Теория языка | Филологический аспект №06 (134) Июнь 2026

Языковые средства выражения эмоций в политическом дискурсе (на материале немецкого языка)

Дзахова Вероника Тамбиевна
доктор филологических наук, доцент, профессор кафедры романо-германских языков Северо-Осетинского государственного университета им. К.Л.Хетагурова, РФ, г.Владикавказ, tambi60@mail.ru
Тедеева Диляра Олеговна
студентка, Северо-Осетинского государственного университета им. К.Л.Хетагурова, РФ, г. Владикавказ, dilyara.ted@gmail.ru

Аннотация: Статья посвящена анализу языковых средств, через которые в немецком политическом дискурсе передаются эмоции. Основная задача работы — выявить лексические, синтаксические, грамматические и стилистические механизмы, формирующие эмоциональный слой политической речи. В качестве эмпирической базы выбран текст новогоднего обращения федерального канцлера Германии Ангелы Меркель. Применяются описательный и контекстуальный анализ, а также отдельные приёмы дискурс-анализа. Показано, что эмоциональная составляющая немецкого политического дискурса, как правило, выражена сдержанно и опосредованно: она реализуется через оценочную лексику, модальные конструкции и риторические приёмы. Эти средства усиливают персуазивный потенциал высказывания и способствуют формированию доверия и чувства солидарности у аудитории.
Ключевые слова: политический дискурс, немецкий язык, эмоции, экспрессивность, модальность.

Dzakhova Veronika Tambievna
Doctor of Philological Sciences, Professor of the Department of Romance and Germanic Languages K.L. Khetagurov North Ossetian State University, Vladikavkaz, Russian Federation
Tedeeva Dilyara Olegovna
Student, Department of Romance and Germanic Languages K.L. Khetagurov North Ossetian State University, Vladikavkaz, Russian Federation

Abstract: The paper focuses on the linguistic means used to convey emotions in German political discourse. The aim of the work is to identify lexical, syntactic, grammatical and stylistic mechanisms that shape the emotional dimension of political speech. The empirical material is the New Year’s address of the Federal Chancellor of Germany, Angela Merkel. The study relies on descriptive and contextual analysis, supplemented by elements of discourse analysis. It is demonstrated that emotionality in German political discourse tends to be restrained and implicit, emerging through evaluative vocabulary, modal constructions and rhetorical devices. These means enhance persuasive impact and foster trust and solidarity among the audience.
Keywords: political discourse, German language, emotions, linguistic means, expressiveness, modality.

Политический дискурс выступает одной из ключевых форм институциональной коммуникации, ориентированной на формирование общественного мнения и воздействие на массовую аудиторию. Его специфика проявляется в одновременной реализации информативной и персуазивной функций, которые воплощаются через систему языковых средств [1; 2].

Эмоциональный компонент в политической речи играет особую роль. Он усиливает выразительность высказывания, помогает структурировать содержание и направляет интерпретацию событий адресатом. При этом эмоции в данном типе дискурса не носят спонтанного характера — они используются как целенаправленный инструмент воздействия [3].

Интерес к механизмам эмоционального влияния в политической коммуникации в последние годы заметно усилился, что и определяет актуальность работы. Немецкий политический дискурс в этом отношении показателен: его отличают сдержанность и ориентация на рациональность, поэтому способы выражения эмоций здесь приобретают особую аналитическую ценность [4].

Цель статьи — выявление и анализ языковых средств выражения эмоций в немецком политическом дискурсе.

Материал и методы исследования

В качестве материала взято новогоднее обращение Ангелы Меркель за 2015 год. Жанр сам по себе примечательный: это одновременно официальный политический текст и нечто личное, обращённое напрямую к каждому зрителю. Именно это сочетание делает его продуктивным для анализа эмоциональных механизмов, поскольку говорящий вынужден балансировать между институциональным статусом и коммуникативной близостью.

Методологическую основу работы составляют описательный метод и контекстуальный анализ, дополненные элементами дискурс-анализа и прагмалингвистического подхода. Такая комбинация позволяет рассматривать текст одновременно в нескольких плоскостях: что сказано, как сказано и с какой коммуникативной целью [2].

Лексические средства

Лексический уровень несёт основную нагрузку в формировании эмоционального фона политического текста, и обращение Меркель это наглядно подтверждает.

Прежде всего обращает на себя внимание оценочная лексика с резким разрывом между двумя полюсами. Слова Krisen и Kriege создают фон тревоги и нестабильности, тогда как уже через несколько фраз появляются starkes Land и Herausragendes, разворачивающие восприятие в противоположную сторону. Такое чередование представляет собой устойчивый риторический приём: угроза называется прежде, чем предлагается опора, что усиливает убедительность позитивного полюса. По мнению А.В. Зориной [5, с. 1156], использование метафорических моделей позволяет политику трансформировать абстрактные переживания в конкретные образы за счет вербализации эмоций.

Лексика благодарности выполняет сразу несколько функций. Повтор Danke и конструкции типа Ich danke den freiwilligen Helfern называют конкретные группы людей, а не абстрактное общество, что снижает дистанцию между политиком и аудиторией. Помимо этого, благодарность как речевой акт предполагает признание чужого вклада, и слушатель начинает воспринимать себя участником общего усилия, а не сторонним наблюдателем.

Ценностная лексика, представленная единицами Werte, Respekt, Traditionen, апеллирует к тому, что в культурном пространстве считается само собой разумеющимся. Подобные слова функционируют через механизм узнавания, а не убеждения: они не требуют аргументации, поскольку активируют уже существующие ценностные установки аудитории [1, с. 42–45].

