Литература народов стран зарубежья | Филологический аспект №11 (55) Ноябрь 2019

УДК 82-94

Дата публикации 22.11.2019

Специфика взаимодействия автора и читателя в английском травелоге 19 века: способы, виды, категории

Ряпов Руслан Игоревич
аспирант 2-го курса, кафедра русской и зарубежной литературы, факультет славянской филологии и журналистики, Таврическая академия, Крымский Федеральный университет им. В.И. Вернадского, rryapov@gmail.com

Аннотация: В данной работе основной научной проблемой является взаимодействие автора и читателя как литературоведческих категорий в травелоге. Исследователь подчеркивает, что в травелоге именно автор как литературоведческая категория задает основной повествовательный вектор, в котором читатель является неотъемлемым элементом. В статье демонстрируется тот факт, что специфика травелога заключается в особой форме взаимодействия документализма и художественности. Установлено, что читатель в литературоведении может быть эксплицитным и имплицитным. В работе доказывается, что присутствие имплицитного читателя в тексте травелога является его обязательным признаком, благодаря которому автор-путешественник репрезентирует инокультурный мир с помощью собственного видения такового. Также имплицитный читатель способствует внедрению точки зрения так называемого теневого субъекта, отождествляющий идеальное представления «я-культуры» автора.
Ключевые слова: категория автора, категория читателя, имплицитный читатель, травелог

The peculiarity of interaction between an author and a reader in English 19-th century’s travelogue: modes, kinds and categories

Ryapov R.I.
the student of the 2-nd course of post-graduate education, the cathedra of Russian and Foreign literature, the faculty of Slavic philology and journalism, Taurida academy, V.I. Vernadsky Crimean Federal

Abstract: The main scientific problem of this research work is interaction between an author and a reader as literature categories in travelogue. The author of the article emphasizes the fact that the narrative vector of travelogue is preset by the writer himself where a reader is an obligatory element. There is the assumption proved that specificity of travelogue consists of the particular form of interaction of documentalism and fictiality. It is stated that a reader’s category is subdivided by explicit and implicit reader. The research defines that presence of the implicit reader in the text of travelogue is compulsory feature of the genre by virtue of which the author and traveler represents the world of other culture through its own vision. The implicit reader also facilitates implementation of viewpoint of so called shadow object that identifies ideal conception of author’s “I-culture”.
Keywords: category of an author, category of a reader, implicit reader, travelogue


Позиции автора и читателя представляют собой неотъемлемые компоненты литературного произведения. Это происходит потому, что в художественном произведении присутствует субъект повествования (автор, но не во всех случаях) и субъект, который принимает информационный поток. Однако в различных жанрах отношения в директиве «автор – читатель» протекают иначе. Далее рассмотрим особенности взаимодействия автора и читателя в рамках травелога.

Травелогу на сегодняшний день посвящен широкий ряд научных исследований, в которых этот жанр рассматривается с различных сторон. Речь идет о работах таких литературоведов, как В.М. Гуминский, А.А. Майга, М.В. Аксенова, И.Ф. Головченко, Е.Б. Мартынюк, Е.Р. Пономарев и т.д. Но, несмотря на изученность травелога, все же имеются определенные лакуны в проработке проблем этого жанра. Также важно сказать, что хоть травелог и относится к эпическим жанрам, он все же значительно отличается от остальных произведений этого рода. Прежде всего, важно обратить внимание на то, что травелог сочетает в себе два особым образом коррелирующих между собой элемента: документальность (фактуальность) и художественность (фикциальность) [4, с. 104; 11]. Сочетание этих двух составляющих предопределяет всю жанровую специфику травелога, рассматривая которую, литературоведы делятся на две группы: те, кто считает именно «физическое пространство», путешествие сюжетообразующим фактором травелога, и те, кто утверждает, что путешествие является «маргинальным», если не эпизодическим [8, с. 377; 5, с. 34; 1, с. 171; 9; 6]. Данное разделение базируется на принципиально разных методологических подходах к изучению травелога. И поскольку наша концепция заключается в признании совершения реального путешествия автором травелога фундаментом произведений этого жанра, данное исследование будет предполагать документализм как основополагающую характеристику травелога.

