Коррекционная педагогика (сурдопедагогика и тифлопедагогика, олигофренопедагогика и логопедия) | Мир педагогики и психологии №09 (122) Сентябрь 2026

Воспитание инклюзивной культуры у студентов аграрного вуза как психолого-педагогическая проблема

Белозерова Екатерина Евгеньевна
Студентка 3 курса экономического факультета, ФГБОУ ВО «Белгородский государственный аграрный университет имени В.Я. Горина», РФ, г. Белгород, AuthorID: 1312007, SPIN-код: 4452-6762, belozerovak911@gmail.com
Научный руководитель: Белозерова Ирина Александровна
канд. филос. наук, доцент по кафедре истории и философии, доцент экономического факультета, ФГБОУ ВО «Белгородский государственный аграрный университет имени В.Я. Горина», РФ, г. Белгород, AuthorID: 272494, SPIN-код: 6966-1893, irina_belozerova1965@mail.ru

Аннотация: В статье рассматривается актуальная психолого-педагогическая проблема формирования инклюзивной культуры как базового условия успешной реализации инклюзивного образования. Обосновывается, что специфика агропромышленного комплекса (АПК) требует от будущих специалистов не только профессиональных компетенций, но и высокого уровня инклюзивной культуры, необходимой для управления гетерогенными трудовыми коллективами и модернизации сельской социокультурной среды. На основе системного, аксиологического и субъектно-деятельностного подходов раскрыта структура инклюзивной культуры студентов аграрного вуза, включающая когнитивный, эмоционально-ценностный и поведенческо-деятельностный компоненты. Выявлено преобладание пассивно-толерантного уровня инклюзивной культуры студентов в противовес активно-деятельностному подходу. Предложен и теоретически обоснован специализированный психолого-педагогический комплекс, интегрирующий технологии социально-аграрного проектирования (социальное фермерство) и метод контекстных профессионально-ориентированных кейсов. Сделан вывод о том, что формирование инклюзивной культуры у студентов аграрного вуза выступает фактором устойчивого развития сельских территорий и гуманизации труда в сфере современного агробизнеса.
Ключевые слова: инклюзивная культура, студент, аграрный вуз, психолого-педагогическая проблема, агропромышленный комплекс (АПК), инклюзивное образование, теория воспитания, толерантность, эмпатия, социализация

Belozerova Ekaterina Evgenievna
3rd year student of the Faculty of Economics, Belgorod StateAgrarian University named after V.Ya. Gorin, Russian Federation, Belgorod
Scientific supervisor: Belozerova Irina Aleksandrovna
Candidate of Philology. PhD, Associate Professor at the Department of History and Philosophy, Associate Professor at the Faculty of Economics, Belgorod StateAgrarian University named after V.Ya. Gorin, Russian Federation, Belgorod

Abstract: The article examines the current psychological and pedagogical problem of the formation of an inclusive culture as a basic condition for the successful implementation of inclusive education. It is proved that the specifics of the agro-industrial complex (AIC) require from future specialists not only professional competencies, but also a high level of inclusive culture necessary for managing heterogeneous labor collectives and modernizing the rural socio-cultural environment. Based on systematic, axiological, and subject-activity approaches, the structure of the inclusive culture of agricultural university students, including cognitive, emotional-value, and behavioral-activity components, is revealed. The predominance of the passive-tolerant level of the inclusive culture of students in contrast to the active approach is revealed. A specialized psychological and pedagogical complex is proposed and theoretically justified, integrating technologies of socio-agricultural design (social farming) and the method of contextual professionally oriented cases. It is concluded that the formation of an inclusive culture among agricultural university students is a factor in the sustainable development of rural areas and the humanization of labor in the field of modern agribusiness.
Keywords: inclusive culture, student, agricultural university, psychological and pedagogical problem, agro-industrial complex (agroindustrial complex), inclusive education, theory of education, tolerance, empathy, socialization

Инклюзивная культура в плане воспитания – это система ценностей, убеждений и качеств личности, проявляющаяся в признании уникальности каждого человека; формировании толерантности, эмпатии и взаимопомощи; стремлении к сотрудничеству.

Современный этап модернизации российского высшего образования характеризуется устойчивым трендом на обеспечение равного доступа к обучению для всех категорий граждан, включая лиц с ограниченными возможностями здоровья (ОВЗ) и инвалидностью.

