Русский язык | Филологический аспект №01 (117) Январь 2025

Сложные прилагательные как репрезентанты концепта «покровительство» в русском языке

Жолдошбек кызы Касиет
аспирант БГУ, Бишкекский государственный университет, Кыргызская Республика, город Бишкек, e-mail: joldoshbekova.1994@mail.ru

Аннотация: В данной статье рассматривается проблема вербализации концепта «покровительство» в русском языке. Обосновывается идея о том, что сложные прилагательные с компонентом «покровительственный» играют важную роль в передаче семантических и эмоциональных характеристик данного концепта. Особое внимание уделено анализу социальных и эмоциональных аспектов, связанных с реализацией концепта через прилагательные. В статье раскрываются процессы формирования смыслов, связанных с покровительством, через мимику, тон речи и контексты употребления. Автор приходит к выводу, что сложные прилагательные служат важными маркерами социальной дистанции и модальности отношений. Такой подход будет интересен специалистам в области когнитивной лингвистики и культурологии.
Ключевые слова: концепт, покровительство, сложное прилагательное, вербальный маркер, семантика, эмоциональное взаимодействие, социальные отношения

Joldoshbek kyzy Kasiet
postgraduate student of BSU, Bishkek State University, Kyrgyz Republic, Bishkek city

Abstract: This article deals with the problem of verbalization of the concept “patronage” in the Russian language. The idea that compound adjectives with the component “patronizing” play an important role in conveying the semantic and emotional characteristics of this concept is substantiated. Special attention is paid to the analysis of social and emotional aspects related to the realization of the concept through adjectives. The article reveals the processes of formation of meanings associated with patronage through mimicry, tone of speech and contexts of use. The author concludes that compound adjectives serve as important markers of social distance and modality of relations. This approach will be of interest to specialists in cognitive linguistics and cultural studies.
Keywords: concept, patronage, complex adjective, verbal marker, semantics, emotional interaction, social relations

Концепт – одно из ключевых понятий современной когнитивной лингвистики, психолингвистики и культурологии, но до сих пор нет единого, общепринятого определения этой категории. Н.В. Пинчукова и Н.М. Залесова, проанализировав различные определения концепта, предложенные ведущими российскими лингвистами, предлагают свое определение: концепт – это «дискретное ментальное образование, имеющее сложную стохастическую структуру, несущее комплексную информацию об отражаемом фрагменте мира. Структура концепта выражается разными группами признаков, которые реализуются разнообразными языковыми способами и средствами» [1, с. 45-46]. В данном определении заслуживает внимания идея о том, что концепт служит своего рода «сгустком» информации, который обобщает знания, представления, ассоциации и эмоции, связанные с определённым фрагментом объективной реальности – будь то конкретный объект, явление, действие или идея. Говоря о стохастической структуре, авторы, очевидно, имеют ввиду то, что структура концепта не является фиксированной или линейной, она подвержена изменению в зависимости от контекста, личного опыта, культурных особенностей и ситуаций использования.

В определении В.А. Масловой также подчеркивается мысль о том, что концепт является носителем знаний, формирующих целостное представление о каком-либо объекте: концепт является «ментальным, национально-специфическим образованием, планом содержания которого является вся совокупность знаний о данном объекте, а планом выражения – совокупность языковых средств (лексических, фразеологических, паремиологических и др.)» [6, с. 27].

Л.А. Сафаралиева и Н.В. Перфильева отмечают, что «… в рамках лингвокультурологического подхода концепты должны осмысливаться на базе языкового материала» [2, с.1219].

Отсутствие общепринятого определения концепта и единой модели его описания, несмотря на очевидные трудности, открывает и ряд возможностей. Среди них ­– гибкость в выборе методов анализа, адаптация исследовательских подходов к специфике изучаемого материала и интеграция знаний из различных дисциплин.

Различные части речи по-разному участвуют в вербализации концептов. Центральную роль в вербализации концептов играют существительные, так как они выполняют функцию номинации и категоризации. Прилагательные уточняют или раскрывают свойства концепта, глаголы описывают «динамику» концепта: действия, процессы или состояния, связанные с концептом, а также играют важную роль в вербализации временных и аспектуальных характеристик концепта.

В исследовании процесса вербализации концептов существительные традиционно рассматриваются как основные носители имен концептов, что, тем не менее не умаляет роль других частей речи в вербализации концептов. Так, И. Ерофеева и С. Сафонова отмечают, что «Процесс категоризации и концептуализации окружающего мира может осуществляться в различных формах, в том числе и в признаковой» [3, с. 17]. На примере концепта «богатство» И. Ерофеева и С. Сафонова показывают, как прилагательные, благодаря семантической близости с существительными, могут выступать непосредственными репрезентантами концепта: «Близость семантики прилагательного и существительного позволяет считать адъектив богатый и его синонимы непосредственно репрезентирующими концепт «богатство» [3, с. 17].

В нашем исследовании делается акцент на сложных прилагательных, функционирующих в качестве репрезентантов концепта «покровительство» в русском языке. Т.Н. Буцева и А.В.Зеленин отмечают, что «Сложные слова …  составляют значительную часть неологического потока. Активизация этого процесса наметилась в конце ХХ века» [4, с. 8].

Сложные прилагательные передают комбинированное значение, которое складывается из значений их компонентов. Одна из функций сложных прилагательных – это экономия языковых средств. Так, Д.А. Осильбекова, изучая новейшие тенденции в словообразовании русского языка, отмечает, что  «… тенденция к экономии языковых средств проявляется в образовании окказиональных сложных прилагательных от устойчивых словосочетаний и предложений» [5, с. 468].

Концепт «покровительство», несмотря на его значимость в культурно-исторической и когнитивной перспективе, остаётся недостаточно разработанным объектом лингвистического анализа, что обуславливает необходимость его изучения. Особый интерес представляет исследование сложных прилагательных как вербальных маркеров данного концепта.

Покровительство можно определить как концепт, отражающий систему социальных отношений, в которых один субъект (покровитель) предоставляет защиту, помощь или поддержку другому субъекту (подопечному).

В словаре С.И. Ожегова прилагательное покровительственный определяется следующим образом: «1. Выражающий покровительство, самоуверенно-снисходительный. 2. Оказывающий покровительство, поощрение чему-н., создающий благоприятные условия для какой-н. деятельности (книжн.).» [7, с. 506].

Толковые словари фиксируют лишь наиболее устойчивые и общеупотребительные значения слов, игнорируя при этом динамику их функционирования в языке и вариативность употребления в разных дискурсах. Для полноценного анализа концепта важно выходить за рамки словарных определений и обращаться к реальному словоупотреблению.

Исследование проводилось на материале выборки из Национального корпуса русского языка (ruscorpora.ru) [8]. На первом этапе были отобраны примеры со словом «покровительственный». На втором этапе из получившейся выборки были отобраны сложные прилагательные, в которых вторым компонентом выступает слово «покровительственный» (например, дружески-покровительственный, снисходительно-покровительственный и т.п.).

Обращает на себя внимание достаточно широкий диапазон слов, которые могут сочетаться со словом «покровительственный» в составе сложного прилагательного: дружески-покровительственный, наставительно-покровительственный, снисходительно-покровительственный, отечески-покровительственный, бессознательно-покровительственный, ворчливо-покровительственный, насмешливо-покровительственный, доброжелательно-покровительственный, сообщнически-покровительственный, рыцарски-покровительственный,  ласково-покровительственный, грустно-покровительственный, почтительно-покровительственный, злорадно-покровительственный, устало-покровительственный, любовно-покровительственный, высокомерно-покровительственный,  оскорбительно-покровительственный, любезно-покровительственный,  пренебрежительно-покровительственный, обидно-покровительственный, учтиво-покровительственный, сухо-покровительственный, ласково-покровительственный, рассеянно-покровительственный.

