Литература народов стран зарубежья | Филологический аспект №11 (103) Ноябрь 2023

Тема служения искусству в новелле Т. Манна «Тяжелый час»

Мельникова Любовь Александровна
кандидат филологических наук, доцент кафедры филологических дисциплин Балашовского института (филиала) ФГБОУ ВО «Саратовский национальный исследовательский государственный университет имени Н.Г. Чернышевского», e-mail: lmelnikova5@mail.ru

Аннотация: Статья посвящена осмыслению особенностей раскрытия темы служения искусству в новелле Т. Манна «Тяжелый час». Автор использует методы целостного анализа произведения и описательной поэтики. В результате проведенного исследования установлено, что данная проблема в новелле раскрывается на примере воссоздания творческих исканий немецкого поэта и драматурга Ф. Шиллера. Установлено, что основными средствами раскрытия характера главного героя в новелле являются портрет, несобственно-прямая речь, выразительные художественные детали. Воссоздавая ключевые направления рефлексии своего персонажа в тяжелый ночной час творческих исканий, Т. Манн выражает собственную позицию относительно предназначения художника и роли искусства в жизни людей.
Ключевые слова: Т. Манн, Ф. Шиллер, И.В. Гете, новелла, искусство, несобственно-прямая речь, выразительная деталь, портрет, рефлексия, образ.

Melnikova Lyubov Alexandrovna
Candidate of Philology, PhD, Department of Philological Disciplines, Balashov Institute of the Saratov State University, e-mail: lmelnikova5@mail.ru

Abstract: The article is devoted to understanding the peculiarities of revealing the theme of serving art in T. Mann’s short story “Hard Hour”. The author uses methods of holistic analysis of the work and descriptive poetics. As a result of the study, it was established that this problem is revealed in the short story through the example of recreating the creative quests of the German poet and playwright F. Schiller. It has been established that the main means of revealing the character of the main character in the short story are a portrait, indirect speech, and expressive artistic details. Recreating the key directions of his character’s reflection in the difficult night hour of creative quest, T. Mann expresses his own position regarding the purpose of the artist and the role of art in people’s lives.
Keywords: T. Mann, F. Schiller, I.V. Goethe, short story, art, improperly direct speech, expressive detail, portrait, reflection, image.

Новелла Т. Манна «Тяжелый час» была написана в 1905 году и относится к числу ранних текстов данного автора. Ключевой в данном произведении является тема служения искусству, а центральным образом – образ великого немецкого поэта и драматурга Фридриха Шиллера (1759–1805). Т. Манн неоднократно поднимал в своих новеллах тему творчества и предназначения художника. Она присутствует в таких его текстах, как «Тонио Крегер», «Gladius Dei», «У пророка», «Тристан». Поэтику указанных произведений в названном аспекте в своих работах анализировали С. К. Апт [1], М. И. Бент [2], Л. А. Мельникова [4], А. Е. Плохарский [5], В. М. Толмачёв [6] и другие.

В рассматриваемой в настоящей статье новелле «Тяжелый час» данная тема раскрывается посредством репрезентации размышлений ее главного героя Фридриха Шиллера. Отличительной особенностью поэтики новелл Т. Манна является то, что в них он не стремится к острым сюжетным коллизиям, запутанным ситуациям, к необычайному и исключительному. Вместо этого писатель обстоятельно, с подчеркнутым эпическим спокойствием изображает тот или иной эпизод повседневной жизни [7, с. 4].

Фабуле рассматриваемой нами новеллы «Тяжелый час» не присуща событийная динамика в ее классическом понимании. На страницах произведения перед читателем предстает фигура создающего в ночное время свое очередное произведение Ф. Шиллера, являющегося, по сути, единственным активным действующим героем данного текста.

 Символичным представляется то обстоятельство, что один из ведущих штюрмеров показан в новелле Т. Манна в момент ночного осеннего ненастья. Упоминание о «гнусной, ненавистной погоде, которую ощущаешь каждым нервом» [3, с. 172] усиливает возникающий уже в начале произведения мотив мучительных творческих исканий художника слова: «Он стоял у печи и бросал, мигая, мучительно напряженные взгляды туда, на этот труд, от которого он бежал, на это бремя, эту тяжесть, эту муку, терзавшую его совесть, это море, которое предстояло выпить, эту пугающую задачу – его гордость и его несчастье, его рай и его ад. Этот труд тянулся, застревал и теперь остановился – опять, опять остановился» [3, с. 173]. Вынужденная пауза воспринимается Шиллером как следствие плохой погоды, катара и его усталости, с одной стороны, с другой – становится поводом для усиленной рефлексии и попытки определить для себя значимые художественные и нравственные ориентиры.

В новелле нет активного событийного действия, поэтому основными средствами раскрытия характера Ф. Шиллера становятся портрет, несобственно-прямая речь, выразительные художественные детали.

Момент наивысшего напряжения, переживаемого героем в «тяжелый ночной час», накладывает свой отпечаток на его портрет, представленный в новелле: «Нос, большой, горбатый, белый, резко заострялся, а у переносицы густые брови, более темного цвета, чем волосы срастались, и это придавало что-то трагическое взгляду его голубых воспаленных глаз. Вынужденный дышать через рот, он то и дело разжимал тонкие губы, и щеки его, веснушчатые и серожелтые от комнатного воздуха, становились дряблыми и проваливались» [3, с. 174]. Трагический взгляд, воспаленные глаза, дряблые и проваливающиеся щеки – все эти детали подчинены цели указать не только на физический дискомфорт, испытываемый в этот момент персонажем, но и подчеркнуть то состояние отчаяния, в котором пребывает герой во время ночного бдения.