Данный императив закреплен в Федеральном законе «Об образовании в Российской Федерации» № 273-ФЗ [15]. Однако практика реализации инклюзивного образования показывает, что создание безбарьерной архитектурной среды и техническое оснащение вузов не решает проблему в полной мере, если субъекты образовательного процесса (студенты, преподаватели, администрация, родители) психологически и ценностно не готовы к взаимодействию в гетерогенной группе.

Воспитание инклюзивной культуры – это фундамент, без которого совместное обучение остается формальной интеграцией. В связи с этим на первый план в теории и методике воспитания выходит проблема воспитания инклюзивной культуры у субъектов образовательного процесса.

Особую научно-практическую значимость данная проблема приобретает в контексте студенческого социума высшего аграрного образования. Будущие специалисты агропромышленного комплекса – агрономы, агроинженеры, экономисты, зоотехники, ветеринарные врачи – в своей последующей трудовой деятельности неизбежно сталкиваются с задачами организации порой тяжелого физического труда на сельских территориях, где уровень социальной изоляции людей с инвалидностью/ОВЗ исторически остается высоким.  Инклюзивная культура выпускника аграрного вуза перестает быть сугубо абстрактно-гуманистической характеристикой. Она трансформируется в элемент его профессиональной этики, управленческой компетентности и фактор устойчивого развития сельских территорий.

Тема инклюзии в современной зарубежной и отечественной педагогике набирает все большую популярность. Исследователи переходят от простого описания совместного обучения к глубокому анализу социальных, психологических и институциональных механизмов. Зарубежные авторы чаще всего рассматривают инклюзию сквозь призму прав человека и социальной справедливости. Они предлагают следующие концепции: 1) «Универсальный дизайн в обучении», где образовательная среда изначально создается гибкой, минимизируя необходимость в специальной адаптации;  2) «Универсальное лидерство», где главенствующая роль отводится администрации образовательных организаций; 3) «Пересечение идентичностей», направленное на изучение того, как инвалидность пересекается с расой, гендером и социально-экономическим статусом обучающегося.

«Патриархами» зарубежной инклюзии традиционно считают таких авторов, как M. Ainscow [1], T. Booth, L. Florian [16; 17].  Их труды цитируют при описании методологии, концепций инклюзивной культуры и институциональных трансформаций.  Работы, отражающие последние тренды: фокус на индивидуальные ценности обучающегося, цифровую доступность, искусственный интеллект и социально-психологические вызовы, связаны с именами зарубежных ученых F. Han, Y. Tingrui, M. Deng [2].  

Отечественные исследователи активно решают задачи системного перехода от специального (коррекционного) образования к инклюзивному. В центре их внимания стоят вопросы, связанные с психологическими барьерами педагогов, дефицитом компетенций и проблемой профессионального выгорания в условиях инклюзии. Они делают акцент на психолого-педагогическом сопровождении, указывая на роль тьюторов, дефектологов и служб ранней помощи; учитывают региональный опыт, анализируя внедрение инклюзивных практик в разные субъекты РФ.

Труды С.В. Алехиной, Н.Н. Малофеева демонстрируют теоретическую основу исследования инклюзивных процессов в образовании [3; 18].  Большую роль играют труды Л.С. Выготского, Т. Бут, М. Эйнскоу, которые содержат основные положения, позволяющие выстроить методологию настоящего исследования [19; 20].  В работах О.А. Леоновой, Е.Ю. Панчук рассматривается феномен инклюзивной культуры, который авторами определяется как базовый компонент образовательной среды [4; 5].  

В исследованиях О.А. Зимовиной, В.Д. Мартиросяна, А.И. Полянского отражены вопросы воспитания гуманности, толерантности и эмпатии в студенческой среде [6; 7].   А.С. Екушевская, А.Ю. Шеманов прослеживают вызовы и достижения при реализации инклюзивного образования [8].   В трудах Е.Е. Белозеровой, И.А. Белозеровой, М.В. Гульковой прослеживается процесс формирования инклюзивной культуры в педагогическом коллективе, определяются основные стратегии и инструменты в условиях образовательного пространства Белгородского региона [9– 11].  

В работах М.Г. Давитян, А.В. Колесниковой, Д.А. Ободенко, Е.В. Чуевой прослеживается роль традиционных семейных ценностей в среде студенческой молодежи, закладывающих основы эмпатии и уважения к человеческому достоинству, что в дальнейшем определяет готовность личности к участию в инклюзивной культуре вуза [12 – 14].  

