в XVI веке, а открытая там в 1571 году Королевская биржа является предшественницей торговых пространств более позднего времени, в том числе и парижских Пассажей. Успех и популярность Королевской биржи впоследствии привели к строительству новых торговых галерей в Лондоне, что способствовало формированию новой визуальной культуры, развитию консьюмеризма и появлению новых городских типажей уже в XVII-XVIII веках. Именно из Лондона фланёр был «импортирован» в Америку.

Кроме главного героя рассказа Эдгара Аллана По «Человек толпы», фланёры обнаруживаются в произведениях Вашингтона Ирвинга, Натаниэля Паркера Уиллиса и в поэзии Уолта Уитмена. Бранд считает таких персонажей частью давно сложившейся в англоязычной культуре и литературе традиции, не соглашаясь таким образом с Беньямином, называвшим фланера исключительно парижским явлением и характерным городским персонажем именно времён Бодлера.

Еще один известный исследователь XIX века, Присцилла Паркхёрст Фергюсон, обращается к концепции Беньямина в монографии «Париж как революция: заметки о городе XIX века» [8], одна из глав которой посвящена возникновению и развитию образа фланера во французской литературе. Паркхерст Фергюсон считает, что фланёр действительно впервые появляется в Париже XIX века как символ нового капиталистического города и нового постреволюционного общества. Однако происходит это раньше указанного Беньямином периода, а именно, в самом начале века.

Этот персонаж, полагает Паркхерст Фергюсон, складывается и развивается в течение всей первой половины XIX века, появившись еще в период империи. В эпоху Июльской Монархии он входит в моду и приобретает невероятную известность благодаря широкому распространению «физиологий» и популярных в этот период зарисовок характеров и скетчей о жизни Парижа. К середине века литературный фланер претерпевает радикальные изменения, главным образом в творчестве Бодлера и Флобера.

К началу периода Реставрации фланёр уже является хорошо узнаваемым персонажем на улицах города, хотя окончательно формируется и входит в литературу он благодаря Бальзаку. В «Физиологии брака» фланёр впервые приобретает полноценный портрет. Это портрет фланёра-художника, противоположный портрету обычного фланёра-наблюдателя. Фланёр-художник Бальзака не просто совершает прогулки по городу, пассивно наблюдая его жизнь со стороны, он именно интерпретирует увиденное, создавая художественные образы. Он является не только читателем городского текста, но и его творцом. Хотя исследователь и отмечает, что в позднем творчестве Бальзака фланер время от времени предстает не столько наблюдателем, сколько потерянным, отчаявшимся человеком, в целом бальзаковский фланер – романтизированный художник-аристократ, разворачивающий перед читателем или зрителем величественную панораму города.

Однако в произведениях Бодлера и Флобера фланер демонстрирует более сложные отношения с городом. Париж середины века значительно отличается от Парижа 1820-х и 1830-х годов. Отчасти это связано с изменившейся политической обстановкой - установлением в 1848 году Второй Республики в результате буржуазной революции и последующим захватом власти Наполеоном III и провозглашением Второй Империи в 1852 году. Кроме того, масштабные работы по изменению городской среды, предпринятые Османом, значительно изменили облик города и городское пространство, что также повлияло на практику фланирования и восприятие художником города. Герой неизбежно меняется с течением времени вместе с городской средой, которую он стремится постичь и изобразить. Уже в текстах Бодлера он предстает амбивалентной фигурой, имеющей немного общего с бальзаковским фланером. Если для Бальзака фланирование – это способ интерпретировать и освоить город, то для «художника современной жизни» Бодлера исследование города становится прежде всего внутренним исследованием себя. А фланёр Флобера – одинокий изгнанник, которому не находится места в Париже середины XIX века, времён Июльской Монархии и Второй Империи.

Таким образом, Присцилла Паркхёрст Фергюсон прослеживает эволюцию фланёра во французской литературе XIX века от первых памфлетов, карикатур и физиологий к фланёру-художнику в творчестве Бальзака, Бодлера и Флобера, показывая, что персонаж Бодлера и Беньямина – поздний, кризисный этап развития фланирования как стратегии репрезентации города.

Джонатан Конлин в работе «Публичная безвестность: происхождение фланера в Лондоне и Париже» [9] находит фланёра в Лондоне начала XVIII века, задолго до появления в Париже Пассажей и бульваров Османа, в популярном журнале The Spectator Джозефа Аддисона и Ричарда Стила. Исследователь показывает, что все основные характеристики фланера Беньямина были в равной степени присущи и городским наблюдателям XVIII века. Конлин считает повышенное внимание Беньямина и его последователей к фигуре фланёра избыточным и неоправданным. С определенной долей иронии он отмечает, что фланёр вряд ли был способен один удержать на своих хрупких плечах гигантскую структуру модерности. Не важно, где фланер появился впервые, в Париже или Лондоне, так как и там, и там он был и оставался второстепенным, почти незаметным персонажем. Фланеры XVIII века были первыми, кто практиковал фланирование как вид досуга. Городские наблюдатели XIX столетия лишь продолжили сложившуюся традицию. Однако ни те, ни другие не являлись «лицом» города, его неотъемлемой частью.

