Психология развития, акмеология | Мир педагогики и психологии №09 (110) Сентябрь 2025

Особенности гендерной идентичности подростков склонных к девиантному поведению

Сайфутдинова Ксения Дмитриевна
студентка 5 курса, СГПИ филиал «Пермский государственный национальный исследовательский университет», РФ, г. Соликамск
Петрова Ольга Анатольевна
доцент кафедры общенаучных дисциплин СГПИ (филиал) "Пермский государственный национальный исследовательский университет", РФ, г. Соликамск o.petrova357@mail.ru

Аннотация: В статье рассматривается влияние типа гендерной идентичности на проявления девиантного поведения у подростков. Теоретический анализ показывает, что маскулинный, фемининный и андрогинный типы гендерной идентичности связаны с различными поведенческими рисками. Эмпирическое исследование, проведённое среди подростков 14–16 лет, подтвердило наличие статистически значимых различий: маскулинный тип ассоциируется с повышенной агрессией и делинквентностью, фемининный — с аутоагрессией и эмоциональной нестабильностью, тогда как андрогинный характеризуется большей поведенческой гибкостью и психологической устойчивостью. На основе полученных данных была разработана профилактическая программа, дифференцированная по типам гендерной идентичности, и подтверждена её эффективность в снижении уровня девиантных проявлений.
Ключевые слова: гендерная идентичность, подростки, девиантное поведение, маскулинность, фемининность, андрогинность, профилактика, суицидальный риск, делинквентность.

Saifutdinova Ksenia Dmitrievna
5th-year student Socio-Humanitarian and Pedagogical Institute, branch of Perm State National Research University, Russian Federation, Solikamsk
Petrova Olga Anatolievna
Associate Professor of the Department of General Scientific Disciplines of the SSPI (branch) of Perm State National Research University, Russian Federation, Solikamsk

Abstract: The article examines the influence of gender identity type on manifestations of deviant behavior in adolescents. Theoretical analysis reveals that masculine, feminine, and androgynous gender identities are associated with different behavioral risks. An empirical study conducted among adolescents aged 14–16 confirmed statistically significant differences: the masculine type is linked to increased aggression and delinquency, the feminine type to self-aggression and emotional instability, while the androgynous type is characterized by greater behavioral flexibility and psychological resilience. Based on the findings, a preventive program was developed, differentiated by gender identity type, and its effectiveness in reducing deviant behavior levels was empirically confirmed.
Keywords: gender identity, adolescents, deviant behavior, masculinity, femininity, androgyny, prevention, suicidal risk, delinquency.

Проблема девиантного поведения подростков на протяжении последних десятилетий остаётся актуальной как для практической психологии, так и для социальных наук в целом. Подростковый возраст представляет собой период интенсивного психофизиологического и личностного становления, когда формируются базовые элементы самооценки, социальной идентичности и поведенческих стратегий. В это время возрастает вероятность отклонений от нормативного поведения, что может проявляться в виде агрессии, делинквентности, аутоагрессии, аддиктивных и иных форм девиаций [1]. Согласно данным Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ, 2023), более 30% подростков в мире проявляют различные формы девиантного поведения – от агрессии и нарушений дисциплины до зависимостей, склонности к вандализму и другим асоциальным действиям [2]. В России, по информации Минпросвещения и МВД (2022), число правонарушений, совершённых несовершеннолетними, сохраняется на стабильно высоком уровне, а случаи школьной агрессии и интернет-девиаций продолжают расти [3].

Понятие «девиация» происходит от латинского deviare – «отклоняться от пути», что отражает суть данного явления как нарушения принятых социальных норм. В научной литературе (А.Я. Варга, И.С. Кон, Т.А. Стефаненко) термины «девиантное поведение», «отклоняющееся поведение» и «девиация» нередко используются как синонимы. Э. Дюркгейм одним из первых обосновал, что «девиантность – не отклонение, а естественная часть функционирования общества: она отражает переходные периоды, в которых старая система норм разрушается, а новая ещё не сформирована» [4, с.110]

Одним из значимых факторов, определяющих специфику девиантного поведения, выступает гендерная идентичность [5]. Современные исследования указывают на существование устойчивых различий в поведенческих проявлениях у подростков в зависимости от гендерных характеристик [6]. При этом особый интерес представляет изучение не только биологического пола, но и психологических компонентов гендера – маскулинности, фемининности и андрогинности – как детерминант поведенческих установок и форм реагирования в стрессовых и конфликтных ситуациях [7].

В исследовании приняли участие 60 подростков (30 юношей и 30 девушек) в возрасте от 14 до 16 лет. Для изучения гендерной идентичности использовалась методика «Определение типа гендерной идентичности» (С. Бем), для оценки девиантного поведения – опросник А. Е. Личко и тест «Изучение склонности к аддиктивному поведению» (А. А. Гофман). Статистическая обработка данных проводилась с применением U-критерия Манна–Уитни.