И отечественные и зарубежные ученые сходятся в одном: инклюзия – это не просто присутствие обучающегося с особыми образовательными потребностями в студенческой группе. Это полная трансформация культуры образовательной организации, которая приносит пользу абсолютно всем участникам образовательного процесса, развивая в них эмпатию, гибкость и навыки сотрудничества. При этом специфика формирования инклюзивной культуры у будущих специалистов АПК, деятельность которых сопряжена с особыми условиями сельскохозяйственного производства и особыми чертами сельской ментальности, остается недостаточно изученной.

Научное противоречие, обуславливающее актуальность данной темы, заключается в объективной потребности АПК в управленческих кадрах с высоким уровнем инклюзивной культуры, способных обеспечивать социальную интеграцию лиц с ОВЗ/инвалидностью в сельской местности, и недостаточной разработанностью методического инструментария воспитательной системы аграрных вузов для формирования этой интегративной характеристики у студентов.

Данное обстоятельство определило цель настоящего исследования: определение структуры инклюзивной культуры студентов аграрного вуза и выявление психолого-педагогических условий и методов ее эффективного формирования в условиях образовательного пространства.

Методологический каркас исследования опирался на системный, аксиологический и субъектно-деятельностный подходы. Теоретическими методами послужили: анализ литературы, моделирование; эмпирическими - анкетирование, тестирование, опрос. Использование готового диагностического пакета методик из научной психопедагогики (методика «Шкала инклюзивных установок» [3; 16], методики диагностики общей коммуникативной толерантности (В.В. Бойко) [21] и экспресс-анкеты «Инклюзивная культура глазами студента») позволило выявить у студентов уровень эмпатии, толерантности, а также реального поведенческого принятия сверстников с особенностями.

Методика «Шкала инклюзивных установок» студентов, адаптированная для вузов, измеряет поведенческие, когнитивные и эмоциональные установки будущих специалистов к инклюзии.

Методика диагностики общей коммуникативной толерантности (В.В. Бойко) выявляет способность студента принимать индивидуальность окружающих, не раздражаться от их особенностей, что критически важно для инклюзивной культуры вуза.

Экспресс-анкета «Инклюзивная культура глазами студента» включает три блока вопросов, соответствующие устоявшейся методологии в российской специальной педагогике и психологии трем структурным блокам инклюзивной культуры [3]:

1.      Когнитивный блок: «Знаете ли Вы, какие специальные условия (тьюторское сопровождение, адаптивные технологии, пандусы) созданы в нашем вузе для студентов с инвалидностью?» (Варианты ответов: «Да, в полном объеме» / «Что-то слышал» / «Нет, не знаю»).

2.      Эмоционально-ценностный блок: «Представьте, что в Вашей группе учится студент с выраженными нарушениями здоровья. Что Вы будете испытывать при совместной работе над групповым проектом?» (Варианты ответов: «Готовность поддержать и распределить задачи с учетом его возможностей» / «Тревогу, что это снизит общую оценку группы» / «Желание перейти в другую группу»).

3.      Поведенческо-деятельностный блок: «Готовы ли Вы лично тратить свое свободное время, чтобы помочь однокурснику/одногруппнику с особенностями в освоении сложной учебной темы или адаптации в вузе?» (Варианты ответов: «Да, готов стать волонтером» / «Нет, у меня нет на это времени»/желания».

Процесс сбора и анализа эмпирических данных осуществлялся на базе ФГБОУ ВО «Белгородский государственный аграрный университет имени В.Я. Горина» и включал четыре последовательных этапа: подготовительно-проектировочный, организационно-диагностический, аналитико-статистический и интерпретационный.

Среди респондентов были студенты очной и заочной форм обучения. Период эмпирического исследования охватывал 2024–2026 годы. Общее число участвовавших в опросе составило 330 человек. В качестве обработки результатов опроса применялись методы математической статистики, основанные на кластерном и корреляционном анализах.

Результаты проведенного исследования позволили определить следующие показатели структурных компонентов/блоков инклюзивной культуры: когнитивный блок (знание и понимание особенностей других людей, отсутствие предрассудков) составил 90% опрошенных; эмоционально-ценностный (эмпатия, сочувствие, принятие разнообразия как ценности) - 70%; поведенческо-деятельностный (навыки бесконфликтного общения, взаимопомощь, реальные действия, готовность) в реальных ситуациях часто игнорируют сверстников с особенностями (40%) (рис. 1).