Постепенно отчаяние сменяется унынием, сомнениями, сетованием на то, что подлинное вдохновение посещает его все реже: «Всякий раз, как бы глубоко он не был подавлен, дух его быстро взвивался ввысь, и после часы уныния наступали часы веры и внутреннего торжества. Их больше не бывает, почти не бывает» [3, с. 174]. Но последующий ход мыслей центрального героя убеждает читателя в обратном.

Т. Манн выделяет основные направления рефлексии Ф. Шиллера: взаимосвязь личного счастья и творческих неудач, влияние кропотливого многочасового литературного труда на состояние здоровья, природа добродетели, избавление от жалости к себе как путь к постижению сути искусства и расцвету собственного таланта. Размышляя о проблеме настоящего величия, герой вступает в воображаемый диалог с филистерской публикой, в котором предостерегает ее от поверхностных оценок ею феномена таланта.

Примечателен тот факт, что воссоздавая психологический портрет Ф. Шиллера в своей новелле, описывая его душевные терзания, Т. Манн рассматривает его в контексте эпохи Просвещения, то есть как художника, сутью своего мировоззрения сохраняющего приверженность течению «Бури и натиска» и демонстрирующего мятежную сущность своей натуры: «Не надо жалоб! Не надо хвастовства! С терпением, скромностью надо думать о том, что приходится выносить. И если ни один день в неделю не свободен от страданий – что из того? Тяготы и труды, требования, затруднения, усилия – не обращать на все это внимания, не придавать всему этому значения, – вот, что делает человека великим!» [Манн, 1956, с. 176].

Касаясь в своих размышлениях проблемы самоидентификации собственной личности, Ф. Шиллер не может, с точки зрения Т. Манна, миновать вопроса о своем сотрудничестве и соперничестве с И.В. Гете. Немецкий писатель показывает, что в сознании Шиллера, Гете, с одной стороны, обладает большим авторитетом, с другой – вызывает любовь с томительно-враждебным чувством. Для Шиллера Гете – «человек светлый, плотский, чувственный, божественно-бессознательный» [3, с. 177]. В то же время он стремится не потерять своей творческой индивидуальности, восхищаясь талантами «великого веймарца». Герой манновской новеллы особо выделяет умение Гете «мудрой и счастливой» рукой разделять талант и творчество. Квинтэссенцией его размышлений о «великом веймарце» становится определение: «Он, может быть, божество, но не герой. А божеством быть легче, чем героем!» [3, с. 177]. Осмысление своеобразия творческой личности Гете помогают персонажу Т. Манна сформулировать видение своей дальнейшей миссии: «Но если творчество божественно, то в познании – героизм, и тот, кто творит, познавая, – тот вместе и божество и герой!» [3, с. 177].

Кульминацией рефлексии Ф. Шиллера в новелле становится его попытка приблизиться к пониманию истинной сущности феномена свободы. В сознании героя свобода начинает коррелировать с возможностью семейного счастья, что свидетельствует о его творческой эволюции. Финалом размышлений Ф. Шиллера становится определение своего авторского кредо: «Не умствовать! Трудиться! Разграничивать, отсекать, придавать форму, завершать!» [3, с. 179].

В итоге размышления, посетившие Ф. Шиллера в тяжелый ночной час, становятся толчком для духовного просветления героя, приводят его к результативному творчеству и, как следствие этого, к чувству эстетического удовлетворения.

Ориентируясь на литературное наследие Ф. Шиллера, Т. Манн стремился воплощать в своих произведениях гуманистические традиции просветительской литературы. Творчество и личность Ф. Шиллера подвергались рецепции Т. Манном не только в его художественных текстах. В последний год своей жизни он написал две больших литературно-критических статьи, одну из которых он посвятил А.П. Чехову («Слово о Чехове»), вторую – Ф. Шиллеру («Слово о Шиллере»). Немецкий писатель был убежден, что искусство является важным связующим звеном между идеалом и жизнью. К такому же выводу он приводит в своей новелле и великого штюрмера.

1. Апт С. К. Томас Манн [Электронный ресурс]. Серия ЖЗЛ. М., 1972. 352 с. Режим доступа: https://libking.ru/books/nonf-/nonf-biography/123959-solomon-apt-tomas-mann.html (дата обращения: 19.11.2023)
2. Бент М. И. Традиции Шиллера и Клейста в концепции культуры Т. Манна // Вестник Челябинского государственного университета. 1997. Т. 2. № 1. С. 132–137.
3. Манн Т. Тяжелый час // Собрание сочинений в десяти томах. Том седьмой. Рассказы. – М.: Государственное издательство художественной литературы, 1960. С. 172–179.
4. Мельникова Л. А. Тема искусства в новелле Т. Манна «Gladius Dei» // Lingua-universum. 2022. № 5. С. 8–10.
5. Плохарский А. Е. Архетип писателя в неоромантической новелле Томаса Манна «Тристан» // Вестник Дагестанского государственного университета. Серия 2: Гуманитарные науки. 2019. Т. 34. № 3. С. 21–30.
6. Толмачёв В. М. О символизме Томаса Манна // Studia Litterarum. 2017. Т. 2. № 3. С. 118–137.
7. Тураев С. Томас Манн и его новеллы // Манн Т. Новеллы. М.: Государственное издательство художественной литературы, 1956. С. 3–11.