Вышеприведенное разделение фактуальности и фикциальности в рамках травелога обладает ключевой значимостью для данного исследования. Документализм является основным фактором травелога: автором произведения этого жанра является только тот субъект, который лично совершил акт путешествия. В литературоведческом дискурсе это обусловливает своеобразие категорий автора в травелоге: биографический автор выступает образующим компонентом не только «события, о котором рассказывается» (то есть непосредственно путешествие), но и «события рассказывания» (текст травелога) [10, с. 18; 12, с. 173]. Таким образом, автор автоматически занимает многогранную позицию в травелоге: он является и автором биографическим (автором-творцом – по М.М. Бахтину), и повествователем, и героем-рассказчиком [2, с. 91; 13, с. 237]. Здесь важно сделать акцент на том, что именно этот признак составляет основу уникальности травелога, делает его неповторимым эпическим жанром. Более того, несмотря на то, что травелог относится к неканоническим жанрам, обязательность в нем автора-путешественника составляет определенный облигаторный фактор, нарушение или несоблюдение которого будет способствовать деструктурации травелога.

В травелоге характеристика читателя как литературоведческой категории также достаточно разнообразна. Учитывая тот факт, что автор в травелоге изображает инокультурное пространство, зафиксированное им в ходе совершения путешествия, читатель выступает главным субъектом, который воспринимает инокультурный мир в репрезентации автора-путешественника. Литературоведение разграничивает читателя «имплицитного и эксплицитного» [3, с. 117]. Принципиальное различие между ними заключается в присутствии самого текста произведения. Так, если эксплицитный читатель активно присутствует в тексте, что выражается прямыми обращениями автора и употреблением местоимений, то в случае с имплицитным читателем все гораздо сложнее. Как известно, каждое литературное произведение подразумевает под собой обязательных два субъекта: автора (кто пишет?) и читателя (кому?). Ввиду этого, травелог не является исключением. Следовательно, присутствие автора в нем также определено. Однако сущность позиции читателя заключается в специфике отображения как эксплицитного, так и имплицитного читателя в тексте травелога. С учетом того, что в качестве практического материала нами был выбран английский травелог начала 19-го столетия (А.У. Кинглейк, Э.Д. Кларк), целесообразно последовательно рассмотреть принципы выражения категории эксплицитного и имплицитного читателя на примере конкретных травелогических текстов.

Эксплицитный читатель в травелоге проявляется основными (базовыми) двумя элементами:

1. прямые обращения:

«Oh, my dear ally! When first you spread your carpet in the midst of these eastern scenes, do think for a moment of those your fellow creatures, that dwell in squares, and streets, and even (for such is the fate of many!) in actual country houses» [15; c. 19-20]. – «О, мой любезный союзник! Разостлавши в первый раз ваш ковер среди этих восточных сцен, вспомните на минуту о ваших соотечественниках, проводящих жизнь свою на площадях, на улицах или даже [это участь многих] в деревенских домах» [7, с. 25].

«The Reader perhaps will not feel himself much concerned to be further informed respecting such particulars» [14, c. 417]. – «Вероятно, читатель не совсем поймет суть таких мелочей» [Перевод мой – Р.И. Ряпов].

«They have since been described in a work published by Pallas, relating to his Travels in the South of Russia, where the reader will also find them accurately delineated» [14, c. 119]. – «Читатель также найдет их отображение в работе, опубликованной Па̀лласом и посвященной его путешествиям на юг России, где они уже были описаны» [Перевод мой – Р.И. Ряпов].

2. местоименные отождествления («я» отождествляется с «мы»):

«It will be otherwise with you when you journey in the East» [15, c. 26]. – «С вами будет то же самое, когда вы отправитесь в путешествие по Востоку» [7, с. 29].

«…if being in the noisiest mart of Stamboul, you would stroll to the quiet side of the way amidst those Cypresses opposite, you will cross the fathomless Bosphorus» [15, c. 30]. – «Вы ходите по самому шумному стамбульскому рынку, — вам захотелось отдохнуть под великолепными кипарисами, которые вы видите вдали перед собою, — что ж, стоит только переплыть бездонный Босфор» [7, с. 36].

«Even when he’s dead, you may get a scratch from his sabre» [14, c. 479]. – «И даже когда он (турок) мертв, вас может ранить его сабля» [Перевод мой – Р.И. Ряпов].

«The guns are yours—the people are yours!» [14, c. 460]. – «Обладая оружием, вы имеете власть над людьми» [Перевод мой – Р.И. Ряпов].

Как видно из вышепредставленных примеров, эксплицитный читатель не только открыто фигурирует в тексте произведения, но и выступает своего рода инструментом авторского повествования. Анализ показал, что представленные выше отображения эксплицитного читателя в тексте фигурируют в обоих произведениях, что говорит о конкретной общности средств эксплицитности читателя в английском травелоге 19 века.