Анализ с использованием U-критерия Манна–Уитни показал, что тип гендерной идентичности оказывает значимое влияние на проявления девиантного поведения у подростков.

Таблица 1. Проверка статистический значимых различий показателей между группой маскулинностью и группой с андрогинностью

Результаты показали, что подростки с маскулинным типом гендерной идентичности демонстрируют более выраженные девиантные формы поведения по сравнению с подростками с андрогинным типом. Статистически значимые различия были зафиксированы по всем ключевым шкалам: наиболее отчётливо – в области агрессии, делинквентного поведения и социально обусловленных девиантных проявлений. Такая динамика может быть связана с внутренним стремлением соответствовать гендерным ожиданиям, где маскулинность ассоциируется с силой, доминированием и независимостью. При недостатке саморегуляции и поддержки со стороны значимых взрослых эти качества могут трансформироваться в деструктивные формы поведения.

В то же время подростки с андрогинной идентичностью, обладая большей поведенческой гибкостью, эмоциональной устойчивостью и способностью адаптироваться к различным социальным ситуациям, демонстрируют менее выраженную склонность к нарушению норм и значительно более сдержанные реакции.

Таким образом, по всем шкалам, связанным с агрессивностью, правонарушающим поведением, суицидальной предрасположенностью и социально детерминированными формами девиации, наблюдаются устойчивые различия между подростками с маскулинной и андрогинной идентичностью. Маскулинный тип ассоциируется с более высоким уровнем поведенческих рисков, в то время как андрогинный — с относительной психологической устойчивостью и снижением выраженности девиантных проявлений.

Таблица 2. Проверка статистический значимых различий показателей между группой маскулинностью и группой с фемининностью

Анализ данных, представленных в таблице 2, выявил статистически значимые различия между подростками с маскулинным и фемининным типом гендерной идентичности по всем ключевым шкалам: агрессия, делинквентное поведение, суицидальная предрасположенность и социально обусловленные девиантные проявления.

Подростки с маскулинной идентичностью продемонстрировали более высокий уровень выраженности внешне направленных форм девиантного поведения, включая агрессию и нарушение социальных норм. Подобная картина может объясняться воздействием гендерных стереотипов, социальной установкой на силу и доминирование, а также недостаточной эмоциональной регуляцией.

В свою очередь, подростки с фемининным типом идентичности показали более высокие значения по шкале суицидальной предрасположенности. Это отражает склонность к внутренне направленным формам девиации — таким как тревожность, эмоциональная нестабильность, переживания, связанные с самооценкой и межличностными трудностями.

Таким образом, различия между этими группами касаются не только степени выраженности девиантного поведения, но и его направленности: у подростков с маскулинной идентичностью оно преимущественно экстериоризованное, тогда как у подростков с фемининной – интериоризованное.

Таблица 3. Проверка статистический значимых различий показателей между группой с фемининностью и группой с андрогинностью

Результаты, представленные в таблице 3, демонстрируют статистически значимые различия по шкалам агрессии, делинквентного поведения, суицидальной предрасположенности и социально обусловленного девиантного поведения между подростками с фемининным и андрогинным типами гендерной идентичности.

Подростки с фемининной идентичностью, как показал анализ, характеризуются более низкими показателями по всем шкалам девиантного поведения. Их действия чаще ориентированы на поддержание межличностной гармонии, избегание конфликтов и соблюдение социальных норм. Это может быть связано с выраженной эмоциональной чувствительностью, стремлением к одобрению со стороны значимых других, а также с ориентацией на сотрудничество и приверженность установленным правилам.

В то же время подростки с андрогинным типом идентичности продемонстрировали несколько более высокие значения по ряду шкал, однако без выхода за допустимые границы. Их поведение отличает большая гибкость и адаптивность, что позволяет эффективнее справляться с различными жизненными ситуациями, сохраняя баланс между самовыражением и социальной приемлемостью.

По результатам сравнительного анализа, проведённого с использованием U-критерия Манна–Уитни, были выявлены статистически значимые различия в показателях девиантного поведения у подростков с различными типами гендерной идентичности. Таким образом, несмотря на то что обе группы не склонны к ярко выраженным девиантным проявлениям, подростки с андрогинной идентичностью демонстрируют более активные формы самореализации, что отражается в несколько более высоких, но при этом умеренных показателях. Подростки с фемининной идентичностью остаются более сдержанными, ориентированными на эмоциональную стабильность и социальное одобрение.

Для оценки эффективности программы профилактики девиантного поведения в рамках формирующего этапа исследования были выделены экспериментальные и контрольные подгруппы в трёх типологических группах гендерной идентичности (по методике С. Бем).

Выборка включала: маскулинный тип: 9 участников в экспериментальной и 10 в контрольной подгруппе; – фемининный тип: по 8 человек в каждой подгруппе; андрогинный тип: 12 в экспериментальной, 13 — в контрольной.

