Сравнительно-историческое, типологическое и сопоставительное языкознание | Филологический аспект №07 (75) Июль 2021

УДК 811.11-112

Дата публикации 31.07.2021

Основные аспекты отечественных и зарубежных исследований в области понятийных и языковых категорий

Сергеева Надежда Валерьевна
ФГБОУ ВО «Оренбургский государственный педагогический университет», старший преподаватель кафедры иностранных языков, аспирант г. Оренбург; e-mail: s_nadezhdac@mail.ru

Аннотация: В данной статье предпринимается попытка проанализировать понятие категории, категориальную структуру и подходы различных ученых к изучению системы категоризации. В статье обобщены существующие данные по теме, представлены понятийные и языковые категории, их особенности с точки зрения современной функциональной грамматики на материале современного английского языка, в рамках которой осуществляются наши научные исследования. Такой подход будет интересен исследователям в области категоризации, с целью систематизации знаний в диахроническом аспекте и в качестве вспомогательного материала для последующих работ в этой области.
Ключевые слова: категория, понятийная категория, языковая категория, функциональная грамматика, функционально-семантическая категория.

The main aspects of native and foreign research in the field of conceptual and linguistic categories

Sergeeva N.V.
Orenburg State Pedagogical University, Senior Lecturer of the Foreign Languages department, postgraduate student, Orenburg; e-mail: s_nadezhdac@mail.ru

Abstract: This article attempts to analyze the concept of category, categorical structure and approaches of various scientists to the study of the categorization system. The article summarizes the existing data on the topic, presents conceptual and linguistic categories, their features from the point of view of modern functional grammar on the basis of the modern English, within which our scientific research is carried out. This approach will be of interest to researchers in the field of categorization, in order to systematize knowledge in the diachronic aspect and as an auxiliary material for subsequent work in this field.
Keywords: category, conceptual category, language category, functional grammar, functional-semantic category.

Правильная ссылка на статью
Сергеева Н.В. Основные аспекты отечественных и зарубежных исследований в области понятийных и языковых категорий // Филологический аспект: международный научно-практический журнал. 2021. № 07 (75). Режим доступа: https://scipress.ru/philology/articles/osnovnye-aspekty-otechestvennykh-i-zarubezhnykh-issledovanij-v-oblasti-ponyatijnykh-i-yazykovykh-kategorij.html (Дата обращения: 31.07.2021)

Проблема категоризации интересует ученых различных областей наук. С античных времен и до современности человек обращается к категориям жизненных процессов, анализирует их. Подходы к исследованию категорий изменяются, как и сами категории, в зависимости от временного отрезка и культуры определенного народа. Рассмотрим историю возникновения учений о категориях, назовем имена ученых, которые в круг своих интересов включают категоризацию, представляют свои взгляд на этот вопрос. Цель нашей работы – проанализировать существующие работы зарубежных и отечественных ученых в области категоризации, уточнить, как появились языковые категории в лингвистике, чем они отличаются от понятийных. Особый интерес представляют для нас функционально-семантические категории на материале современного английского языка.

Для определения предмета исследования, приведем понятие категории, данное в энциклопедическом словаре под редакцией А.А. Ивина 2004: «Категория (от греч. kategoria – высказывание, признак) – наиболее общие, фундаментальные понятия, являющиеся формами и устойчивыми организующими принципами мышления. Система категорий или категориальная структура представляет собой сеть основных категорий мышления, их устойчивую конфигурацию и взаимосвязь, при которой изменение одних элементов влечет за собой изменение других. Категориальная структура представляет собой систему координат мышления: его вопросов к самому себе и ожидания ответов на них. Такая структура, являясь инвариантным аспектом мышления, обеспечивает его единство, целостность и постоянную воспроизводимость, несмотря на динамику и многообразие конкретных областей его приложения».

Система категоризации зависит от культуры конкретного временного отрезка и определяется культурой как целым, а не каким-то отдельными ее областями. С изменением культуры меняется и соответствующая ей система категорий. Переход от одной исторической эпохи к другой всегда сопровождается видимыми изменениями системы категорий. В частности, О. Шпенглер был убежден в том, что понимание категорий предыдущей эпохи невозможно в современном мире. Основатель эволюционной эпистемологии К. Лоренц полагал, что категории – это функции нейросенсорной организации, сформировавшейся в интересах выживания.

Анализ категорий как наиболее общих характеристик жизненных процессов осуществляется с античных времен. Впервые систематическое учение о категориях представил Аристотель в трактате «Категории», обобщившем более ранние попытки выделить основные категории и охарактеризовать их. Аристотель выделил такие категории, как «сущность (субстанция)», «количество», «качество», «отношение», «место», «время», «положение», «состояние», «действие» и «страдание» [1]. Эта система категорий с некоторыми изменениями обсуждалась в философии вплоть до Нового времени. И. Кант истолковал категории как «априорные неизменные формы мышления, упорядочивающие опыт, и подразделил их на следующие разряды: качество (реальность, отрицание, ограничение), количество (единство, множество, цельность), отношение (субстанция и свойство, причина и действие, взаимодействие), модальность (возможность и невозможность, действительность и недействительность, необходимость и случайность)».

Г. В. Ф. Гегель выделял в качестве категорий: «бытие» (качество, количество, мера), «сущность» (основание, явление и действительность, включающая субстанцию, причину и взаимодействие), «понятие» (субъект, абсолютная идея, объект). Системы категорий, создававшиеся в рамках немецкой классической философии, основываются на нескольких ошибочных предпосылках: существует замкнутый перечень категорий; он не зависит от культуры и не изменяется вместе с ней; система категорий представляет собой не результат анализа реального мышления, а следствие определенных общих философских идей, касающихся реальности и др. В дальнейшем системотворчество в сфере изучения категорий резко пошло на убыль.

Современная философия ввела в число категорий такие понятия, как «вероятность», «рациональность», «объяснение», «понимание», «содержание», «форма», «редукция», «жизненный мир», «страх», «заброшенность», «забота», «сомнение», «языковые игры» и т.д. Безусловно, никакого исчерпывающего перечня категорий не существует, что разнообразие категорий является не только неопределенным, но и весьма разнородным, так, что о системе категорий следует говорить с большой осторожностью. Каждая философская концепция вводит свои собственные категории, претендующие на то, чтобы быть экспликациями категорий обычного мышления. Все философские классификации категорий (т.н. таблицы категорий) в значительной мере искусственны, и нет оснований думать, что в будущем философия даст естественную и, значит, единственную их классификацию. В число тех категорий, которые, так или иначе, представляются большинством философских систем категорий, входят следующие: «существование», «время», «пространство», «изменение», «определенность», «рациональность», «добро», «истина», «убеждение», «знание» и т.д. Первая часть этих категорий касается мира самого по себе, вторая – познания мира человеком. Перечень категорий не является исчерпывающим уже потому, что познание – не единственная сфера человеческой жизнедеятельности. С древних времен понятие категории рассматривалось не как эмпирическая гипотеза, а как абсолютно бесспорная истина.

В своей книге «Женщины, огонь и опасные предметы» Лакофф Дж. представляет ученых, которые, по его мнению, наиболее полно раскрывают развитие теории категоризации. Остановимся на некоторых из них, поскольку нас интересует интерпретация категоризации, в том числе и иностранными исследователями.

— Имя Людвига Витгенштейна связывается с идеями семейного сходства, центральности и градации.

— Взгляды Дж. Остина на связи между значениями слов в равной мере можно рассматривать и как концентрированное выражение ранних идей в области лексикографии и исторической семантики, и как предварение современных представлений о полисемии как о семейном сходстве между значениями.

— Лотфи Заде начал формальное исследование категорий с размытыми границами с создания теории нечетких множеств (theory of fuzzy sets) как обобщения стандартной теории множеств.

— Проведенный Флойдом Лонсбери в рамках порождающего подхода анализ категорий родства представляет собой важнейшее связующее звено

между идеей о порождении категорий генератором с помощью специфических правил и гипотезой о наличии в категории центральных членов (и подкатегорий).

— Брент Берлин и Поль Кей, по-видимому, наиболее известны своими работами по анализу цветовых категорий, в которых идеи о центральности и градации получают экспериментальное подтверждение.

— Поль Кей и Шад Мак Даниель предприняли исследование цветовых категорий с точки зрения антропологии и нейрофизиологии и продемонстрировали важность воплощения понятий, а также выявили ту роль, которую играет воплощение в установлении центральности.

— Роджер Браун начал изучение того, что позже было названо “категориями базового уровня”. Он установил наличие “первого уровня”, на котором дети познают категории объектов и называют сами объекты, причем этот уровень нельзя считать ни наиболее обобщающим, ни наиболее конкретным. Он отличается характерными действиями и более или менее частым использованием имен. Р. Браун считал этот уровень категоризации “естественным”, тогда как более высокий и более низкий уровни рассматривались им как “результаты деятельности воображения” [2].

Брент Берлин и его коллеги в исследованиях способов именования растений и животных эмпирически подтвердили для этой области многие фундаментальные идеи, связанные с базовым уровнем категоризации и приоритетностью базового уровня. Тем самым они продемонстрировали, что воплощение определяет некоторые наиболее значимые свойства человеческих категорий. Поль Экман и его соавторы показали, что существуют универсальные базовые человеческие эмоции, имеющие материальные корреляты в лицевой мимике и в проявлениях нервной системы. Доказав воплощенность эмоциональных концептов, Поль Экман тем самым подтвердил гипотезы о наличии базового уровня понятий, его приоритетности и о существовании центральности.

Необходимо отдельно выделить исследование категории Элеонорой Рош. Ученый опиралась не на конкретные случаи, а на теоретические обобщения: она предположила, что мышление в целом основывается на прототипах и структурах базового уровня. Именно Э. Рош рассматривала категоризацию как одну из наиболее важных проблем познания. Вместе с Каролин Мервис и другими своими коллегами Рош сформировала в когнитивной психологии исследовательскую парадигму, в которой анализировались проявления центральности, семейного сходства, категоризации базового уровня, приоритетности базового уровня, рассуждений по аналогии, а также некоторых типов воплощения. Элеонора Рош наиболее известна своим вкладом в развитие экспериментальной парадигмы, в которой исследуются факторы, влияющие на оценку субъектом степени соответствия категории ее членов. В конечном счете, Э. Рош установила, что эти оценки сами по себе не образуют моделей для представления структуры категории. Их следует рассматривать как данные, которые не согласуются с классической интерпретацией категорий и налагают существенные ограничения на возможную адекватную теорию категоризации.

Исследования Э. Рош и ее коллег демонстрируют, что в общем случае категориям свойственно иметь наилучших представителей (они названы “прототипами”) и что все перечисленные способности человека реально участвуют в процессах категоризации. Однако прототипные эффекты сами по себе не дают какой-то особой альтернативной теории ментальной репрезентации. И как ответственный экспериментатор Э. Рош последовательно проводит различие между тем, что показывают ее экспериментальные результаты, и теориями, которые их могут объяснить.

Позже, в своих работах, Э. Рош посчитала необходимым эксплицитно предостеречь исследователей от слишком упрощенных интерпретаций прототипных эффектов — таких интерпретаций, которых придерживалась она сама на втором этапе своих исследований: “Распространенность прототипов среди категорий действительности и частое использование свойств прототипов в качестве основы для варьирования указывают на то, что прототипы должны занимать определенное место в психологических теориях репрезентации, обработки и обучения. Однако прототипы сами по себе не образуют особой модели обработки, репрезентации или обучения. Это так часто становится источником заблуждений, что требует пояснения:

1. Говоря о прототипах вообще, мы просто обращаемся к удобному грамматическому конструкту (fiction); здесь реальны лишь суждения о степени прототипности... Применительно к естественноязыковым категориям утверждения о том, что некоторая отдельная сущность является прототипом, либо результат грубой ошибки в интерпретации эмпирических данных, либо составная часть завуалированной теории ментальной репрезентации.

2. Прототипы нельзя рассматривать как особую модель обработки категорий... То новое, что вносят факты прототипности тех или иных явлений в понятия, связанные с обработкой данных,— это ограничения — модели обработки должны согласовываться с известными эффектами прототипности. Например, модель должна предсказывать различное время верификации для хороших и плохих примеров категорий и допускать эвристический поиск элементов категории.

3. Прототипы нельзя рассматривать как теорию репрезентации категорий... Прототипы могут представляться и в виде системы пропозиций, и в виде системы изображений... Как и в случае с моделями обработки, факты о прототипах могут только ограничивать, но не детерминировать модели репрезентации. Представление категорий только в терминах сочетаний необходимых и достаточных свойств, возможно, окажется недостаточным для объяснения всех известных к настоящему времени фактов, однако имеется много репрезентаций, несводимых к необходимости и достаточности.

4. Хотя прототипы усваиваются путем обучения, они не образуют отдельной теории обучения категориям” [14].

Итак, Э. Рош и позже Дж. Лакофф обратили внимание на когнитивную природу категоризации и представили категорию как многогранное и многоуровневое понятие, которое, не укладывалось в рамки классического определения и не являлось аксиомой. К наиболее влиятельным представителям зарубежной когнитивной лингвистики относят также Р. Джеккендоффа, Ч. Филлмора [3; 13]. Очень детально и, рассматривая все аспекты грамматики естественного языка, когнитивные принципы были применены в теории Р. Лангакера, называемой когнитивной грамматикой. Р. Лангакер указывает на то, что язык не может быть рассмотрен как автономная система, независимая от когнитивных процессов. Что еще более примечательно, ученый уверен в том, что лексика, морфология и синтаксис, даже дискурсивные модели представляют собой континуум, единую связанную знаковую систему.

На современном этапе многие лингвисты, как зарубежные, так и отечественные, продолжают рассматривать категории, стремясь дать свое толкование, объяснение этому понятию, на основании более ранних работ коллег и благодаря своему эмпирическому и практическому опыту. Являясь по своему происхождению внеязыковыми феноменами (ментальными репрезентациями реальности), понятийные категории, включаясь в языковое (семантическое) содержание сообщения в качестве его мыслительной основы и, воплощаясь в нем, перестают быть собственно понятийными, неязыковыми [4, с. 5-6]

Безусловно, языковая категоризация имеет семантическую основу, поскольку мы объединяем языковые средства в категории по их значению, лексическому или грамматическому. Языковые категории - это категории значения, то есть семантические категории. Термин «семантическая категория» используется рядом ученых: А.В. Бондарко, Ф.А. Литвиным, Т.В. Маркеловой, Маттуш и др. Наиболее существенным принципом, конституирующим семантическую категорию как таковую, является принцип объединения единиц в классы, в разряды на основе обобщенного абстрактного значения, являющегося родовым понятием, которое включает в себя значения компонентов, составляющих данную категорию, выражающие видовые понятия. На этом основании можно определить семантическую категорию как класс разных видовых значений, объединенных одним обобщенным значением как родовым понятием [4, с. 18].

В монографии А.В. Бондарко «Грамматическая категория и контекст» автор отмечает связь функционально-семантических категорий с понятийнными категориями (учитываются концепции О. Есперсена, И.И. Мещанинова и В.В. Виноградова) и вместе с тем подчеркиваются различия между этими понятиями. Сравним следующие суждения: «Опираясь на теорию понятийных категорий, мы вместе с тем и отходим от нее. Избранное нами направление определяется стремлением трактовать категории как категории языковые, имеющие языковое содержание и языковое выражение. С этим и связан отказ от термина «понятийная категория», поскольку он дает основание думать, что имеются в виду логические понятия, а не категории языка» [5, с. 25]. Соглашаясь с выдающимся лингвистом в таком подходе к изучению категории, считаем, что языковые категории представляют собой огромный пласт, который подлежит дальнейшему исследованию, подробному рассмотрению и структуризации. При этом главное, на что опираются лингвисты при дифференциации языковых категорий – их план содержания (функции) и план выражения (конституенты). Представители Ленинградской школы под руководством А.В. Бондарко исследовали и рассмотрели более тридцати различных категорий, в основе которых лежат соответствующие функции (категория персональности, модальности, залоговости, темпоральности и др.). Данное направление остается актуальным в настоящее время и привлекает ученых, которые представляют все новые функционально-семантические категории [6; 7; 8; 9; 10; 11]. Структурно функционально-семантическая категория (ФСК) представляет собой поле. В своих работах мы изучаем функционально-семантические категории на материале современного английского языка, уделяя особое внимание функционально-семантической категории перцептивности (ФСКП), которая находится в области наших научных интересов [12].

Подводим итог, что категориальное мышление свойственно человеку с древнейших времен, с античности ученых интересовала проблема категоризации. Категории рассматривались в основном как понятийные, но позже лингвисты доказали существование языковых категорий, в основе которых лежит семантика, в современных работах предметом исследования являются функционально-семантические категории, которые привлекают своим многообразием и особенностями структуры. В процессе работы над ФСКП на материале английского языка нами принимаются во внимание выводы, сделанные отечественными и зарубежными учеными, с целью углубленного анализа категории.


Список литературы

1. Аристотель. Категории. Об истолковании / Аристотель. - Москва: Директ-Медиа, 2002. – 115 с. - Режим доступа: по подписке. URL: https://biblioclub.ru/index.php?page=book&id=6938 (дата обращения: 14.08.2021).

2. Лакофф Д. Женщины, огонь и опасные вещи. Что категории языка говорят нам о мышлении / Д. Лакофф; пер. с англ. И.Б. Шатуновского. – Москва: Языки славянской культуры, 2004.- 792 с. (Язык. Семиотика. Культура).

3. Васильев Л. Г. К истокам когнитивной семантики: интерпретирующая концепция Р. Джеккендоффа / Л. Г. Васильев // Известия ТулГУ. Гуманитарные науки.- 2011.- №1. - URL: https://cyberleninka.ru/article/n/k-istokam-kognitivnoy-semantiki-interpretiruyuschaya-kontseptsiya-r-dzhekkendoffa (дата обращения: 14.08.2021).

4. Бондарко, А. В. Категоризация в системе грамматики / А. В. Бондарко. - Москва: Языки славянской культуры (ЯСК), 2011. – 485 с. Режим доступа: по подписке. URL: https://biblioclub.ru/index.php?page=book&id=211118 (дата обращения: 14.08.2021)

5. Бондарко А.В. Грамматические категории и контекст. - Ленинград: Наука (Ленинградское отделение), 1971. — 114 с.

6. Артамонов, В. Н. Категория важности: принципы описания, место категории важности среди других функционально-семантических категорий / В. Н. Артамонов // Поволжский педагогический поиск. – 2016. – № 4(18). – С. 107-112.

7. Алтабаева, Е. В. Оптативность как функционально-семантическая категория / Е. В. Алтабаева // V Селищевские чтения: международный сборник научных трудов, посвященный 130-летию со дня рождения Афанасия Матвеевича Селищева. – Елец: Елецкий государственный университет им. И.А. Бунина, 2016. – С. 125-133.

8. Дронова, И. А. Категория убеждение (Assumption) в английском языке: функционально-семантический аспект / И. А. Дронова, М. Ф. Овчинникова, Н. А. Янькова // Известия Волгоградского государственного педагогического университета. – 2020. – № 9(152). – С. 132-136.

9. Перепеляк, Т. Г. Реализация засвидетельствованности в новостном журналистском тексте (на материале современного немецкого языка) / Т. Г. Перепеляк // Казанская наука. – 2019. – № 2. – С. 103-105.

10. Рамбердиева, Г. С. Обращение как конституент функционально-семантического поля апеллятивности (на материале современного английского языка) / Г. С. Рамбердиева // Общественные науки. – 2016. – № 6-2. – С. 204-209.

11. Комлева, Е. В. К вопросу о текстовой реализации лексикограмматических аспектов перцетивности (на материале современного немецкого языка) / Е. В. Комлева // Казанская наука. – 2020. – № 3. – С. 74-77.

12. Комлева Е.В. К вопросу о перцептивности как функционально-семантической категории (на материале современного английского языка) / Е. В. Комлева, Н. В. Сергеева. - Казанская наука. - 2019. - № 2. - С. 91-93

13. Fillmore Ch. Types of lexical information // Semantics. Cambridge, 1971.

14. Rosch Eleanor. Principles of Categorization. , 1978, pp. 40—41.

Расскажите о нас своим друзьям: