Языки народов Российской Федерации | Филологический аспект №11 (103) Ноябрь 2023

Сравнительные конструкции с глаголами действия в якутском языке

Харабаева Виктория Ивановна
к.филол.н., научный сотрудник, Институт гуманитарных исследований и проблем малочисленных народов Севера Сибирского отделения Российской академии наук, РФ, г. Якутск, Stabilo.83@mail.ru

Аннотация: В статье выявляются особенности функционирования глаголов действия различных лексико-семантических групп в составе сравнительных конструкций на материале якутского языка. Рассмотрено употребление глаголов из лексико-семантических групп физического воздействия на объект и помещения. В результате определено, что глаголы из данных семантических групп, выступая в роли предиката зависимой части сложноподчиненных предложений, употребляются для сравнений, передающих состояние героев, различных психологических обстоятельств, а также описывающих природу и внешность человека.
Ключевые слова: сравнение, конструкция, эталон, лексико-семантические группы, глаголы действия, якутский язык.

Kharabaeva Victoria Ivanovna
PhD in Philology, researcher Institute for Humanities Research and Indigenous Studies of the North of Siberian branch of the Russian Academy of Sciences, Russian Federation, Yakutsk

Abstract: The article reveals the peculiarities of the functioning of action verbs of various lexical-semantic groups as part of comparative constructions based on the material of the Yakut language. The use of verbs from lexical-semantic groups of physical influence on an object and premises is considered. As a result, it was determined that verbs from these semantic groups, acting as a predicate of the dependent part of complex sentences, are used most characteristically for comparisons conveying the state of characters, various psychological circumstances, as well as describing the nature and appearance of a person.
Keywords: comparison, construction, standard, lexical-semantic groups, action verbs, Yakut language.

Тематическая часть сравнения (то, что сравнивается) называет признак предмета, качество человека, действие, признак действия и состояние. Образ создается словами эталонной части сравнений. Эталонную часть сравнительной конструкции обычно представляет существительное, обозначающее человека, представителя животного или растительного мира, предмет или явление, с которым сравнивается то, что названо в тематичекой части. Однако нередко эталонами для сравнительных конструкций выступают глагольные формы различной семантики. В данной статье выявляются особенности функционирования глаголов действия из разных лексико-семантических групп (далее – ЛСГ), выступающих в качестве компонента  сравнительных конструкций. Источниками анализируемого материала послужили сравнительные конструкции с глагольными эталонами, выбранные из произведений писателей (около шестидесяти примеров). Лексикографической базой послужили «Якутско-русский тематический словарь: имя существительное, глагол» (2023) и «Толковый словарь якутского языка (2004-2019 гг.)».

Исследования, посвященные изучению глаголов по ЛСГ на материале русского и других языков активно проводились в 60-х годах XX в. и не потеряли актуальности до сих пор. За последние годы исследователи тюрских языков обращаются к данной теме, глаголы движения в татарском языке подразделяются на семантические группы [1], исследуется особенности подразделения глаголов ненаправленного и направленного движения [2], представлен опыт отображения глаголов физиологичского действия и состояния татарского языка в лексикографической базе данных семантических классов, разрабатываемой в Институте прикладной семиотики Академии наук Республики Татарстан [3] и т.д. В якутском языкознании в монографии «Функционально-семантические категории в якутском языке: имя и глагол в системе функциональной грамматики» (2023) включены разделы, предметом которых является закономерность образования семантических типов конструкций от тех или иных лексико-семантических групп глаголов. Н.Н. Ефремовым были анализированы ЛСГ глаголов движения и перемещения в современном якутском языке в связи с установлением  структурно-семантических моделей  (двусторонних языковых знаков) пространственных предложений, формируемых глаголами поступательного движения [4]. Н.И.Даниловой глаголы действия исследуются с точки зрения установление закономерных связей между залоговыми формами и лексико-семантической принадлежностью глагольного предиката конструкций [5]. Харабаевой В.И. рассматривается функционирование глаголов действия в качестве эталонов сравнительных конструкций в якутском языке [6].