Рисунок 1. Анализ основных блоков инклюзивной культуры студентов аграрного вуза

 Представленные данные рисунка 1 демонстрируют разрыв между теоретической готовностью и реальным поведением (так называемый феномен рассогласования когнитивного и поведенческого компонентов). В то время как уровень информированности и эмпатии находится на высоком уровне, практические действия респондентов сильно от них отстают. Это означает, что сформированные инклюзивные знания не перерастают в навыки активного бесконфликтного общения, взаимопомощи и реальной поддержки.

В свою очередь, поведенческо-деятельностный компонент инклюзивной культуры можно характеризовать по трем уровням: низкому (ситуативно-прагматический/отстраненный уровень), среднему (пассивно-толерантный уровень) и высокому (активно-деятельностный/гуманистический уровень). Результаты исследования оказались следующие:

- низкий уровень составил 25% опрошенных: это студенты, испытывающие явный дискомфорт, демонстрирующие отстранение, скрытые предрассудки или прагматичные опасения, что инклюзия усложнит их личный образовательный процесс;

- средний уровень (60%): самая массовая аудитория. Студенты одобряют инклюзию «в теории», не проявляют агрессии, но занимают пассивную позицию («я не против таких студентов, но пусть ими занимаются специалисты/деканат»). Именно эта группа – главный объект для воспитательной работы;

- высокий уровень (15%): это студенты-лидеры, волонтеры, демонстрирующие искреннюю симпатию и готовность к инклюзивному взаимодействию (рис. 2).

На основе представленных данных рисунка 2 можно заключить, что большинство студентов (60%) занимают пассивную позицию по отношению к инклюзивной культуре. Они не выступают против, но перекладывают ответственность на деканат/специалистов. Суммарно (85%) студентов (средний и низкий уровни) нуждаются в психологическом сопровождении и просветительских мероприятиях для формирования устойчивой инклюзивной культуры. Основной барьер: прагматические опасения четверти опрошенных (25%) и индифферентность большинства (60%) показывают, что инклюзия воспринимается студентами как «навязанный» или «чужой» процесс, а не как естественная часть образовательной среды.

Рисунок 2. Показатели поведенческо-деятельностного блока инклюзивной культуры студентов аграрного вуза

Ниже представлена визуализация полученных данных, отражающая ключевую психолого-педагогическую проблему: высокий уровень декларативной инклюзии (на словах) при низком уровне реальной готовности к инклюзивному взаимодействию (табл. 1).

Таблица 1. Показатели инклюзивной культуры студентов в аграрном вузе

Подводя итог, можно сказать, что инклюзия сегодня – это не отдельное направление, а современный методологический фундамент всей общей педагогики. Инклюзивная среда коренным образом меняет вектор воспитательной работы, трансформируя ориентации на принятие разнообразия как ценности, а не как проблемы, в том числе психолого-педагогической.

Инклюзия в аграрном вузе имеет специфику. Будущие специалисты агропромышленного комплекса в своей последующей трудовой деятельности неизбежно сталкиваются с задачами организации физического труда в сельской местности, порой, недоступного для людей с ОВЗ/инвалидностью труда.

В отличие от школьников, студенты – это взрослые люди со сформировавшимся мировоззрением. Воспитание инклюзивной культуры здесь переходит на уровень профессионально-личностного становления. Студенты – это будущие специалисты, руководители, которые завтра будут формировать инклюзивное общество. Инклюзивная культура выпускника аграрного вуза трансформируется в фактор устойчивого развития сельских территорий.

Инклюзия решает ключевую задачу теории воспитания - успешную интеграцию студента с особыми образовательными потребностями (ООП) в тьюторское через опыт позитивного взаимодействия в микросоциуме (в вузе, студенческой группе).

Формирование инклюзии требует реализации методик гуманистического воспитания через активное применение коллективных творческих дел, социокультурных проектов и социально-модулирующих игр, адаптированных под возможности каждого студента. Это непрерывный, многоаспектный процесс, требующий трансформации всей воспитательной системы, а не разовых акций.

Данная трансформация дополняет традиционный подход к образовательному процессу, привнося свои компоненты и категории (табл. 2; 3).

Таблица 2. Взаимосвязь инклюзии с теорией и методикой воспитания в образовательном пространстве

Таблица 3. Соотнесение инклюзивных процессов со стандартными педагогическими категориями

Диагностика инклюзивной культуры студентов аграрного вуза выявила преобладание пассивно-толерантного уровня, наличие ситуативно-отстраненной группы и меньшинство с активно-деятельностным подходом. Для преодоления выявленного разрыва между теоретическим принятием инклюзии и дефицитом реальной практики необходимо внедрение социально-аграрного проектирования и профессионально-ориентированных кейсов.

Методика воспитания инклюзивной культуры в аграрном вузе может включать следующие компоненты:

1.      Социально-аграрное проектирование/Социальное фермерство. Суть метода заключается в разработке проектов «социальных садов», инклюзивных эко-троп, элементов иппотерапии или анималотерапии (терапии с помощью животных) на базе учебных вивариев или учхозов вуза. Воспитательный эффект состоит в совместной работе обычных студентов и обучающихся с ОВЗ/инвалидностью над созданием доступной агроэкологической среды, что формирует реальную командную инклюзивную культуру.

2.      Кейс-метод в курсах менеджмента и экономики АПК. Суть метода: разбор реальных бизнес-кейсов: «Оптимизация рабочих процессов на птицефабрике с интеграцией сотрудников, имеющих нарушение здоровья» или «правовые и этические аспекты увольнения/сохранения рабочего места для комбайнера, получившего инвалидность». Воспитательный эффект связан с разрушением стереотипа о том, что сельское хозяйство – это исключительно тяжелый физический труд, недоступный для людей с ОВЗ/инвалидностью.

3.      Производственное инклюзивное волонтерство. Суть метода: шефство волонтерских отрядов вуза над сельскими реабилитационными центрами, коррекционными школами в малых регионах или помощь фермерам-инвалидам. Воспитательный эффект заключается в развитии гражданской ответственности и связи «Вуз – Село».

Психолого-педагогическим комплексом, выступающим в качестве инструментов воспитания могут быть уроки доброты, классные часы, социально-ориентированные проекты, коллективно-творческие дела.

Инклюзивная культура студентов аграрного вуза выступает значимым компонентом профессионально-управленческой компетентности для работы в современном агропромышленном комплексе. Воспитание инклюзивной культуры у студентов аграрного вуза выступает не только гуманистической, но и важнейшей социально-экономической задачей.

Формирование у будущих специалистов АПК ценностей инклюзии позволяет преодолеть кадровую изоляцию сельских территорий и готовит управленцев нового типа, способных создавать инклюзивную производственную и социальную среду в российском селе. Разработанный психолого-педагогический комплекс на основе технологий социального фермерства позволяет перевести пассивные знания об инклюзии в практические навыки взаимодействия.

Перспективы дальнейшего исследования могут быть связаны с изучением влияния цифровой среды на воспитание инклюзивной культуры будущих специалистов аграрного сектора.

1. Ainscow M. Promoting inclusion and equity in education: Lessons from international experiences. Nordic Journal of Studies in Educational Policy, 6(1), 2020. Pp. 7-16. – URL: https://www.tandfonline.com/doi/full/10.1080/20020317.2020.1729587#abstract (дата обращения 02.08.2025).
2. Han F., Tingrui Y., Deng M. Effectiveness of AI-generated visual scaffolds for reading comprehension in Chinese inclusive classrooms. International Journal of Inclusive Education, 30(2), 2026. – Pp.115-131. – URL:
https://www.researchgate.net/publication/400852526_Effectiveness_of_AI-generated_visual_scaffolds_for_reading_comprehension_in_Chinese_inclusive_classrooms (дата обращения 13.12.2024).
3. Алехина С.В. Инклюзивное образование: от образовательной политики к образовательной практике // Психолого-педагогические основы инклюзивного образования: коллективная монография / ред. С.В. Алехина. – М.: Московский городской психолого-педагогический университет, 2013. – С. 5–18.
4. Леонова О. А. Формирование инклюзивной культуры в образовательной организации // Мир науки. Педагогика и психология. — 2022. — Т. 10. — №1. — URL: https://mir-nauki.com/PDF/03PDMN122.pdf. — DOI: 10.15862/03PDMN122. (дата обращения: 30.06.2026).
5. Панчук Е.Ю. Формирование инклюзивной культуры в вузе // Сборник научных трудов Ангарского государственного технического университета. –2025. –Т. 1. – С. 307–312.
6. Зимовина О.А. Научно-педагогические предпосылки воспитания толерантности студентов в образовательном пространстве вуза // Научно-практический журнал «Гуманизация образования». – №3. – 2016. – С. 87–95.
7. Полянский А.И., Мартиросян В.Д. Инклюзивная культура в образовательной организации // Научные труды Московского гуманитарного университета. – 2018. – № 1. – С. 67–72.
8. Шеманов А.Ю., Екушевская А.С. Формирование инклюзивной культуры при реализации инклюзивного образования: вызовы и достижения // Современная зарубежная психология. – 2018. – Т. 7. – №1. – С. 29–37.
9. Белозерова Е.Е., Белозерова И.А. Формирование инклюзивной культуры в педагогическом коллективе: стратегии и инструменты // Горинские чтения. Инновационные решения для АПК. Материалы VIII Международной студенческой научной конференции. –2026. – Т. 4. – С. 7–8.
10. Белозерова И.А., Белозерова Е.Е. Формирование инклюзивной культуры в среднем профессиональном образовании // Мир педагогики и психологии: Международный научно-практический журнал. – 2026. – № 8 (121). – С. 123–132. Режим доступа: https://scipress.ru/upload/pedagogy/mpp082026.pdf
11. Белозерова И.А., Гулькова М.В. Инклюзивный подход к образованию в условиях современности // Современные проблемы АПК и их решение. Материалы VΙΙI Национальной конференции. – 2025. – С. 10–12.
12. Давитян М.Г., Колесникова А.В. Влияние семейного воспитания на профессиональную деятельность специалиста АПК // Современные проблемы АПК и их решение. Материалы VΙΙI Национальной конференции. Белгород. – 2025. – С. 51–53.
13. Ободенко Д.А., Давитян М.Г. Семья как ценность в традиционных установках молодежи // Горинские чтения. Инновационные решения для АПК. Материалы Международной научной конференции. – 2023. – Т. 6. – С. 252–253.
14. Чуева Е.В., Давитян М.Г. Семья как транслятор современного общества // Современные проблемы АПК и их решение. Материалы V Национальной конференции. – 2022. – С. 219–221.

Список источников
15. Об образовании в Российской Федерации: Федеральный закон РФ от 29.12.2012 №273-ФЗ (ред. от 23.07.2013)// [Электронный ресурс]. Доступ из справ.правовой системы «КонсультантПлюс». – URL: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_149753/ (дата обращения 02.02.2026).
16. Booth T., Ainscow M. Index for Inclusion: Developing learning and participation in schools (3rd ed.). Centre for Studies on Inclusive Education (CSIE), 2011. – 190 p. – ISBN 978-1-872001-68-5. – URL: https://www.scirp.org/reference/referencespapers?referenceid=1568212 (дата обращения 12.08.2025).
17. Florian L. (Ed.). The SAGE Handbook of Special Education (2nd ed.). SAGE Publications, 2014. – 898 p. – ISBN 978-1-4462-1053-6. – URL: https://sk.sagepub.com/hnbk/edvol/the-sage-handbook-of-special-education-2e/toc#_ (дата обращения 12.11.2025).
18. Малофеев Н. Н. Специальное образование в меняющемся мире. Россия. Учеб. пособие для студентов пед. вузов. В 2 ч. Ч. 1. — М.: Просвещение, 2010. — 319 с. - ISBN 978-5-09-023505-1.
19. Выготский Л. С. Основы дефектологии. — М.: Изд-во Юрайт, 2025. — 332 с. — (Антология мысли). — ISBN 978-5-534-11695-3.
20. Бут Т. М., Эйнскоу М. Показатели инклюзии: практическое пособие / под ред. М. Воган; пер. с англ. И. Аникеев; науч. ред. Н. Борисова, под общ. ред. М. Перфильевой. – М.: Перспектива, 2007. – 124 с.
21. Опросник коммуникативной толерантности В.В. Бойко. – URL:
https://insight-nsk.ru/info/testy/testy-lyubov-druzhba-otnosheniya/oprosnik-kommunikativnoy-tolerantnosti-v-v-boyko/