Сравнительно-историческое, типологическое и сопоставительное языкознание | Филологический аспект №11 (139) Ноябрь 2026

УДК 81.246

Дата публикации 19.11.2026

Типологическая интерференция при усвоении падежной системы русского языка индийскими студентами: русский язык, хинди и хинглиш

Токарева Марина Васильевна
старший преподаватель кафедры русского языка как иностранного, ФГБОУ ВО «Пермский государственный медицинский университет имени академика Е.А. Вагнера» Минздрава РФ, г. Пермь, Россия,

Аннотация: В статье рассматривается проблема усвоения падежной системы русского языка как иностранного индийскими студентами в условиях взаимодействия трех языковых систем – русского, хинди и хинглиша. Цель работы – выявить типологические различия между русским языком, хинди и хинглишем, значимые для усвоения падежей, и определить характер интерференции, возникающей при переносе грамматических моделей родного и второго языка на изучаемый. Материалом послужили данные сопоставительно-типологического анализа фонетического, морфологического и синтаксического уровней трех систем, а также наблюдения за речью индийских учащихся. Установлено, что ключевые различия связаны с типом языкового строя (синтетический русский vs. аналитико-синтетический хинди), способом выражения падежных значений (флексия vs. послелоги), характером синтаксиса (номинативный vs. эргативный) и порядком слов (относительно свободный SVO vs. фиксированный SOV). Показано, что хинглиш, наследуя грамматику хинди, выступает источником вторичной интерференции. Сделан вывод о целесообразности опоры на падежную систему хинди при обучении русским падежам и о необходимости учёта обоих языков обучающихся при анализе типичных ошибок.
Ключевые слова: русский язык как иностранный, падежная система, интерференция, типология, хинди, хинглиш, индийские студенты.

Typological Interference in the Acquisition of the Russian Case System by Indian Students: Russian, Hindi, and Hinglish

Tokareva Marina Vasilyevna,
senior teacher, Perm State Medical University named after Academician E.A. Wagner, Perm, Russia;

Abstract: The article addresses the problem of acquiring the case system of Russian as a foreign language by Indian students under conditions of interaction among three language systems — Russian, Hindi, and Hinglish. The aim of the study is to identify the typological differences between Russian, Hindi, and Hinglish that are relevant to the acquisition of cases, and to determine the nature of the interference arising from the transfer of grammatical models of the native and second languages onto the target language. The material comprises data from a comparative-typological analysis of the phonetic, morphological, and syntactic levels of the three systems, as well as observations of the speech of Indian learners. It is established that the key differences are connected with the type of language structure (synthetic Russian vs. analytic-synthetic Hindi), the means of expressing case meanings (inflection vs. postpositions), the type of syntax (nominative vs. ergative), and word order (relatively free SVO vs. fixed SOV). It is shown that Hinglish, inheriting the grammar of Hindi, acts as a source of secondary interference. The conclusion is drawn that it is expedient to rely on the case system of Hindi when teaching Russian cases and that both languages of the learners should be taken into account when analyzing typical errors.
Keywords: Russian as a foreign language, case system, interference, transfer, typology, Hindi, Hinglish, Indian students.

Правильная ссылка на статью
Токарева М.В. Типологическая интерференция при усвоении падежной системы русского языка индийскими студентами: русский язык, хинди и хинглиш // Филологический аспект: международный научно-практический журнал. 2026. № 11 (139). Режим доступа: https://scipress.ru/philology/articles/tipologicheskaya-interferentsiya-pri-usvoenii-padezhnoj-sistemy-russkogo-yazyka-indijskimi-studentami-russkij-yazyk-khindi-i-khinglish.html (Дата обращения: 19.11.2026)

 

Овладение падежной системой русского языка традиционно признается одной из наиболее сложных задач для иностранных учащихся независимо от того, существует ли в их родном языке аналогичное грамматическое явление. Для индийских студентов эта задача осложняется тем, что усвоение русского языка происходит в условиях взаимодействия не двух, а трех языковых систем: русского как языка-цели, хинди как родного языка и хинглиша – смешанного варианта английского, которым индийцы активно пользуются в повседневной коммуникации [1, с. 294].

Значение исследуемой проблемы определяется тем, что ошибки в употреблении падежей нередко квалифицируются как результат невнимательности или недостаточной тренировки, тогда как в действительности они порождаются типологическими расхождениями между контактирующими языками. Понимание природы этих расхождений позволяет перейти от механического заучивания падежных флексий к осознанному освоению семантико-синтаксических функций падежа.