В отличие от эксплицитного читателя, категория имплицитного читателя в тексте травелога отображена не так ярко. Однако для выявления этой категории необходимо определить некоторые индикаторы, выступающие средствами указания на имплицитного читателя. Изучим представленные ниже средства, отображающие это литературоведческое явление:

  • несобственно-прямая речь;
  • создание теневого субъекта

Поскольку несобственно-прямая речь представляет собой отождествление авторской речи и речи персонажа, что, как уже было установлено ранее, в травелоге является одним и тем же, в качестве примеров несобственно-прямой речи в травелогических произведениях будет выступать эмоциональная экспрессия при повествовании. Особенность этого приема в тексте травелога состоит в том, что автор, объединяя в себе несколько составляющих компонентов (см. выше), обращается к герою-рассказчику, совмещая их точки зрения. В этом сложном взаимодействии место имплицитного читателя определяется вопросом «для чего/кого автор на определенный промежуток времени совмещает точки рения двух авторских категорий?». Ответ на него определит место имплицитного читателя. Рассмотрим некоторые примеры из текстов.

«So vast are the wonders of the Deep!» [15, c. 31]. – «Велики тайны морской пучины!» [7, с. 38].

«There were some leafy pathway that crisped beneath the glowing sandal of Aphrodetie — Aphrodetie, not coldly disdainful of even a mortal’s love!» [15, c. 76]. – «У подножия горы простирается тропинка, которой касались сандалии Афродиты – Афродиты, не отвергающей любви простого смертного!» [7, с. 85].

«Port of Balaclava … is the Heracleotic Chersonesus, so accurately described by that author!» [14, c. 200]. – «Порт Балаклавы – это Гераклический Херсонес, в точности описанный автором» [Перевод мой – Р.И. Ряпов].

Из представленных выше примеров становится очевидным тот факт, что несобственно-прямая речь в основном вводит имплицитного читателя исключительно при описании того или иного локуса. Таким образом, можно сделать вывод о том, что описание того или иного топического элемента инокультурного мира влечет за собой (не всегда) использование несобственно-прямой речи и, как следствие, интеграцию имплицитного читателя, который выступает своего рода приемником проектируемых точек зрения автора-творца и героя-рассказчика.

Создание теневого субъекта подразумевает под собой следующий принцип: автор во время повествования обращается не к самому себе или собственному впечатлению (впечатлению героя-рассказчика), а косвенно вводит некий подразумеваемый субъект (теневой субъект), который является носителем иной точки зрения, точки зрения 3-го лица. Обязательный критерий при этом – воплощение теневым субъектом тех реалий/рецепций/стереотипов, которые свойственны культуре автора [10, с. 18]. Теневой субъект как бы осуществляет функцию проектора культуры «своего» во время отображения точки зрения автора (творца и героя рассказчика) на культуру «чужого». В тексте это проявляется отсылкой к английскому менталитету, национальным и культурным особенностям. Рассмотрим представленные ниже примеры:

«To taste the cold breath of the earliest morn, and ‘to lead, or follow your bright cavalcade till sunset through forests, and mountain passes, through valleys, and desolate plains, all this becomes your mode of life, and you ride, eat, drink, and curse the mosquitoes, as systematically as your friends in England eat, drink, and sleep» [15, c. 26]. – «Наслаждаться свежим воздухом утренней зари, ехать впереди или позади блестящей кавалькады до захода солнца, через горные ущелья, долины, степи, — это делается вашим образом жизни, и вы кушаете, пьете, погоняете коня и проклинаете комаров также систематически, как пьют, едят и спят друзья ваши в Англии» [7, с. 31].

«In England…the bulk of the things bought and sold, goes through the hands of a wholesale dealer, and it is he who higgles and bargains with an entire nation of purchasers, by entering into treaty with retail sellers» [15, c. 31]. – « В Англии … масса купленных или проданных вещей переходит чрез руки оптового торговца; он ссорится и спорит с целой нацией покупателей, заключая торговые сделки с купцами, занимающимися розничной торговлей» [7, с. 36].

«(it causes) unspeakable disgust in many Englishmen, who cannot see why an honest dealer should ask more for his goods than he will really take» [Kinglake, c. 37]. – «Это составляет вечный источник неудовольствия для англичан, не понимающих как честный купец может назначить за вещь, которую надеется вам сбыть, цену гораздо более той, за которую наконец отдает ее» [7, с. 42].

«A traveler with a light carriage may proceed at the rate at one hundred and thirty English miles in a day» [14, c. 14]. – «Путешественник с легкой поклажей мог преодолевать около ста тридцати английских миль в день» [Перевод мой – Р.И. Ряпов].

«They have varieties of this vegetable, which are unknown in England» [14, c. 169]. – «У них есть огромное количество овощей, которых нет в Англии» [Перевод мой – Р.И. Ряпов].

«The seed of it (cucumber), since brought to England, has not thrived in our country» [14, c. 262]. – «С момента, когда его семена (огурца) были ввезены в Англию, они так и не прижились в нашей стране» [Перевод мой – Р.И. Ряпов].

Исходя из представленного выше, можно сказать, что теневой субъект являет собой важный аспект при демонстрации точки зрения не столько «автора эмпирического», сколько «автора культурного (национального)». Он (субъект) являет собой медиальную стадию демонстрации точки зрения английской «я-культуры» имплицитному читателю, где последний занимает особое место в схеме взаимодействия:

Таким образом, подводя итоги данного исследования, стоит отметить, что в травелоге взаимодействие категории автора и читателя протекает разнообразно. В ходе исследования было установлено, что категория автора вбирает в себя остальные производные от нее подкатегории ввиду доминирующей документальности жанра, обусловливающей реального путешественника в качестве автора произведения. Относительно категории читателя в английском травелоге было доказано разделение читателя на категории эксплицитного и имплицитного, а также продемонстрирована специфика отображения каждой из этих категорий. Более того, в рамках проведения данного научного исследования было выяснено, что имплицитный читатель способствует внедрению точки зрения так называемого теневого субъекта, отождествляющий идеальное представления «я-культуры» для автора, в частности английского путешественника.


Список литературы

1. Аксенова М. В. Травелог: путешествие жанра и жанр путешествий [Текст] / М. В. Аксенова // Актуальные проблемы филологии и педагогической лингвистики. – 2018. – №3 (31). – С. 170-176.
2. Бахтин М. М. Автор и герой в эстетической деятельности // Бахтин М. М. Эстетика словесного творчества. - 2-е. изд.- М.: Искусство, 1986. - С. 9 - 191.
3. Гетманская Е.В., Шевченко О.А. Xитатель как категория литературоведения // В мире науки и искусства: вопросы филологии, искусствоведения и культурологии. № 11(54). – Новосибирск: СибАК, 2015. – С. 115-119
4. Гуминский В.М. Русская литература путешествий в мировом историко-культурном контексте. М.: Ин-т мировой литературы им. А.М. Горького РАН. - 2017. – 608 с.
5. Деремедведь О. М. Жанрові особливості англійської жіночої літератури мандрів кінця XVIII – першої половини XIX століття (на матеріалі творів про Крим) : дис. ... канд. фiлол. наук: 10.01.04 [Текст] / О. М. Деремедведь. – Сiмферополь, 2008. – 181 с.
6. Еремин В. С. Ранние обзоры «Литературы путешествий» на страницах «The Edinburgh Review»: образы востока [Текст] / В. С. Еремин // Всеобщая история и международные отношения. – 2015. – №1 (15). – С. 70-73.
7. Кинглейк А.У. Путешествие английского туриста по Востоку // HomLib. – Режим доступа: http://homlib.com/read/kinglek-au/puteshestvie-angliyskogo-turista-po-vostoku (Дата обращения: 20.05.2019).
8. Мартынюк Е.Б. Травелог как взаимодействие личной культуры автора и общекультурного взаимодействия // Переводческий дискурс: междисциплинарный подход. - 2018. - С. 376-381.
9. Пономарев, Е. Р. К вопросу об общей теории травелога [Текст] / Е. Р. Пономарев // Медиалингвистика. – 2017. – С. 150-152.
10. Ряпов Р.И. Директива "автор-читатель" в английском травелоге 19 века // Сборник тезисов участников V научно-практической конференции профессорско-преподавательского состава, аспирантов, студентов и молодых ученых «Дни науки КФУ им. В.И. Вернадского». - 2019. - С. 18-19.
11. Станишевская А.И. Категория автора в романе Э. Бронте "Грозовые ворота" // Вестник Ленинградского государственного университета им. А.С. Пушкина. - 2013. - с. 131-137.
12. Тамарченко Н.Д., Тюпа И.В., Бройтман С.Н. Теория литературы. - М.: Издательский центр "Академия", 2004. - 512 с.
13. Щирова И. А., Гончарова Е. А. Многомерность текста: понимание и интерпретация: Учебное пособие. - СПб.: Книжный Дом, 2007. - 472 с.
14. Clarke E.D. Travels in Various Countries: Europe, Asia and Africa. Part 1. Russia, Tartary and Turkey. - London, 1810. - 760 p.
15. Kinglake, A. W. Eothen [Текст] / A. W. Kinglake. – 1 ed. – Paris: Leipzig, 1846. – 308 p.

Расскажите о нас своим друзьям: