Методика преподавания языка | Филологический аспект: Методика преподавания языка и литературы Методика преподавания языка и литературы №02 (37) Март 2026 - Апрель 2026

К вопросу о реперных точках в методологии переводческого анализа

Баребина Наталья Сергеевна
профессор кафедры теоретической и прикладной лингвистики, Байкальский государственный университет, РФ, г. Иркутск, svirel23@rambler.ru ORCID: 0000-0001-5883-6773
Вантензин Анна Петровна
студент Института экономики и международных отношений, Байкальский государственный университет, РФ, г. Иркутск, 0170616@bgu.ru
Рудакова Вероника Сергеевна
студент Института экономики и международных отношений, Байкальский государственный университет, РФ, г. Иркутск, 0175095@bgu.ru

Аннотация: Целью статьи является анализ понятия ‘реперные точки’ в рамках дискурсивно-коммуникативной модели перевода с уточнением их локализации в двух переводческих задачах: художественный перевод (на материале романа Ч. Диккенса) и перевод текстов экологических акций. В художественном переводе реперными точками служат стилистические особенности авторской речи; в переводе экологических акций – лингвокультурно обусловленные экологические концепты. В обоих рассмотренных случаях речь идет о наиболее значимых и требующих внимания переводчика элементах текстового целого. Рефлексия, связанная с идентификацией реперных точек, следовательно, выступает как фактор, определяющий качество перевода. Методологическим выводом является соотнесение реперных точек с категориями стилистики и концептологии.
Ключевые слова: реперные точки, перевод, лингвостилистика, экологические акции, художественные произведения.

Barebina Natalya Sergeevna
Professor, Department of Theoretical and Applied Linguistics, Baikal State University, Irkutsk, Russian Federation
Vantenzin Anna Petrovna
Student, Translation and Translation Studies, Institute of Economics and International Relations, Baikal State University, Irkutsk, Russian Federation
Rudakova Veronika Sergeevna
Student, Translation and Translation Studies, Institute of Economics and International Relations, Baikal State University, Irkutsk, Russian Federation

Abstract: This article aims to analyze the concept of 'reference points' within the discursive-communicative translation model, clarifying their localization in two translation tasks: literary translation (using Charles Dickens’s novel) and the translation of environmental campaign texts. In literary translation, reference points are the stylistic features of the author's speech; in the translation of environmental campaigns, they are linguaculturally determined environmental concepts. In both cases, we are dealing with the most significant elements of the textual whole that require the translator's attention. Reflection associated with the identification of reference points, therefore, acts as a factor determining the quality of translation. The methodological conclusion is the correlation of reference points with the categories of stylistics and conceptual theory.
Keywords: reference points, translation, linguastylistics, environmental campaigns, literary works

Введение. Сегодня, в условиях междисциплинарности, переводоведение, как и другие направления прикладной лингвистики, обращается к методологическому аппарату других дисциплин. Одним из новых инструментов, постепенно входящим в набор практик гуманитаристики, является понятие реперной точки. Цель статьи – рассмотреть понятие реперных точек применительно к практике перевода и показать на примерах их возможные локализации. Методы работы включали дефиниционный, семантический, лингвостилистический, корпусный анализ.

Место реперных точек в дискурсивно-коммуникативной модели перевода. Понятие ‘реперная точка’ принадлежит термометрии. В проекции на гуманитарные науки, как можно судить из публикаций ученых [1], реперные точки представляют собой некоторые ориентиры или точки отсчета на каком-то ландшафте или поверхности, которые позволяют проводить определенную рефлексию или ориентироваться в чем-нибудь. Показательны термины ‘реперная точка дискуссии’, ‘реперные точки при работе с клиентами’, ‘реперные точки выступления’, ‘реперные точки эволюции’, ‘реперные точки развития’, ‘реперные колышки’, ‘реперные пласты’ (примеры взяты из Национального корпуса русского языка: ruscorpora.ru).

Т. А. Волкова описывает процедуру и инструментарий переводческого эксперимента, который подтверждает адекватность дискурсивно-коммуникативной модели перевода [2]. Данная модель включает три инструмента: «процедурный переводческий эксперимент», «реперные точки», «комментарии к письменному переводу». Соотнося понятие реперной точки с инструментом модели в письменном переводе, ученый пишет, что в качестве реперных точек могут выступать следующие параметры: особенности исходного текста; трудности перевода; доминанты перевода; переводческие решения (допустимые, недопустимые, рекомендуемые); параметры сопоставления исходного текста и текста перевода – например, на уровне смыслового содержания и на уровне языкового оформления, критерии оценки качества перевода [2]. Как следует из этой публикации, 1) в качестве реперных точек используются частотные трудности перевода, общего характера (относятся ко всему тексту в целом) и частного характера (отдельные элементы, фразы, имена, термины), 2) для разработки адекватной дискурсивно-коммуникативной модели перевода важно установить соотношения со смежными категориями [2]. Соглашаясь с этим мнением, в настоящей статье мы предлагаем разобрать идею реперных точек в двух разных переводческих задачах – на материале художественного перевода и на материале перевода экологических акций. Такие две разные задачи, на наш взгляд, позволят более точно и контрастно обозначить категории и инструменты модели в терминах Т. А. Волковой.

Экспериментальная часть и анализ. Известно, что мастерство перевода художественных произведений связано с передачей индивидуального авторского стиля. Именно он является одним из самых сложных объектов для перевода. Покажем реперные точки на материале произведения “The Posthumous Papers of the Pickwick Club” Чарльза Диккенса, а также переводов этого произведения на русский язык. Благодаря тому что данное произведение тщательно изучено в литературоведении, нам нет необходимости проводить его анализ с самого начала. Ссылаясь на имеющиеся работы, отметим, что для авторского стиля Ч. Диккенса характерны сатира, юмор и критика, эмотивность, символизм и образность, антитезы и контрасты, «синтез жанров» (для обзора [3; 4]). Указанные особенности актуально исследовать с точки зрения стилистических особенностей произведений авторов. В лингвистике сложился большой багаж знаний о том, что стилистические средства в языке являются особым образом маркированными элементами. Сам лингвостилистический анализ строится на том, что стиль – это возможность сказать или написать что-либо по-разному, а это связано с понятиями нормы и выдвижения, предполагающими то, что «существует определенная система норм, на фоне которой выдвигаются стилистически релевантные средства, обусловленные отклонением от установленных норм как самого языка, так и норм, характерных для той или иной разновидности текста и дискурса» [5, c. 41]. Норма является совокупностью общепринятых и закрепленных в узусе правил использования языковых единиц на различных уровнях языка, и она обеспечивает стабильность, понятность и предсказуемость текста для переводчика. По мысли Г. Г. Хазагерова, в «основе понимания стиля лежат два концепта: узнаваемая форма, факультативно связанная с уместностью речи, и норма, облигаторно связанная с уместностью» [6, c. 38]. С этой точки зрения стиль автора, особенно такого узнаваемого, как Ч. Диккенс или, например, М. Твен, конечно, всегда будет отклоняться от нейтрального узуса.

Рассмотрим пример из текста оригинала “The Posthumous Papers of the Pickwick Club” и его переводы на русский язык, выполненные А. Кривцовой совместно с Е. Ланном [10]:

Like a gas-lamp in the street, with the wind in the pipe, he has exhibited for a moment an unnatural brilliancy, then sunk so low as to be scarcely discernible: after a short interval he had burst out again, to enlighten for a moment, then flickered with an uncertain, staggering sort of light, and then gone out altogether (Подобно уличному газовому фонарю, когда ветер задувает в трубку, он на момент вспыхнул неестественно ярким светом, затем потускнел так, что едва можно было его различить, после короткого перерыва снова разгорелся, опять замигал и замерцал и, наконец, угас окончательно). Символизм и образность с точки зрения переводческих стратегий, передается в переводе с помощью калькирования, опущения, добавления.

Рассмотрим пример стилистически маркированного фрагмента с контрастом:

On his right sat Mr. Tracy Tupman – the too susceptible Tupman, who to the wisdom and experience of maturer years superadded the enthusiasm and ardour of a boy <…> (По правую от него руку сидит мистер Треси Тапмен, слишком впечатлительный Тапмен, сочетавший с мудростью и опытностью зрелых лет юношеский энтузиазм и горячность <…>). Для более верной передачи контраста переводчики используют калькирование, добавление.