Новизна предлагаемого решения состоит в том, что русский язык, хинди и хинглиш рассматриваются не изолированно, а как единая система взаимодействующих кодов, где хинглиш, наследуя грамматическую основу хинди, способен порождать вторичную интерференцию, которая накладывается на первичную интерференцию со стороны родного языка.

Цель работы – установить типологические различия между русским языком, хинди и хинглишем, значимые для усвоения падежной системы русского языка, и определить характер интерференционного влияния, которое эти различия оказывают на русскую речь индийских учащихся.

Работа выполнена в русле сопоставительно-типологического анализа с опорой на данные описательных грамматик русского языка и хинди, а также на исследования по хинглишу. Сопоставление проводилось на фонетическом, морфологическом и синтаксическом уровнях по единому набору параметров: тип языкового строя, основной способ выражения грамматических значений, набор именных категорий, синтаксический тип, порядок слов и модель управления.

Материалом послужили, во-первых, научные описания русского языка и хинди [2; 3; 4; 5; 10, 11], во-вторых, работы, посвященные хинглишу как результату системного взаимодействия хинди и английского в условиях массового билингвизма [1; 6; 7], в-третьих, исследования по интерференции и трансферу при овладении неродным языком [12; 8]. Дополнительным источником стали наблюдения за устной и письменной русской речью индийских студентов, обучающихся в российском вузе.

Сопоставление падежных значений русского языка и системы караков хинди проводилось с опорой на работу А. Ананда, Е.Ф. Косицыной и Н.М. Румянцевой [2]. Отметим, что в статье не ставится задача исчерпывающего описания падежной системы хинди; рассматриваются лишь те значения, которые изучаются на уровнях А1–В1 и, следовательно, наиболее актуальны для начального этапа обучения.

1. Генеалогическая близость при типологической дистанции

Согласно генеалогической классификации, русский язык и языки большинства населения Индии относятся к индоевропейской семье: русский входит в славянскую группу, хинди – в индийскую (индоарийскую) [11, с. 178; 13]. Однако генетическое родство не отменяет глубоких типологических расхождений, которые и становятся источником интерференции.

Русский язык принадлежит к флективному типу синтетического строя: он обладает развитой падежной системой (шесть падежей), тремя родами и двумя числами, причем падежные флексии различаются в зависимости от типа склонения и рода, а прилагательные согласуются с существительными в роде, числе и падеже. Хинди, напротив, далеко отошел от санскрита с его выраженной флективностью и обнаруживает сильные аналитические черты: категория рода бинарна (мужской и женский), словарная форма большинства существительных формальных признаков рода не имеет [3, с. 53], а падежные значения выражаются преимущественно послелогами [4, с. 179–180].

2. Падеж и карак: разные средства при сходных функциях

Принципиальное различие между русской падежной системой и системой хинди состоит в способе выражения: в русском используются синтетические средства – изменение формы слова, в хинди – аналитические, послеложное оформление [2, с. 199]. При этом функциональное сходство сохраняется: и падеж, и карак служат для обозначения роли слова в предложении. Традиционно в хинди выделяют восемь караков, охватывающих основные роли – исполнителя, прямого объекта, получателя, инструмента, происхождения, отношения и принадлежности, места [2, с. 201–203; 14].

Сопоставление показывает, что одним и тем же русским падежам соответствуют разные послелоги хинди, причем соответствие не является взаимно однозначным. Так, значение принадлежности в русском родительном падеже передается в хинди послелогами kā, kī, kē; значение отсутствия при слове нет – послелогом nahīṃ; исходный пункт движения – послелогом se, конечный – послелогом tak [2, с. 63]. Дательному падежу русского языка соответствуют послелог ke pās (адресат), madad se (причина), par (средство коммуникации); винительному – послелог ko; творительному – se (орудие), ke dvārā (производитель действия), bananā (профессия), ke sāth (совместность); предложному – mēṃ и par (местоположение), ke bare mēṃ (объект речи и мысли) [2, с. 64–65].

Количественное значение в русском языке требует родительного падежа, тогда как в хинди существительное после числительных сохраняет форму именительного падежа, – это ключевое межъязыковое различие [2, с. 63]. Именно такие «точечные» расхождения при внешнем функциональном сходстве порождают устойчивые ошибки: учащийся не видит необходимости менять форму слова там, где родной язык ее не меняет.

Приведем типичные случаи, иллюстрирующие интерференцию системы карак хинди в русскую падежную речь (авторские наблюдения, уровни владения языком А1–В1). В хинди при отрицании и после числительных существительное сохраняет форму именительного падежа: mere pās kitāb nahīṃ hai – букв. У меня книга нет есть; do kitāb – две книга. Таким образом, перенося модель из родного языка, учащиеся говорят У меня нет книга вместо У меня нет книги, две книга вместо две книги. Адресат в хинди оформляется послелогом ko (maine usko kitāb dī – я ему книгу дал), не различающим падежную форму. Так, появляется ошибка: Я дал он книга, Я дал ему книга вместо Я дал ему книгу. Орудие в хинди передается послелогом se (maine churī se kāṭā – я ножом резал). Буквальный перенос правила провоцирует использование предлога и начальной формы слова: Я резал с нож вместо Я резал ножом.

Приведенные примеры показывают, что ошибки не случайны: они воспроизводят послеложную модель хинди и отсутствие падежного изменения там, где родной язык его не требует.

3. Синтаксис: номинативность против эргативности

Русский язык относится к номинативному синтаксическому типу: подлежащее в именительном падеже согласуется со сказуемым в лице, числе и роде. Для синтаксиса хинди характерна эргативная конструкция при сказуемом, выраженном формой совершенного вида переходного глагола: подлежащее принимает косвенный падеж с послелогом ne, а глагол согласуется с прямым дополнением, а не с подлежащим [4, с. 178]. Эта черта принципиально отличает хинди от русского и создает предпосылки для ошибок в согласовании и в выборе падежа подлежащего.

Различен и порядок слов: русский язык допускает относительно свободный порядок, определяемый актуальным членением высказывания, тогда как хинди характеризуется фиксированным порядком SOV [10]. Например, Я книгу читаю вчера (SOV-модель хинди) вместо Я читал книгу вчера.

4. Хинглиш как источник вторичной интерференции

Хинглиш представляет собой смешанный язык, основанный на английском и многочисленных языках и диалектах Индии, при этом лексификатором выступает английский, а грамматика в основном берется из хинди [1, с. 294]. На хинглише говорят около 350 миллионов человек [6]. В морфологии хинглиша английские заимствования подчиняются правилам хинди: получают родовую принадлежность (чаще всего мужской род по умолчанию) и присоединяют падежные послелоги; при этом они теряют артикль, класс которых отсутствует в хинди [8, с. 199]. Английские существительные в хинглише нередко функционируют как разные части речи [9, с. 26], а глагольная морфология, заимствованная из хинди, порождает гибридные конструкции, не соответствующие нормам ни одного из языков. В хинглише порядок слов определяется матричным языком, что приводит к SOV-структурам даже при наличии английских лексем [7].

Отсюда следует важный для РКИ вывод: в речи индийского студента интерференция может быть связана как с влиянием родного языка (хинди), так и с влиянием хинглиша. Если русский и хинди – естественные языки с устоявшейся грамматической системой, то хинглиш представляет собой результат системного взаимодействия двух языков в условиях массового билингвизма. Вторичная интерференция со стороны хинглиша накладывается на первичную интерференцию со стороны хинди, что усложняет картину ошибок и требует их дифференцированного анализа.

5. Сопоставительная таблица и ее методическая интерпретация

Обобщение перечисленных параметров представлено в Таблице 1.

Таблица 1. Сопоставление типологических особенностей русского языка, хинди и хинглиша

Типологическая

характеристика

Русский язык

Хинди

Хинглиш

Тип языка

синтетический

скорее аналитический

аналитический

Основной тип

грамматической морфемы

флексия

флексия + послелог

флексия

суффикс

словосложение

Синтаксический тип

номинативный

эргативный

номинативный

Грамматические

категории имени

род (3 рода)

число (2 числа)

падеж (6 падежей)

род (2 рода)

число (2 числа)

падеж

(3 падежа для сущ.,

5 падежей для мест.)

из хинди:

род (2 рода)

число (2 числа)

падеж (спорадическое использование)

Основной грамматический способ образования именных категорий

флексия

флексия

послелог

послелог

Грамматические

категории глагола

вид

время

наклонение

залог

число

лицо

вид

время

наклонение

залог

число

лицо

вид

время (игнорируется)

наклонение

залог

число

Основной грамматический способ образования глагольных категорий

аффикс

аффикс

аффикс -ing

форма инфинитива

Согласование

сущ. + прил.

сущ. + притяж. местоим.

сущ. + гл.

флективное:

сущ. + прил.

сущ. + гл. (разное в прямых и эргативных конструкциях)

сущ. + прил.

сущ. + гл.

Управление

гл. + (предлог) сущ.

сущ. + (предлог) сущ.

сущ. (послелог) + гл.

сущ. + сущ. (послелог)

сущ. (послелог) + гл.

сущ. + сущ. (послелог)

Порядок слов

относительно свободный

SOV

фиксированный

SVO

гибридный

SOV/SVO

 

Таблица 1 наглядно показывает, что по целому ряду параметров хинглиш ближе к хинди, чем к английскому, и, следовательно, при обучении русским падежам опора на грамматику хинди методически оправданна. Вместе с тем расхождения по параметрам «синтаксический тип» и «порядок слов» объясняют наиболее устойчивые ошибки: учащийся, строящий высказывание по модели SOV и переносящий эргативную модель на русский материал, закономерно испытывает трудности с выбором падежа подлежащего и с согласованием.

Таким образом, русский язык, хинди и хинглиш демонстрируют как генетическое родство (все три восходят к индоевропейской семье), так и принципиальные типологические различия на всех уровнях языковой системы. Именно эти различия, а не генетическая близость, определяют характер трудностей индийских учащихся при усвоении русских падежей.

Ключевые типологические барьеры связаны с четырьмя параметрами: типом языкового строя (синтетический русский и аналитико-синтетический хинди), способом выражения падежных значений (флексия и послелоги), синтаксическим типом (номинативный и эргативный) и порядком слов (относительно свободный SVO и фиксированный SOV).

Хинглиш, наследуя грамматическую основу хинди и лексику английского, выступает источником вторичной интерференции, которая накладывается на первичную интерференцию со стороны родного языка и усложняет картину типичных ошибок. При изучении грамматической системы русского языка, в частности падежей, целесообразно опираться прежде всего на падежную систему хинди, поскольку хинглиш базируется на грамматике хинди, а не на грамматике английского.

Методика преподавания должна быть направлена на минимизацию интерференции: необходимо выявлять типологически важные структурные отличия русского языка от родного языка учащихся и от языка-посредника, а сопоставление падежных функций русского языка и хинди следует рассматривать как инструмент предупреждения межъязыковой интерференции и прогнозирования потенциальных ошибок.


Список литературы

1. Сафронова Е.В., Каюда Е.А. Хинглиш как результат взаимодействия английского языка и языков Индии // Филологические науки. Вопросы теории и практики. 2018. № 10. С. 293–296.
2. Ананд А., Косицына Е.Ф., Румянцева Н.М. Сопоставление падежных систем русского языка и хинди // Русский язык как иностранный: теория и практика. 2024. С. 199–203.
3. Зограф Г.А. Морфологический строй новых индоарийских языков. М.: Наука, 1976. 368 с.
4. Зограф Г.А. Языки Южной Азии. М.: Наука, 1998. 280 с.
5. Сигорский А.А. Падежная система современного хинди. М.: Восточная литература, 2008. 240 с.
6. Петрова Е.А. Хинглиш как результат языкового контакта // Вопросы современной лингвистики. 2023. № 4. С. 45–52.
7. Шумков А.А., Костецкая Е.В. Синтаксические модели хинглиша: корпусное исследование // Вопросы филологии. 2016. № 5. С. 197–201.
8. Тер-Минасова С.Г. Язык и межкультурная коммуникация. М.: Слово, 2000. 624 с.
9. Лапытова О.В., Боднар Е.С. Фонетические и морфологические особенности хинглиша // Вестник языкознания. 2021. № 2. С. 22–28.
Список источников
10. Драйер М.С. Порядок слов в хинди: электронный ресурс. 2013. Режим доступа: https://www.britannica.com/topic/Hindi-language (дата обращения: 01.11.2026).
11. Елизаренкова Т.Я. Индийские (индоарийские) языки // Большой энциклопедический словарь: Языкознание / гл. ред. В. Н. Ярцева. М.: Большая российская энциклопедия, 1998. С. 178–179.
12. Азимов Э.Г., Щукин А.Н. Новый словарь методических терминов и понятий (теория и практика обучения языкам). М.: ИКАР, 2009. 448 с.
13. Генеалогическая классификация языков: электронный ресурс. Режим доступа: https://www.ethnologue.com (дата обращения: 01.11.2026).
14. Languages of India: Census of India 2011: электронный ресурс. Режим доступа: https://censusindia.gov.in (дата обращения: 01.11.2026).

Расскажите о нас своим друзьям: