Педагогическая психология | Мир педагогики и психологии №07 (120) Июль 2026

Готовность старшеклассников к работе в школьной службе примирения: оценка эффективности формирующей программы

Шалагинова Ксения Сергеевна
Доцент, кандидат психологических наук, ФГБОУ ВО "Тульский государственный педагогический университет им. Л.Н. Толстого", Тула, shalaginvaksenija99@yandex.ru
Хрипкова Анастасия Дмитриевна
Студентка, ФГБОУ ВО "Тульский государственный педагогический университет им. Л.Н. Толстого", Тула, nastkhr@gmail.com

Аннотация: В статье изложены теоретические обоснования и практические результаты внедрения программы формирования готовности старшеклассников к деятельности в школьной службе примирения. В исследовании, охватившем 30 учащихся 16-17 лет, оценивалась динамика по когнитивному, мотивационному, операциональному и волевому компонентам. Программа, базирующаяся на активных методах обучения, продемонстрировала статистически значимое улучшение всех показателей, что подтверждает её эффективность как инструмента психолого-педагогического сопровождения в условиях образовательной организации.
Ключевые слова: готовность, школьная служба примирения, старшеклассник, конфликт, волонтерская деятельность, медиативные навыки, конфликтная компетентность, формирующая программа.

Shalaginova Ksenia Sergeevna
Associate Professor, Candidate of Psychological Sciences, Federal State Budget Educational Institution of Higher Education "Tula State Pedagogical University named after LN Tolstoy", Tula
Khripkova Anastasia Dmitrievna
Student, Federal State Budget Educational Institution of Higher Education "Tula State Pedagogical University named after LN Tolstoy", Tula

Abstract: The article presents the theoretical foundations and practical results of the implementation of the program for the formation of high school students' readiness to work in the school reconciliation service. The study, which included 30 students aged 16-17, assessed the dynamics of cognitive, motivational, operational and volitional components. The program, based on active teaching methods, has demonstrated a statistically significant improvement in all indicators, which confirms its effectiveness as a tool for psychological and pedagogical support in an educational organization.
Keywords: readiness, school reconciliation service, high school student, conflict, volunteer activity, mediation skills, conflict competence, formative program.

Современная образовательная среда характеризуется высоким уровнем неопределенности и разнообразием межличностных взаимодействий, что неизбежно влечет за собой возникновение конфликтных ситуаций. В этих условиях особую значимость приобретает подготовка обучающихся к конструктивному разрешению противоречий. Одним из эффективных механизмов решения данной задачи выступает деятельность школьных служб примирения (ШСП), где старшеклассники могут выступать в роли волонтеров-медиаторов [1].

Понятие «готовность» в психолого-педагогической науке трактуется как многокомпонентное и интегративное личностное образование, выступающее связующим звеном между внутренним состоянием субъекта и успешностью его деятельности [2]. Значительный вклад в разработку этой категории внесли как зарубежные, так и отечественные ученые. В частности, теория установки Д.Н. Узнадзе рассматривает готовность как целостное неосознаваемое состояние, предопределяющее направленность психической активности [9]. В работах М.И. Дьяченко и Л.А. Кандыбовича готовность определяется как комплекс качеств, знаний и умений, необходимых для достижения социально значимых целей [10].

В структуре готовности традиционно выделяют несколько ключевых компонентов. Р.Д. Санжаева в своих исследованиях акцентирует внимание на мотивационном, ориентационном, операциональном, волевом и оценочном элементах, подчеркивая, что именно мотивационная составляющая выполняет системообразующую функцию [3]. В работе Ю.А. Грачева также отмечается значимость когнитивного и эмоционального компонентов для успешного осуществления деятельности [4].

Старший школьный возраст, согласно периодизации Д.Б. Эльконина, является сензитивным периодом для формирования социальных навыков, поскольку ведущей деятельностью становится учебно-профессиональная, а самосознание достигает высокого уровня развития [5]. Как указывают Л.Ю. Комлик и И.Г. Колосова, для старшеклассников характерно углубление рефлексии и осознанный поиск своей идентичности, что создает благоприятную основу для освоения сложных коммуникативных практик, в том числе медиации [6].

Современные технологии подготовки медиаторов-ровесников базируются на активных методах обучения. Зарубежные исследования, в частности работы С.М. Джонса, демонстрируют эффективность социально-эмоционального обучения для развития у подростков навыков разрешения конфликтов [7]. В российской практике особую роль играет кейс-метод, позволяющий, как отмечает Е.Н. Иванова, смоделировать конфликтные ситуации и отработать стратегии посредничества в безопасной учебной среде [11]. Кроме того, важным аспектом подготовки является развитие коммуникативной компетентности, в том числе овладение техниками активного слушания, которое составляет основу медиативного процесса [8].

Таким образом, теоретический анализ позволил выделить четыре основных компонента готовности к работе в ШСП: когнитивный (знание принципов и процедуры медиации), мотивационный (осознанные мотивы волонтерской деятельности), операциональный (навыки конструктивного поведения в конфликте и толерантные установки) и волевой (способность к саморегуляции поведения). Эти компоненты послужили основой для проведения эмпирического исследования.

Исследование проводилось на базе МБОУ «ЦО №22 – Лицей искусств» г. Тулы. В нем приняли участие 30 старшеклассников (средний возраст 16,5 лет). Для оценки уровня готовности использовался комплекс диагностических методик, включающий анкету «Юный медиатор», опросник мотивации волонтерской деятельности, экспресс-опросник «Индекс толерантности», методику Томаса-Килманна и опросник «Стиль саморегуляции поведения» В.И. Моросановой. После проведения констатирующего этапа была реализована формирующая программа, состоящая из 16 занятий и направленная на развитие выделенных компонентов.

Результаты первичной диагностики показали неоднородность выборки. Когнитивный компонент оказался сформирован на низком уровне у 40% учащихся, что свидетельствует о недостаточной осведомленности о медиативных процедурах. В мотивационной сфере у 43% доминировали защитные тенденции (желание уйти от личных проблем), что является неблагоприятным фактором для деятельности медиатора. Анализ операционального компонента выявил, что лишь треть респондентов (33%) склонны к стратегии сотрудничества, а у 13% зафиксирован низкий уровень общей толерантности. В волевом компоненте наиболее слабым звеном оказалась гибкость (низкий уровень у 43%), что может затруднить работу в динамичной конфликтной среде.

В таблице 1 представлены обобщенные данные констатирующего этапа.

Таблица 1. Соотношение уровней выраженности готовности старшеклассников по компонентам (когнитивный, мотивационный, операциональный, волевой) на констатирующем этапе эксперимента.

На контрольном этапе, после реализации программы, была зафиксирована выраженная положительная динамика (Таблица 2).

Таблица 2. Сравнительный анализ результатов констатирующего и контрольного этапов эксперимента по компонентам (когнитивный, мотивационный, операциональный, волевой).

Анализ данных свидетельствует о том, что программа оказалась наиболее эффективной в отношении когнитивного компонента: доля учащихся с низким уровнем знаний сократилась более чем вдвое. Существенные изменения произошли и в мотивационной структуре: у старшеклассников уменьшилась выраженность защитных мотивов и возросла значимость ценностных и познавательных аспектов волонтерской деятельности. В поведенческой сфере значительно увеличилось число участников, предпочитающих стратегию сотрудничества, что говорит о развитии навыков конструктивного взаимодействия. Хотя динамика волевого компонента менее выражена, тем не менее наблюдается устойчивая тенденция к повышению осознанной саморегуляции.

Проведенное исследование подтверждает выдвинутую гипотезу о том, что целенаправленная формирующая программа, основанная на активных методах обучения и учете возрастных особенностей, является эффективным средством повышения готовности старшеклассников к работе в школьной службе примирения. Полученные результаты позволяют рекомендовать разработанную программу для внедрения в практику работы психологов и социальных педагогов общеобразовательных учреждений с целью подготовки волонтерских кадров для медиативной деятельности.

1. Аллахвердова О. В. Медиация как социально-психологический феномен // Вестник Санкт-Петербургского университета. Серия 6. – 2007. – № 2-2. – С. 73–77.
2. Гоголь С. С. Генерализованная готовность как социально-психологическая установка // Известия Саратовского университета. Новая серия. Серия: Философия. Психология. Педагогика. – 2024. – Т. 24, № 1. – С. 73–78.
3. Санжаева Р. Д. Готовность и ее психологические механизмы // Вестник БГУ. Образование. Личность. Общество. – 2016. – № 2. – С. 6–16.
4. Грачев Ю. А. Понятие «готовности к деятельности» в системе современного психолого-педагогического знания // Вестник СПб университета МВД России. – 2011. – № 4. – С. 123–129.
5. Эльконин Д. Б. Возрастная периодизация психического развития // Барсукова А. Е. Современные научные исследования и инновации. – 2020. – № 2.
6. Комлик Л. Ю., Колосова И. Г. Особенности коммуникативной компетентности старшеклассников // Вестник ТГПУ. – 2018. – № 3 (192). – С. 45–49.
7. Джонс С. М. и др. Влияние цифровых программ SEL на навыки разрешения конфликтов у подростков // Журнал педагогической психологии. – 2022. – Т. 114, № 3. – С. 567–582.
8. Ерохина Е. Г. К содержанию понятия «речевая стратегия» в исследовании письменного дискурса // Вестник ИГЛУ. – 2014. – № 2 (27). – С. 277–281.

Список источников:
9. Узнадзе Д. Н. Психология установки. – СПб.: Питер, 2001. – 416 с.
10. Дьяченко М. И., Кандыбович Л. А. Психологическая готовность человека к деятельности. – Минск: Изд-во БГУ, 1976. – 212 с.
11. Иванова Е. Н. Действующие лица: переговоры, медиация, конфликт и другие. – М.: Институт мира и исследования конфликтов, 2021.