Рассмотрим семантические характеристики сложных прилагательных, объективирующих концепт «покровительство».

Анализ данных сложных прилагательных показал, что концепт «покровительство» тесно связан с эмоциями и может передавать как позитивную, так и негативную эмоциональную окраску межличностного взаимодействия, а именно 1) забота, поддержка, доброжелательность (дружески-покровительственный, отечески-покровительственный, доброжелательно-покровительственный, ласково-покровительственный, любезно-покровительственный); 2) высокомерие, насмешка, пренебрежение (злорадно-покровительственный, высокомерно-покровительственный, оскорбительно-покровительственный, пренебрежительно-покровительственный, обидно-покровительственный).

Покровительство всегда подразумевает определённую асимметрию в отношениях, где субъект выступает в роли более сильной или авторитетной фигуры. Анализ сложных прилагательных позволяет выделить следующие типы субъект-объектных отношений в рамках концепта «покровительство»: 1) заботливое покровительство (отечески-покровительственный, ласково-покровительственный, любовно-покровительственный); 2) дружеское или партнерское покровительство (дружески-покровительственный, доброжелательно-покровительственный, сообщнически-покровительственный); 3) высокомерное или уничижительное покровительство (снисходительно-покровительственный, высокомерно-покровительственный, оскорбительно-покровительственный, пренебрежительно-покровительственный, насмешливо-покровительственный); 4) формальное или неискреннее покровительство (сухо-покровительственный, рассеянно-покровительственный, устало-покровительственный).

Концепт «покровительство» обладает высокой вариативностью субъект-объектных отношений. Асимметрия, являющаяся базовой характеристикой покровительства, реализуется по-разному в зависимости от социальной роли субъекта, степени эмоциональной вовлечённости и характера взаимодействия с объектом.

Социальная иерархия, представленная в сложных прилагательных с компонентом покровительственный, отражает вариативность межличностных отношений в зависимости от их формальности, роли участников и их социальной позиции. Эти прилагательные формируют определенное поле лексических значений, которые фиксируют модальность и прагматические функции покровительства в разных коммуникативных контекстах: 1) родственные и близкие отношения (отечески-покровительственный, любовно-покровительственный, ласково-покровительственный); 2) деловое или официальное общение (учтиво-покровительственный, почтительно-покровительственный, сухо-покровительственный); 3) иерархические или властные отношения (наставительно-покровительственный, высокомерно-покровительственный, снисходительно-покровительственный); 4) неофициальное общение (дружески-покровительственный, насмешливо-покровительственный, сообщнически-покровительственный). Таким образом, сложные прилагательные с компонентом покровительственный выступают маркерами социальной дистанции, фиксируя степени формальности и иерархичности в отношениях между субъектом и объектом.

Для полноценного понимания концепта «покровительство», репрезентированного сложными прилагательными, важно не только выявить их семантические характеристики, но и рассмотреть реальные примеры их употребления в текстах.

Важная особенность исследуемых сложных прилагательных – это их способность передавать различные оттенки покровительства, которые варьируются от дружеского до злорадного.

Лица гостей, до этого момента доброжелательно-покровительственные, какие бывают обыкновенно у взрослых, великодушно относящихся к ребятам, вытянулись вдруг и заострились вниманием.  (А. С. Макаренко. Педагогическая поэма)

… он говорил со всеми необычайно свободно, точно он знал что-то большее, чем все, и говорил с каким-то грустно-покровительственным выражением.  (П. С. Романов. Право на жизнь, или проблема беспартийности)

Отвратительны по внутренней своей лживости эти злорадно-покровительственные страницы, посвященные мнимому горьковскому отречению.  (Л. Д. Троцкий. Чуковский)

Покровительственное отношение подразумевает наличие неравенства между персонажами, будь то социальное, эмоциональное или интеллектуальное. Это отношение выражает позицию доминирования или превосходства одной стороны над другой.

Мы беседуем со старенькими родителями наставительно-покровительственным тоном, словно с неразумными детьми. ( Т.Шохина. Наши старики)

Во многих предложениях подчеркивается не только отношение, но и тон речи, мимика или жесты, передающие покровительство.

… я невольно держусь ближе к укротителю-психиатру, гипнотизирующему сумасшедших своим белым халатом, ровным спокойным голосом, ласково-покровительственным похлопыванием… (М. А. Зенкевич. Мужицкий Сфинкс)

Значит, все в порядке, и мы от нашего намерения не отступим, молодец! – улыбнулся он обидно-покровительственною улыбкой.  (Ф. М. Достоевский. Бесы)

Сергуненко посмотрел на Теплова как-то по-новому, но когда заговорил, тон его был прежний, дружески-покровительственный…  (В. Кржишталович. Осада)

Хотя во всех предложениях присутствует покровительственное отношение, оно проявляется в различных ситуациях.

Вызвав к себе на дом молодого кандидата, он объявил ему решение ректора и тут же, переходя с официального начальственного тона на отечески-покровительственный, сказал:  (Л. Гумилевский. Зинин)

Он дирижировал с разочарованным и устало-покровительственным видом, точно исполняя какую-то страшно надоевшую ему, но очень важную для всех других обязанность.  (А. И. Куприн. Поединок)

Покровительственное отношение, описанное в предложениях, зачастую служит способом раскрытия характера персонажей и их мировосприятия.

И молодой парень в праздничной рубахе, и мальчишки, и почтенный мещанин, и все остальные сейчас же признали в Денисе Ивановиче уже «своего барина», которого они не, дадут в обиду, причем это отношение было вовсе не служебно-почтительное, а любовно-покровительственное, как к существу чудному и скорее слабому.  (М. Н. Волконский. Гамлет XVIII века)

Кисельникова раздражало самодовольство князя, влюбленность в себя, его деланность и высокомерно-покровительственный тон, которым Семен Семенович говорил с ним.  (Н. Н. Алексеев. Игра судьбы)

Подведем результаты исследования. Сложные прилагательные с компонентом «покровительственный» передают широкий спектр оттенков покровительства. Они уточняют семантику концепта «покровительство» и активно участвуют в создании образов персонажей, раскрытии их характеров и передаче динамики межличностных взаимодействий. Через мимику, жесты, тон речи и контекстуальные особенности сложные прилагательные с компонентом «покровительственный» фиксируют социальную дистанцию и степень формальности отношений.

Концепт «покровительство» является сложной когнитивной категорией, способной интегрировать как позитивные, так и негативные аспекты социального взаимодействия.

1. Пинчукова Н. В., Залесова Н. М. Понятие «Концепт» и «Медиаконцепт» в современной лингвистике // Национальная ассоциация ученых. Санкт-Петербург, 2022. – № 82. – С. 43-47
2. Сафаралиева Л.А., Перфильева Н.В. Моделирование многомерного лингвокультурного концепта на материале концепта СТАРОСТЬ // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Теория языка. Семиотика. Семантика. – Москва, 2023. – Т. 14. – № 4. – С. 1217–1234.
3. Ерофеева И.В., Сафонова С.Г. Репрезентация концепта «богатство» адъективными образованиями в языке произведений Ф. М. Достоевского // Филология и культура. – Казань, 2017. – № 1 (47). – С.16-24.
4. Буцева Т. Н., Зеленин А. В. Проблемы описания композитов и их начальных компонентов в толковой лексикографии // Ученые записки Петрозаводского государственного университета. – Петрозаводск, 2022. – Т. 44. – № 3. С. 8–22.
5. Осильбекова Д.А. Новообразования-прилагательные в современном русском языке // Преподаватель XXI век. – Москва, 2024. – № 1. – Часть 2. – С. 462–471.

Список источников
6. Маслова В. А. Когнитивная лингвистика. – Минск: ТетраСистемс, 2004. – 256 с.
7. Ожегов С.И. Словарь русского языка. – Москва, 1973. – 846 с.
8. Национальный корпус русского языка (ruscorpora.ru)