Языки народов зарубежных стран Европы, Азии, Африки | Филологический аспект №05 (133) Май 2026

Солнечная языковая теория как часть национального становления Турецкой Республики

Пронина Ляйсан Дамировна
Магистрант 2 курса Института международных отношений, истории и востоковедения ФГАОУ ВО «Казанский (Приволжский) университет»

Аннотация: В статье затрагивается тема многогранного влияния политики официального языка, проводившейся с первых лет существования Турецкой Республики, на социальную структуру, формирование идентичности, культуру гражданства и культурную память населения посредством языковых работ и выдвижением Солнечной языковой теории. Язык рассматривается не просто как инструмент коммуникации, но как основополагающий элемент в построении чувства принадлежности, гражданского сознания и современной национальной идентичности в раннереспубликанский период Турции.
Ключевые слова: Турецкая Республика, турецкий язык, Турецкое лингвистическое общество, Солнечная языковая теория, Мустафа Кемаль Ататюрк.

Pronina Liaisan Damirovna
2nd year master's student at the Institute of International Relations, History and Oriental Studies, Kazan (Volga Region) University

Abstract: The article deals with the topic of the multifaceted influence of the official language policy implemented since the early years of the Republic of Turkey on the social structure, identity formation, citizenship culture and cultural memory of the population through language works and the advancement of Sun's language theory. Language is seen not just as a tool of communication but as a fundamental element in the construction of sense of belonging, civic consciousness and modern national identity in the early republican period of Turkey.
Keywords: Republic of Turkey, Turkish language, Turkish Linguistic Society, Sun language theory, Mustafa Kemal Atatürk.

В первые годы существования Турецкой Республики языковая политика стала одной из важнейших составляющих процесса модернизации страны и формирования новой национальной идентичности. Язык рассматривался не только как средство общения, но и как инструмент создания единого гражданского самосознания, объединённого общей культурой, историей и национальной принадлежностью. Научная новизна данного исследования заключается в том, что деятельность государства и Турецкого лингвистического общества сыграла большую роль в изменении турецкого языка в XX веке посредством очищения языка от заимствований и формированием национальной языковой нормы через новую концепцию – Солнечной языковой теории. В современной научной деятельности вопросы языковой политики и сохранения культурной самобытности остаются существенными, что делает обращение, к примеру усилий Турецкой Республики в отношении языка наиболее востребованным.  Язык считается необходимым средством общественной и частной жизни, так как именно язык является универсальным и всепоглощающим средством социальной жизни. Именно поэтому языковые реформы в Турции были тесно связаны с политическими и социальными преобразованиями раннереспубликанского периода [1, c. 147]. Методологической базой работы выступает хронологический, при котором были изложены события во временном порядке, описательный метод, сравнительно-сопоставительный метод, где были приведены данные разных годов, на  основе изучения литературы и источников по теме был использован сравнительно-исторический метод. Целью статьи является попытка раскрыть и изучить роль Солнечной языковой теории в процессе становления Турецкой Республики. Теоретическая значимость данной работы выявляется в том, что выводы, полученные в ходе исследования, могут быть использованы в последующих научных трудах по теме определения роли Солнечной языковой теории. Практическая значимость заключается в том, что вывод, полученный в ходе исследования, может быть использован научными деятелями, преподавателями, а также студентами в ходе подготовки к семинарским занятиям по истории Турции.

После провозглашения Республики в 1923 году руководство страны стремилось создать новое национальное государство на месте многонациональной ранее Османской империи. Одним из главных направлений реформ стала языковая политика, направленная на упрощение турецкого языка и очищение его от арабских и персидских элементов и приближение письменного языка интеллигенции к разговорной речи населения [2, c. 3]. Ведь старый язык – османский турецкий язык представлял собой множество языков, а в особенности арабского и персидского. В этот период язык стал восприниматься как важнейший символ национального единства и независимости государства. [3, с. 30]

Одной из наиболее значимых реформ стала алфавитная реформа 1928 года, в результате которой арабская письменность была заменена латинским алфавитом. Данная реформа имела большое культурное значение. Переход на новый алфавит должен был облегчить обучение грамоте, ускорить модернизацию общества и укрепить связь Турции с западным миром. Государство активно поддерживало распространение новой письменности через так называемых «Национальных школ» (Millet Mektepleri), где взрослое население обучалось чтению и письму [4, c. 497–498]. Реформа действительно способствовала росту грамотности и вовлечению широких слоёв населения в общественную жизнь. Особенно быстро новый алфавит распространялся среди армии, молодёжи и городского населения. Однако процесс внедрения сопровождался и определёнными трудностями. Представители старшего поколения и консервативных, религиозных кругов воспринимали реформу как разрыв с прошлым. Кроме того, после перехода на латиницу многие старые документы, семейные архивы и надписи на османском языке стали недоступны для чтения новым поколениям, что частично привело к ослаблению исторической памяти общества [5, c. 198–199].

Следующим этапом языковой политики стало создание в 1932 году Общества изучения турецкого языка, позднее получившего название Турецкого языкового общества (Türk Dil Kurumu). Эта организация стала главной организацией по работе с языковыми реформами и исследований в области турецкого языка [4, с. 160]. Под руководством президента Турецкой Республики Мустафы Кемаля Ататюрка общество занималось поиском турецких эквивалентов иностранным словам, разработкой словарей и терминологии, а также распространением «чистого турецкого языка», очищенного от арабизмов и персизмов.

Особое значение имели Турецкие языковые конгрессы 1932, 1934 и 1936 годов. Эти мероприятия вызвали широкий общественный интерес и объединили не только учёных-филологов, но и преподавателей, журналистов, государственных служащих, писателей из Турции, а также из других стран, включая СССР. На конгрессах обсуждались вопросы развития турецкого языка, создания научной терминологии и реформирования системы образования. Мустафа Кемаль Ататюрк лично следил за работой конгрессов и поддерживал языковые преобразования как важную часть строительства новой Турции [6, с. 73].  Как итог первого турецкого языкового конгресса, необходимо отметить изменение фамилий населения. С 1 января 1935 года вводились фамилии и отменялись прежние титулы. Мустафа Кемаль, получил от Великого национального собрания почетную фамилию Ататюрк – Отец турок. Граждане же могли придумать себе фамилии или же выбрать ее из официального перечня [7, с. 255]. На втором языковом конгрессе в 1934 году большое внимание уделялось разработке национальной терминологии в области науки и образования. В частности, велась работа по созданию турецких терминов для математики, физики, химии и других дисциплин. Целью этих преобразований было формирование полноценного национального научного языка, независимого от арабских и европейских заимствований. Однако наиболее необычным и спорным этапом языковой политики стало появление Солнечной языковой теории (Güneş Dil Teorisi), официально представленной на Третьем языковом конгрессе в 1936 году. Идея данной концепции была предложена Мустафе Кемалю Ататюрку от австралийского лингвиста Германа Квергича. Согласно этой теории, первый человеческий язык был возник в Центральной Азии и создателями этого языка были древние тюрки, а также турецкий язык рассматривался как один из самых древних языков человечества, от которого произошли все остальные языки мира. Название теории было связано с  образом солнца как символа источника жизни и происхождения слов [8, c. 79]. Сторонники теории утверждали, что многие слова различных языков имеют турецкое происхождение. Таким образом предпринималась попытка показать особую историческую роль турецкого народа и укрепить национальное самосознание общества. Теория должна была не только повысить репутацию турецкого языка, но и смягчить последствия чрезмерного очищения лексики, поскольку позволяла объяснять происхождение некоторых иностранных слов как изначально «турецкое». Так называемая «очистка языка» быстро спровоцировала проблемы. Многие искусственно созданные слова из корней и комбинаций суффиксов слов быстро не приживались, а  население испытывало трудности с пониманием новой лексики. Тогда Солнечная языковая теория стала своего рода компромиссом: если все языки мира происходят из турецкого, то и заимствования из арабского, персидского или французского можно считать «исконно турецкими», то значит необходимость создавать новые слова сходит на нет. Солнечная языковая теория получила государственную поддержку и стала частью официальной культурной политики. Данный тезис распространялся посредством публикаций статей и учебных материалов, внедрением в образовательный и научный дискурс, а также через создание этимологических исследований, доказывающих турецкое происхождение слов. Такие газеты, как: Ulus, Cumhuriyet, Vakit активно продвигали тезисы теории, превращая ее в элемент массовой идеологии.  Необходимо сказать, что кемалистская элита воспринимала теорию как идеологический инструмент в процессе построения государства, турецкие филологии и историки пытались встроить теорию в научный дискурс, однако многие деятели понимали слабость ее методологии, собственно международное научное сообщество теорию так и не признало. Для большинства населения теория воспринималась как часть политического процесса, ведь наиболее важным аспектом данного периода была поддержка идеи величия турецкой нации. Несмотря на активную поддержку со стороны части республиканской интеллигенции, Солнечная языковая теория достаточно быстро подверглась критике. Многие исследователи считали её недостаточно научной и слишком идеологизированной. Уже к концу 1930-х годов интерес к данной концепции начал снижаться, после смерти Мустафы Кемаля Ататюрка и вовсе сошла из научного обсуждения по причине отсутствия научной состоятельность и международной изоляции теории. В дальнейшем, в языковой политике Турции постепенно утвердился более умеренный и научный подход к развитию языка [3, c. 395].