Лексика надежды реализована через конкретные формульные конструкции. Wir schaffen das и Ich bin überzeugtотличаются от общих заверений тем, что форма первого лица множественного числа включает говорящего в коллективное усилие, а не позиционирует его над аудиторией. Это снижает тревожность и транслирует уверенность без избыточной патетики.

Синтаксические средства

Синтаксическая организация высказывания напрямую влияет на интенсивность эмоционального воздействия, и в обращении Меркель этот уровень задействован последовательно и разнообразно.

Перечисления типа Unsere Werte, unsere Traditionen, unsere Gesetze создают ритмическое нагнетание, при котором каждый следующий элемент воспринимается весомее предыдущего. Важно, что однородные члены здесь не просто перечисляют факты, а выстраивают иерархию смыслов: от абстрактного к конкретному, от общего к институциональному.

Анафорические повторы усиливают этот эффект на уровне сверхфразового единства. Многократное воспроизведение одной и той же начальной конструкции фиксирует ключевую идею в памяти адресата и придаёт тексту черты ритуальной речи, что особенно уместно в жанре новогоднего обращения.

Краткие предложения, например 2015 war so ein Jahr., функционируют как намеренные паузы в общем развёртывании текста. Они прерывают синтаксический поток и концентрируют внимание именно в той точке, где говорящему необходима максимальная смысловая фиксация.

Местоимение wir пронизывает весь текст и выполняет функцию риторического включения. Адресат не остаётся по другую сторону высказывания, он оказывается внутри общего субъекта действия, что формирует устойчивое ощущение солидарности и коллективной ответственности.

Грамматические и модальные средства

Модальность в политическом тексте распределяет эмоциональные акценты не менее точно, чем лексика.

Модальность долженствования, реализованная через wir müssen, вводит в текст ощущение серьёзности и неотложности. Это не угроза и не призыв в прямом смысле, скорее фиксация общей ответственности, которую говорящий разделяет с аудиторией, а не возлагает на неё извне.

Модальность уверенности, представленная конструкцией Ich bin überzeugt, выполняет функцию риторической гарантии. Личная убеждённость политика транслируется как основание для доверия [7, с. 118–121].

Модальность возможности через wir können смягчает общий тон и задаёт перспективу достижимости.

Стилистические и риторические средства

Политическая речь традиционно опирается на повтор, антитезу, метафору и параллелизм. В тексте Меркель эти приёмы работают в связке с уже описанными механизмами, усиливая их эффект. Антитеза обеспечивает ту самую логику «угроза — опора», которая прослеживается на всех уровнях текста. Таким образом, как отмечает А.Г. Чабанная, в речи возникает оппозиция «свой-чужой», увеличивающая степень речевого манипулирования в немецкоязычной политической коммуникации [6, с.533].

Прагматическая функция эмоций

Эмоциональный компонент в политическом дискурсе не является декоративным элементом. Консолидирующая функция объединяет аудиторию вокруг общих ценностей и коллективного субъекта wir. Стабилизирующая снижает тревожность через признание проблем и одновременное утверждение устойчивости государственных институтов. Персуазивная направляет интерпретацию событий в заданном направлении, не прибегая к открытой аргументации [2; 8].

Заключение

Проведённый анализ показывает, что языковые средства выражения эмоций занимают структурообразующее место в политическом дискурсе. Обращение Меркель подтверждает характерную особенность немецкой политической речи: эмоциональность реализуется в имплицитной и сдержанной форме, без прямой экспрессии, через точно выверенные лексические, синтаксические, грамматические и риторические механизмы. Интересно отметить, что аналогичные выводы, сделанные на основе исследования персуазивных стратегий немецких политических групп в Европарламенте, можно обнаружить в работе Galli [9, с. 87-89].

1. Чудинов А. П. Дискурсивные характеристики политической коммуникации // Политическая лингвистика. 2012. №2. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/diskursivnye-harakteristiki-politicheskoy-kommunikatsii (дата обращения: 09.05.2026).
2. Шейгал Е.И. Семиотика политического дискурса. 5-е изд. М.: URSS, 2021. 326 с.
3. Григорьева В. С. Эмоция как объект лингвистического исследования в аспекте теории дискурса // Известия Волгоградского государственного педагогического университета. 2023. № 6 (179). С. 79–84.
4. Гусейнова И. А., Горожанов А. И. Антислова как фактор идеологизации современного политического дискурса Германии // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 2. Языкознание. 2024. Т. 23, № 4. С. 84–95.
5. Зорина А. В. Метафора как продуктивное средство вербализации эмоций в политическом дискурсе Германии // Филологические науки. Вопросы теории и практики. — 2024. — Т. 17, № 4. — С. 1154–1160.
6. Чабанная А. Г. Дискурсивные механизмы речевого манипулирования в немецкоязычном политическом дискурсе // Казанский лингвистический журнал. — 2024. — Т. 7, № 4. — С. 529–539.
7. Chilton P. Analysing Political Discourse: Theory and Practice. London: Routledge, 2021. 254 p.
8. Musolff A. Political Metaphor Analysis: Discourse and Scenarios. London: Bloomsbury Academic, 2023. 224 p.
9. Galli G. La persuasione nei dibattiti parlamentari europei: analisi di strategie linguistiche nei gruppi politici tedeschi : дис. … магистра. — Torino : Università degli Studi di Torino, 2024. — 98 p.