В якутском языке слово хайааһын означает ʽдействиеʼ (БТСЯЯ, Т. 13, с. 188); слово дьайыы – ʽ1. Проявление какой-л. энергии, деятельности, действия; влияние, воздействие; 2. Действие, оказываемое кем-чем л. на кого-чего л.., воздействиеʼ (БТСЯЯ, Т. 3, с. 290); слово үлэ – ʽ1. Работа, труд, занятие, деятельность; 2. Нахождение в действии, функционирование; 3. Продукт труда, произведениеʼ (БТСЯЯ, Т. 12, с. 460). В русском языке слово действие употребляется в значениях: ʽ1. Проявление какой-н. энергии, деятельности, а также сама сила, деятельность, функционирование чего-л. 2. Результат проявления деятельности чего-н., влияние, воздействиеʼ (Ожегов С.И. Толковый словарь русского языка, 2014, с. 244). Слово деятельность имеет следующие основные значения: ʽ1. Занятие, труд; 2. Работа каких-н. органов, сил природыʼ (Ожегов С.И. Толковый словарь русского языка, 2014, с. 254). Таким образом, можно сказать, что слово действие определяется как энергия, направленная на проявление какой-л. деятельности, воздействие, функционирование. А слово деятельность часто заменяется словами работа, занятие, труд, процесс действия, произведение и т.д.

В работах исследователей глаголы действия и деятельности размещены в нескольких крупных группах, таких, как например, глаголы действия, глаголы движения, глаголы речи, глаголы интеллектуальной деятельности и т.п. Так как глаголы данных групп содержат общую семантику – понятие действия и деятельности, а также представляют собой действие и деятельность (работу) каких-то определенных органов человека (конечностей, тела, языка, мозга и т.п.), их объединяют под одним общим названием ʽглаголы действия и деятельностиʼ [7].

В якутском языке глаголы действия распределяются на основе классификации русских глаголов, предложенной в «Толковом словаре русских глаголов» (1999), также работ других исследователей (М.Г. Усмановой (2002) [7], Е.М. Копыриной (2012) [8]). Также мы основываемся на  «Якутско-русский тематический словарь: имя существительное, глагол» (2023), теоретической базой которого послужили классификации, изложенные в коллективной монографии «Лексико-семантические группы русских глаголов» (1989) и исследовании Л.М. Васильева «Семантика русского глагола» [9]. В данной статье мы рассмотрим эталоны сравнительных конструкций с  глаголами ЛСГ глаголов собственно действия, т. е. не включая другие группы глаголов, обозначающих действие и деятельность. Так,  глаголы, выражающие своим значением какое-либо действие или деятельность, распределяются на следующие крупные ЛСГ: 1. Глаголы физического воздействия на объект; 2. Глаголы помещения объекта; 3. Глаголы перемещения объекта; 4. Глаголы созидательной деятельности. Мы объединили в эти группы глаголы, обозначающие действие, направленное на достижение осознанной цели, заключающейся на какое-либо физическое воздействие на объект (изменение качественного и количественного признака объекта или изменение положения в пространстве объекта и т.д.).

Сравнительные конструкции с глаголами действия в якутском языке выступают составе различных типов сложных конструкций:

1. Конструкции, где придаточное сравнительное соотносится не со всем главным предложением, а со словом-модулем, в роли которого выступает имя существительное. Данная конструкция имеет следующую формулу: N-INS V-PTCP показатель сравнения N (здесь и далее формулами дана сравнительная часть конструкций). Напр.:

Отон уутунан соппут курдук уурбут-туппут уоһун уураатарбыан (П.Ойуунускай, с. 133) ʽПоцеловать бы мне ее красивые губы, словно покрытые соком ягодыʼ (здесь и далее перевод выполнен автором статьи. – В. Х.);

2. Конструкции, где в составе сложноподчиненного предложения сравнение выступает в роли обстоятельства образа действия: N V-PTCP показатель сравнения V. Напр.:

Надежда Алексеевна ... ааһа туруох курдук санаабыта да, атахтара, хам сааллыбыт кэриэтэ, харыс да сири халбарыйыах быһыылара суоҕа (Софрон Данилов, с. 333) ʽНадежда Алексеевна… подумала, что пройдет мимо, но ее ноги, словно прибитые, не могли двигаться и на пядьʼ;

3. Конструкции, где сравнение выступает как зависимая предикативная часть сложноподчиненного предложения, в котором связь между предикативными единицами осуществляется посредством примыкания (в предложениях, где сложное сказуемое зависимой части в якутском языке выражается причастной формой, послеложным показателем сравнения и деепричастием на -ан вспомогательного глагола буол-): N PTCP показатель сравнения AUX-CVB-PAST. Напр.:

Надежда Алексеевна сирэйэ чоххо баттаабыт курдук буолан, таһырдьа ыстанна (Софрон Данилов, с. 409) ʽУ Надежды Алексеевны лицо покраснело, словно придавленное к углям, и она быстро убежала на улицуʼ;

4. Конструкции, где сравнительная зависимая часть имеет предикат, выражаемый причастиями на -ар и -быт с аффиксом -лыы (в якутском языке причастные формы, склоняясь по падежам, употребляются в функции сказуемого зависимой части сложноподчиненных предложений). Аффикс -лыы имеет широкое сравнительное значение и соответствует русским сравнительным союзам. Такие сравнииельные конструкции имют формулу: (N-DAT (INS) V-PTCP-(CAUS)-COMP. Напр.:

Луоһарда, ким эрэ кинини төбөҕө сырбаппытыныы, ныкыс гынна (И. Гоголев, с.  226] ʽЛосарда, словно его кто-то ударил в голову, втянул голову в плечиʼ.

На психологизм сравнения исследователи обращают внимание, например, И. М. Сеченов пишет, что: «Все, что человек воспринимает органами чувств, и все, что является результатом его мыслительной деятельности (от целостных картин мира до отдельных признаков и свойств, отвлеченных от реалий, до расчлененных конкретных впечатлений), способно соединяться в нашем сознании ассоциативно» [10, с. 190]. Таким образом, можно заключить, что развитие сравнений в языке напрямую связано с процессом восприятия человеком окружающего мира, его фиксации и оценки.

В якутском языке неприятная новость, сообщение или негативная критика, порицание сравниваются с физическим ударом. Для передачи таких состояний очень часто употребляются глаголы удара. Глаголы удара, например, ас- ʽударить, воткнутьʼ применяются в форме побудительного залога с аффиксом -тар. В подобных случаях аффикс побудительного залога не имеет своего изначального значения, заключающееся в обозначении действия, побуждаемое грамматическим субъектом со стороны другого действующего лица. Субъект скорее допускает поневоле или по недосмотру нежелательные для себя действия со стороны другого лица:

Иван Иванович, түөскэ астарбыт курдук, олоппоһугар сууллан түстэ (Софрон Данилов, с. 377) ʽИван Иванович, словно ударенный в грудь, рухнул на стулʼ;

Манчаары сүрэҕэ, сытыы уһуктааҕынан дьөлө астарбыттыы, сытыытык ыалдьан ылла (И. Гоголев, с. 122) ʽСердце Манчары пронзила острая боль, словно проткнутое чем-либо острымʼ.

Чувства внезапной досады, неловкости, сильного замешательства передаются глаголами из ЛСГ физического воздействия на объект, например, глаголами из подгрупп повреждения и давления:

Глаголы повреждения: Бытааны кулгааҕа кыһыл чоҕунан хаарыйбыттыы, итийбэхтээн ылбыта (И. Гоголев, с. 79) ʽУ Бытаны погорячели уши, словно обожженные горячим углемʼ.

Глаголы давления: Арамаан кинигэтин Өлөксөөс илиитигэр туттарарыгар сирэйэ чоххо баттаабыт курдук кытар гына түстэ (Барыта эн эбээт олох,  с. 78) ʽУ Романа лицо покраснело, словно придавленное к горячим углям, когда он вручал свою книгу Алексеюʼ.

Глаголы обработки, обозначающие ʽобрабатывать что-л. при помощи (почву или какой-л. материал) при помощи специальных инструментовʼ  (Толковый словарь русских глаголов, 1999, с. 213) часто употребляются при описании внешности людей, в особенности, при описании различных признаков частей тела – лица и его отдельных черт, шеи, рук, ног. Например, глаголы чочулаа- ʽточить что-л.ʼ, чочуй- ʽделать более совершенным, оттачивать, шлифовать что-л.ʼ (БТСЯЯ, Т. 14, с. 209) может обозначать красоту и утонченность конечностей человека:

Уу оҕуһун муоһун чочулаан кылбаппыт чочуонай көмүс атаҕын биирдэ куустарбыан (П. Ойуунускай, с. 133) ʽЕще раз мне бы обнять ее стройные золотые ноги, словно точеные из мамонтовой костиʼ;

Чочуламмыт курдук көнө, уһун тарбахтарынан суоту тарда олоруон сөптөөх (Амма Аччыгыйа, с. 196) ʽОна своими длинными, стройными пальцами, словно точеными, может сидеть, считая на счётахʼ.

Отдельную многочисленную ЛСГ представляют глаголы помещения объектов. В якутском языке глагольные формы со значением помещения объекта в определенном месте каким-либо образом, например, лексемы уур- ʽкласть, положить что-л., ставить что-л. на местоʼ (БТСЯЯ, Т. 12, с. 429), тэлгэт- ʽразложить, расстелить, раскинуть что-л. во всю ширьʼ (БТСЯЯ, Т. 11, с. 496), кэккэлэт- ʽобразовывать ряд, расположить в рядʼ (БТСЯЯ, Т. 5, с. 502) и т.д. часто применяются при описании природных ландшафтов, рельефа местности:

Күн уота... хара быары хайа баттаан тэлгэтэ уурбут курдук кырыстаах, бааһырҕас-быыһырҕас уулаах хонуу сирдэри ититэн-сылытан куурбут-тоҥмут буордарын угуттаан, дыгдаҥначчы сырдатта (П. Ойуунускай, с. 200) ʽСолнечный свет … подогревая засохшую, примерзлую почву водянистых полян с дерном, похожим на разложенные куски печени, осветил так, что все плавно вздымалосьʼ;

Мантан төрөөбүт алааһа ытыска уурбуттуу көстөр (И. Гоголев, с. 178) ʽС этого места его родной алас виден как на ладониʼ;

Солооһун аннынааҕы ходуһаҕа кини ото үүнэн, араас күндү түүлээхтэр тириилэрин тэлгэппит курдук толбонноно долгуйара (Амма Аччыгыйа, с. 201) ʽПод расчищенным местом в лесу, на сенокосном лугу, его трава выросла, колыхалась, словно разложенные шкуры разных пушных зверейʼ;

Ту же функцию выполняют глаголы покрытия объекта, которые являются одной из подгрупп ЛСГ глаголов помещения:

Аллара улуу Туймаада бүрүллүбүт үүт курдук тунааран көстөр (И. Гоголев, с. 96) ʽВнизу великая Туймада неясно белела, словно накрытое молокоʼ.

Итак, сравнительные конструкции с послелогом курдук ʽкак будто, словноʼ и с сравнительным аффиксом -лыы в сочетании с глаголами действия образуют типичные модели зависимой части сложноподчиненных предложений.  Выявлено, что психические состояния часто сравниваются с чувством удара кулаком или проткновением чего-либо острого в тело человека. Такое чувство передается употреблением в роли эталона в сравнительных конструкциях глаголов удара из ЛСГ глаголов физического воздействия на объект. В свою очередь, у глаголов помещения, обработки, покрытия в роли эталонов часто описательная функция. Можно сказать, что употребление глаголов действия обсуждаемых ЛСГ в составе сравнительных конструкций способствут более яркому описанию состояний героев, различных обстоятельств, внешнего вида человека и явлений окружающей среды.

1. Хуснутдинов Д.Х., Сагдиева Р.К., Сибгатуллина И.К. Глаголы движения в татарском языке // Филологические науки. Вопросы теории и практики.Тамбов: Грамота, 2018. № 4(82). Ч. 2. C. 403-406.
2. Полякова Н.В. Глаголы направленного и ненаправенного движения в селькупском языке // Вестник Томского государственного педагогического университета. 2017, №10 (187). С. 122-125.
3. Галиева А.М. Представление глаголов физиологического действия и состояния в лексикографической базе данных татарских глаголов // Ученые записки Казанского университета. Серия гуманитарные науки. 2018, Т. 160, кн. 5. С. 1219–1234.
4. Ефремов Н.Н. Глаголы поступательного движения и формируемые ими модели предложений с пространственным значением // Функционально-семантические категории в якутском языке: имя и глагол в системе функциональной грамматики. Якутск, 2023. Рукопись.
5. Данилова Н.И. ЛСГ глагола в семантических зонах возвратности, взаимности и совместности действия // Функционально-семантические категории в якутском языке: имя и глагол в системе функциональной грамматики. Якутск, 2023. Рукопись.
6. Харабаева В.И. Эталоны сравнения с глаголами лексико-семантической группы отрицательного воздействия на объект в языке саха // Вестник НГУ, серия «Лингвистика и межкультурная коммуникация». 2022. Т. 20, № 2. С. 41–48.
7. Усманова М. Г. Функционально-семантическая классификация глаголов башкирского языка: дис. … доктора филол. наук. Уфа, 2002. 429 с.
8. Копырина Е.М. Полисемия глаголов физического воздействия на объект в якутском языке. Новосибирск: Наука, 2012. 163 с.
9. Васильев Л.М. Семантика русского глагола. М.: Высшая школа, 1981.184 с.
10. Сеченов И. М. Кому и как разрабатывать психологию. Психологические этюды. СПб.: Изд-во биолог. и медиц. литературы, 1873. 305 с.