Таким образом, можно сказать, что значение этого периода для истории Турции и самого турецкого языка остается чрезвычайно важным. Языковые реформы, смена письменности на латиницу в 1928 году, и новые теории республиканской эпохи оказали большое влияние на образование, культуру, государственное управление и формирование национальной идентичности. Солнечная языковая теория, как часть национального становления, оказала большое влияние на самосознание и возвышение, как и турецкой нации, так и турецкого языка. Несмотря на псевдонаучный характер теории, теория помогала формировать представление о турках как о «первоначальной цивилизации», а также усиливала национальную гордость у самого народа государства. Кроме того, языковая теория позволила оправдать языковую политику очищения языка и смягчить результаты сильной очистки языка. Турецкий язык стал не только символом новой республики, но и одним из главных инструментов модернизации общества. Именно в этот период были заложены основы современной языковой политики Турции, многие элементы которой сохраняют своё значение и сегодня.

1. Почта Ю.М., Гузаеров Р.И. Латинизация языка под руководством Турции как инструмент формирования новой идентичности для тюркских постсоветских государств // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Политология. – 2024. – Т. 26. -– №1. – C. 143-154.
2. Сейидова Г., Гурбанова О., Ярасов М., Бердиназарова Н. Турецкий язык: история, структура и культурное значение // Наука и мировоззрение. – 2025. – № 38 – С. 1-5
3. Оганова, Е. А. Турецкий язык в контексте современных глобализационных процессов: внутри и экстралингвистические факторы / Е. А. Оганова, А. В. Андрианов. // Глобалистика как область научных исследований и сфера преподавания. Специальный выпуск. – М.: Издательство МГУ, 2014. – С. 350–357.
4. Taşdemirci E. Cumhuriyet Döneminde Halk Eğitimi ve Millet Mektepleri // Erciyes Üniversitesi Sosyal Bilimler Enstitüsü Dergisi. – 1996. – № 6. – S. 497–518.
5. Коротько Т. В. Научные организации и общества в Турецкой Республике / Т. В. Коротько // Кубанские исторические чтения. – Краснодар, 2010. – С. 159–161.
6. Жигульская Д.В. Языковые реформы в раннереспубликанской Турции как часть процесса национального строительства // Modern oriental studies. – 2022. – №4. – С. 70–76.
7. Йылмаз М. Турция. Полная История. / М. Йылмаз– М.: АСТ, 2024. – 286 с.
8. Ünalan Ş. Güneş Dil Teorisi ve Türk Dil Politikası // Turkish Studies. — 2014. — C. 9, № 3. — S. 79–92.