Мартина Лаустер в статье «Миф Вальтера Беньямина о фланере» высказывает сомнение в состоятельности концепции Беньямина, подчеркивая противоречивость образа фланёра в работах Беньямина и спорный характер интерпретации Беньямином произведений Бодлера и По. [10] Исследователь полагает, что Беньямин в своих эссе превращает фланёра в «икону модерности», отвергая целый ряд публицистических источников, предлагающих альтернативный взгляд на городское пространство. [10, с. 146] Подобный персонаж, по крайней мере в том виде, в котором он представлен в работах Беньямина, в реальности никогда не существовал, это миф, невольно созданный Беньямином. Реальный городской фланер – персонаж неприметный и не слишком важный, приобрел в концепции Беньямина свой исключительный статус в результате сложного взаимодействия целого ряда явлений, в том числе собственных эстетических предпочтений и рефлексий Беньямина.  

Заключение 

Литература и публицистика XIX века, а также наука XX столетия, выработали определенный подход к образу фланёра, описали его основные признаки и роль в освоении пространства капиталистического города. Фланёр обычно характеризуется особым эмоциональным состоянием, обостренным зрением и чувственным восприятием. Он находится в городе один, погружаясь в городскую жизнь, но полностью с толпой не сливаясь, сохраняя независимое положение беспристрастного наблюдателя.

Эта концепция, основанная на работах Вальтера Беньямина о Бодлере, с 1980-х годов последовательно подвергается ревизии – исследователи выявляют ограниченность и даже ошибочность некоторых положений теории Беньямина. Однако, даже самые суровые критики концепции фланера не отрицают ее общую значимость и продуктивность в литературе и культуре XIX века, а лишь подчеркивают неправомерность ее применения к значительному массиву источников о городе эпохи модерности и призывают дополнить городскую панораму наблюдателями, которые ранее оставались невидимыми. Существование и роль фланера в городском пространстве не оспаривается, под сомнение ставится лишь его главенствующее положение, которое он приобрел благодаря последователям Беньямина. Слишком пристальное внимание к фланеру исказило представление о городе XIX столетия, и изучение иного городского опыта позволило бы получить более объективную историческую и литературную картину.

Таким образом, фланер как точка отсчета в изучении городского пространства остается актуальной и значимой фигурой и сохраняет свои рамочные признаки – созерцание городской жизни и создание текста, отражающего пережитый в городском пространстве опыт, демонстрируя при этом потенциал для дальнейших трансформаций.   

1. Kang, J. The Phantasmagoria of the Techno-City: Walter Benjamin’s Play-Space / J. Kang // The Palgrave Walter Benjamin Handbook/ ed. by N. Ross. - Cham: Springer Nature Switzerland, 2024. - P. 713–735
2. Ries, E. Precarious Flânerie and the Ethics of the Self in Contemporary Anglophone Fiction / E. Ries. - Boston: De Gruyter, 2022. – 306 p.
3. Molderez, I., Branzila C., Lambrechts W., and Maas P. Discovering the Culture-Led Regenerative Transformation of a City. Walter Benjamin as an Inspiration for the Eco-Flâneur // European Journal of Cultural Management and Policy, 2022. - № 12 – URL.:https://www.researchgate.net/publication/366426804_Discovering_the_culture-led_regenerative_transformation_of_a_city_Walter_Benjamin_as_an_inspiration_for_the_Eco-Flaneur (дата обращения 18.05.2026)
4. Беньямин В. Бодлер. - Москва: Ad Marginem, 2015. – 224 c.
5. Ямпольский М. Б. Наблюдатель. Очерки истории видения. - Москва: Ad Marginem, 2000. – 288 с.
6. Волчек О. Топология города и повествовательные маски у По, Бодлера, Достоевского/О. Волчек// По, Бодлер, Достоевский: Блеск и нищета национального гения / Отв. ред. С.Л. Фокин, А.П. Уракова. – Москва: Новое литературное обозрение, 2017. – с. 51-80
7. Brand D. The Spectator and the City in Nineteenth-Century American Literature / D. Brand. - Cambridge: Cambridge University Press, 1991. – 254 p.
8. Ferguson P. P. Paris as Revolution: Writing the Nineteenth-Century City / P. P. Ferguson. - Berkeley: University of California Press, 1994. – 276 p.
9. “This Publick Sort of Obscurity”: The Origins of the Flaneur in London and Paris, 1660-1780 / J. Conlin // The Flaneur Abroad: Historical and International Perspectives/ ed. by R. Wrigley. - Cambridge Scholars Publishing, 2014. - P.
10. Lauster M. Walter Benjamin’s Myth of the “Flaneur” / M. Lauster // The Modern Language Review. - 2007. - Vol. 102, № 1. - P. 139-156