Экспериментальные подгруппы прошли полную реализацию профилактической программы, тогда как участники контрольных групп в целенаправленной психологической работе не участвовали. Такое разделение позволило обеспечить сопоставимость выборок и надёжность интерпретации результатов.

Представленный проект программы ориентирован на профилактику девиантного поведения подростков через формирование устойчивой гендерной идентичности. В основу положен индивидуализированный подход: разработаны тематические блоки для маскулинного, фемининного и андрогинного типов идентичности с учётом специфики их психологических особенностей и потенциальных поведенческих рисков.

Цель программы – снижение склонности подростков к девиантному поведению за счёт укрепления их гендерной идентичности, дифференцированного подхода и работы с типологически значимыми аспектами самовосприятия.

Структура программы профилактики была разработана на основе результатов эмпирического исследования, что обеспечило её соответствие актуальным поведенческим рискам, выявленным у подростков с различными типами гендерной идентичности.

В блоке для подростков с маскулинным типом акцент сделан на снижении агрессивности, профилактике делинквентного поведения и развитии саморегуляции, включая навыки конструктивного выражения эмоций. Программа для участников с фемининным типом ориентирована на работу с тревожностью, повышением самооценки и преодолением аутоагрессивных тенденций. Блок, предназначенный для подростков с андрогинной идентичностью, направлен на поддержку поведенческой гибкости, развитие стрессоустойчивости и укрепление целостного позитивного образа «Я».

Проведённый формирующий эксперимент подтвердил эффективность предложенной программы профилактики девиантного поведения у подростков с различными типами гендерной идентичности. Индивидуализированный подход к содержанию блоков, ориентированных на психологические особенности подростков с маскулинным, фемининным и андрогинным типами идентичности, обеспечил положительную динамику по ряду ключевых показателей.

Сравнительный анализ с использованием U-критерия Манна–Уитни выявил статистически значимые различия между контрольными и экспериментальными подгруппами. У подростков с маскулинным типом гендерной идентичности после участия в программе наблюдалось снижение уровня агрессии и выраженности девиантного поведения. В группе с фемининным типом зафиксировано снижение показателей суицидального риска и аутоагрессивных тенденций, а также улучшение самооценки. У подростков с андрогинной идентичностью отмечено общее снижение девиантных проявлений и рост адаптивных форм поведенческой саморегуляции.

Проведённое исследование подтвердило наличие гендерных различий в проявлениях девиантного поведения у подростков. Установлено, что подростки с маскулинным типом гендерной идентичности чаще склонны к агрессивным и делинквентным формам поведения, тогда как у фемининных подростков преобладают аутоагрессия, тревожность и эмоциональная неустойчивость. Подростки с андрогинным типом идентичности продемонстрировали наименьшую склонность к девиантному поведению, что может свидетельствовать о большей адаптивности и психологической устойчивости.

Полученные данные подчёркивают значимость учёта гендерной идентичности при разработке программ профилактики и коррекции девиантного поведения. Индивидуализированный подход, опирающийся на особенности гендерной структуры личности, может повысить эффективность психологической помощи подросткам, находящимся в группе риска.

1. Аллайуа К. В. Эволюция теоретических подходов к исследованию девиантного поведения подростков // Вестник гуманитарного образования. 2021. № 2. С. 110–115.
2. Агеева Н. В. Проблема формирования гендерной идентичности у подростков в условиях образовательной среды // Вестник практической психологии образования. 2020. № 3. С. 57–61.
3. Василенко И. А. Особенности девиантного поведения подростков: гендерный подход // Социальная психология и общество. 2019. Т. 10. № 1. С. 78–837.
4. Choudhury S., Pi-Sunyer B. P., Blakemore S.-J. A neuroecosocial perspective on adolescent development [Электронный ресурс] // The Annual Review of Developmental Psychology: официальный сайт. URL: https://www.annualreviews.org/doi/10.1146/annurev-devpsych-032322-110640 (дата обращения: 29.05.2025)
5. Воробьева К. А. Актуальные проблемы профилактики девиантного поведения в подростковой среде [Электронный ресурс] // Психологическая наука и образование: научный журнал. URL: https://nskmys218.ru/images/documentation/Актуальные_проблемы_профилактики_девиантного_поведения.pdf (дата обращения: 29.05.2025)

Список источников
6. Всемирная организация здравоохранения. Ментальное здоровье подростков / [Электронный ресурс] URL: https://www.who.int/news-room/fact-sheets/detail/adolescent-mental-health (дата обращения: 29.05.2025)
7. Минпросвещения Российской Федерации. О мерах по профилактике девиантного поведения и предупреждению вооружённых нападений в образовательной среде: письмо от 25 октября 2023 г. № 08-1966 [Электронный ресурс] // Национальный институт системы оценки качества образования : официальный сайт. URL: https://niso54.ru/sites/default/files/docs/metod\_mat/\_Pismo\_\_Minprosveshcheniia\_Rossii\_ot\_25.10.2023\_N\_08-1966.pdf (дата обращения: 29.05.2025)