Список источников

Амма Аччыгыйа. Хоһооннор, кэпсээннэр, сэһэннэр. Дьокуускай: Бичик, 2006. 496 с.
Барыта эн эбээт, олох…: кэпсээннэр. Дьокуускай: Бичик, 2013. 320 с.
Большой толковый словарь якутского языка = Саха тылын быһаарыылаах улахан тылдьыта. Т. 3. (Буквы Г, Д, Дь, И): (Г, Д, Дь букубалар) / Под ред. П.А. Слепцова. Новосибирск: Наука, 2006. 841 с.
Большой толковый словарь якутского языка = Саха тылын быһаарыылаах улахан тылдьыта. Т. 5: (Буква К: күөлэһис гын - кээчэрэ): около 4000 слов и фразеологизмов / Под ред. П.А. Слепцова. Новосибирск: Наука, 2008. 518 с.
Большой Толковый словарь якутского языка = Cаха тылын Быһаарыылаах улахан тылдьыта: в 15 т. Т. XI: (Төтөллөөх – тээтэҥнээ): около 4000 слов и фразеологизмов / Под ред. П.А. Слепцова. Новосибирск: Наука, 2014. 527 с.
Большой Толковый словарь якутского языка = Cаха тылын Быһаарыылаах улахан тылдьыта: в 15 т. Т. 12. (Буквы У, Ү): около 3500 слов и фразеологизмов / Под ред. П.А. Слепцова. Новосибирск: Наука, 2015. 597 с.
Большой Толковый словарь якутского языка = Cаха тылын Быһаарыылаах улахан тылдьыта: в 15 т. Т. XIII: (Буква Х): около 4000 слов и фразеологизмов / Под ред. П.А. Слепцова. Новосибирск: Наука, 2016. 638 с.
Большой Толковый словарь якутского языка = Cаха тылын Быһаарыылаах улахан тылдьыта: в 15 т. Т. XIV: (Буквы Ч, Ы): около 4000 слов и фразеологизмов / Под ред. П.А. Слепцова. Новосибирск: Наука, 2017. 591с.
Гоголев И.М. – Кындыл. Манчаары. Дьокуускай: Бичик, 2001. 352 с.
Гоголев И. Хара кыталык. Книга I. Якутскай: Саха сиринээҕи кинигэ издательствота, 1977. 366 с.
Лексико-семантические группы русских глаголов: Учебный словарь-справоч- ник / Под ред. Т.В. Матвеевой. Свердловск: изд-во Урал. Ун-та, 1988. 153 с.
Ожегов С.И. Толковый словарь русского языка: Ок. 100000 слов, терминов и фразеологических выражений. Под ред. Л.И. Скворцова. 28-е изд., перераб. М.: ООО “Издательство “Мир и Образование”, 2014. 1376 с.
Платон Ойуунускай. Талыллыбыт айымньылар. II том. Дьокуускай: Бичик, 1993. 444 с.
Сахалыы-нууччалыы бөлөҕүнэн наардыыр тылдьыт: аат тыл, туохтуур=Якутско-русский тематический словарь: имя существительное, глагол / Рос. Акад. наук, Сиб. отд-ние, Ин-т гуманит. исслед. и проблем малочисл. народов Севера. Якутск: ИГИиПМНС СО РАН, 2023. 388. с.
Софрон Данилов. Сүрэх тэбэрин тухары. Якутск, Кн. изд-во, 1977. 612 с.
Толковый словарь русских глаголов: Идеографическое описание. Английские эквиваленты. Синонимы. Антонимы / Под ред. проф. Л.Г. Бабенко. М.: АСТ-ПРЕСС, 1999. 704 с.