Заслуживают внимания результаты сравнения фрагментов перевода этого произведения, выполненного А. Кривцовой, Е. Ланном [10] и перевода, выполненного И. Введенским [11]. Разберем фрагмент:

But love is blind; and Nathaniel had a cast in his eye; and perhaps these two circumstances, taken together, prevented his seeing the matter in its proper light:

Но, как известно, любовь слепа, известно также, что Натаниэл Пипкин слегка косил, и, быть может, именно эти два обстоятельства взятые вместе помешали ему увидеть все дело в настоящем свете – перевод А. Кривцовой, Е. Ланна [10]. Это более современный перевод. В данном случае переводчики используют прием калькирования, структура предложений при этом сохранена, но также используют и введение дополнительных слов (прием добавления).

Но любовь слепа, это всем известно. Натаниэль Пипкин косил на левый глаз – это знало также все местечко. По этим двум причинам, соединенным вместе, Натаниэль Пипкин очертя голову бросился вперед по ложному пути – фрагмент перевода И. Введенского [11]. Здесь мы видим переводческий прием добавления и членения предложения.

Применение переводчиками, наряду с калькированием, трансформаций позволяет говорить о том, что исходный художественный текст содержит специфичные авторские текстовые элементы. Формат статьи не позволяет привести больше примеров, но наш анализ показывает, что стилистически нагруженные элементы требуют от профессионального художественного перевода и более проработанных переводческих стратегий. К ним можно отнести добавление, членение, опущение, грамматическую замену. Примеры переводов художественных текстов, выполненные А. Кривцовой в соавторстве с Е. Ланном признаются наиболее известными и прагматически адекватными. В переводе И. Введенского, более раннем по хронологии, частотны приемы опущения «непонятных» для русского читателя шуток и других фрагментов.

Следовательно, сам набор использованных трансформаций выступает диагностическим признаком сложности и нестандартности оригинала. Вывод состоит в том, что реперной точкой в дискурсивно-коммуникативной модели перевода в рассмотренном материале следует считать переводческую трудность частного характера – передача авторского стиля (локализация точки соответствует стилистической особенности авторской речи). Методологически важным является соотношение указанной реперной точки с лингвостилистикой, в которой доказанным считается факт функционирования стилистических фигур как маркеров авторского стиля.

Во второй части статьи обратимся еще к одному контексту переводческой работы, который оказывается лингвокультурно специфичным. Речь идет о переводе текстов экологических акций. Известно, что экологическая повестка в каждой стране имеет свои особенности. Так, если для англоговорящего социума рассуждения о расизме, гражданских правах и экологии давно стали традицией [7], то для других лингвосообществ, эти же рассуждения, особенно в некоторых формулировках, выглядят не актуально, не понятно и требуют переосмысления в связи с существующим в стране контекстом обсуждения соответствующих вопросов. Например, в англоговорящих странах экология нередко ассоциируется с политикой [8], социальной стратификацией [9]. Это контрастирует с российской традицией обсуждения соответствующих вопросов в духе дискуссии, тяготеющей к научному дискурсу. Исследование этой темы с точки зрения реперных точек норм перевода в ландшафте СМИ, освещающих экологические акции, также актуально. Для анализа мы использовали примеры лозунгов экологических акций зарубежных природозащитных кампаний и организаций (Greenpeace (до 2023 г.); World Wildlife Fund; Fridays for Future; Extinction Rebellion; PETA; World Water Day), а также переводы этих текстов в СМИ (статьи, репортажи, интервью), освещающих проведение этих акций (РИА новости, РБК.Ру).

Рассмотрим примеры. We are the generation that can make peace with land — Мы — поколение, способное заключить мир с Землей (ООН).

В примере можно увидеть лексическую трансформацию — конкретизацию слова land, так как это может быть и почва, и государство, и суша, но в данном контексте (экология) переводчик сузил значение этого слова до планеты Земля. Также произошла замена частей речи: придаточное определительное that can на простое прилагательное способное.

Go green — go paperless — Будь экологичным — откажись от бумаги (Greenpeace).

В данном лозунге произошло смысловое развитие клишированного выражения go green, которое чаще переводят как будь зеленым или будь экологичным. Также здесь можно увидеть замену частей речи: английское прилагательное paperless стало существительным с предлогом от бумаги, а в русском языке однословный эквивалент в виде словосочетания будь безбумажным звучал бы менее естественно.

System change, not climate change — Меняй систему, а не климат (Extinction Rebellion).

В примере можно наблюдать замену частей речи: словосочетания system change и climate change сохраняют лишь слова система и климат, а существительное change переосмысляется и становится глаголом меняй, что в свою очередь перестраивает лозунг, и он становится императивной конструкцией.

В примерах мы видим, что перевод требует определенных усилий, чтобы сохранить коммуникативную цель и прагматику лозунгов. Продолжая разработку модели Т. А. Волковой, отметим, что в дискурсивно-коммуникативной модели перевода реперные точки в переводе лозунгов представляют собой определенные ориентиры. Это стилистически, прагматически и культурно-маркированные элементы текста, которые определяют его коммуникативную стратегию и требуют особого внимания при переводе. В случае с переводом текстов экологических акций такими реперными точками выступают оригинальные лингвокультурные концепты, связанные с экологической повесткой. Примеры из собранного нами корпуса, включающего 45 единиц лозунгов экологических акций, содержат следующие единицы, требующие трансформаций при переводе: environmental racism, climate justice, go Green, veg, plastic-free hero, ecocide, planet B, go paperless, carpool, e-waste, animal souvenirs, to trap CO2 и др.

Выводы и рекомендации. Итак, наш анализ, цель которого мы видим в уточнении инструментов коммуникативно-дискурсивной модели перевода, позволяет предложить следующие шаги с учетом исследованного материала.

1. В художественном переводе реперными точками следует считать стилистические особенности авторской речи. Ирония, образность считаются наиболее сложными для перевода.

2. В переводе экологических акций реперные точки локализуются в оригинальных лингвокультурно обусловленных экологических концептах.

Указанные реперные точки в проанализированных примерах требовали специальных переводческих стратегий. Таким образом, учет этих элементов соответствует развитой переводческой рефлексии, создает методологическую базу для повышения объективных показателей качества перевода, то есть адекватности, эквивалентности и функциональной релевантности в принимающей лингвокультуре.

1. Кужелева-Саган И. П. "Реперные точки" междисциплинарной рефлексии по проблематике влияния новых медиа на сознание и поведение молодежи // Connect-Universum–2014 : сборник материалов V Международной научно-практической интернет-конференции, Томск, 20–22 мая 2014 г. – Томск: Национальный исследовательский Томский государственный университет, 2015. – С. 11-45.
2. Волкова Т. А. Инструментарий переводческого эксперимента // Didactica Translatorica. – 2023. – № 3. – С. 5-9.
3. Гредина И. В. О стилистических особенностях ранних переводов незавершенного романа Ч. Диккенса «Тайна Эдвина Друда» // Известия Томского политехнического университета. Инжиниринг георесурсов. – 2002. – С. 131-140.
4. Крупенина М. И. Фантастический Диккенс. – М.: Государственный академический университет гуманитарных наук, 2024. – 176 с.
5. Джусупов Н. М. у. Теория выдвижения в лингвистических исследованиях: истоки, тенденции, вопросы интерпретации // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Теория языка. Семиотика. Семантика. – 2016. – № 2. – С. 41-50.
6. Хазагеров Г. Г. Форма, норма, репутация и задачи стилистики // Актуальные проблемы стилистики. – 2016. – № 2. – С. 37-44.
7. Давыдов Д. А. Когда правые левее левых. Аномалии левых дискурсов в эпоху расцвета постматериализма // Антиномии. – 2023. – Т. 23, № 1. – С. 51-89.
8. Корзун В. А. "Глобальное потепление" - реальность или политизированный миф? (перспективы создания в России "зеленой экономики"). – М.: Институт мировой экономики и международных отношений РАН, 2009. – 191 с.
9. Хайнацкая Т. И. Разделенные общества: экологическое измерение // Анализ и прогноз. – 2023. – № 2. – С. 84-99.

Список источников
10. Диккенс Ч. Собрание сочинений : в 3 т. Т. 1 : Посмертные записки Пиквикского клуба, Кн. 1, Главы I-XXX / пер. с англ. А. В. Кривцова, Е. Ланн. – М.: Полигран, 1996. – 438 с.
11. Собрание сочинений. Отдельный 6-й том. Замогильные записки Пиквикского клуба. Часть третья. Диккенс Чарльз. Серия: Всемирная библиотека / пер. Иринарха Введенского. – СПб: Просвещение, 1896 г. – 384 с.