Германские языки | Филологический аспект №01 (117) Январь 2025

Ономастика художественного текста в аспекте перевода

Павлова Татьяна Александровна
старший преподаватель, кафедра "Иностранные языки", Севастопольский государственный университет, РФ, г. Севастополь, tatyana_bokhan@mail.ru
Потовская Ксения Сергеевна
старший преподаватель, кафедра "Иностранные языки", Севастопольский государственный университет, РФ, г. Севастополь, xevia25@mail.ru

Аннотация: Авторы научной статьи рассматривают проблематику ономастики в художественных текстах и ее влияние на процесс перевода. Ономастика, как важный аспект лингвистической исследовательской деятельности, изучает имена собственные и их роль в тексте. В статье анализируются различные аспекты ономастики в художественной литературе, включая их функциональное значение, семантику и стилистическую роль. Особое внимание уделяется особенностям перевода имен собственных, включая трудности передачи смысла, сохранение стилистической нюансировки и сохранение контекстуальной целостности. Также интерес представляет литературная ономастика с точки зрения особенностей национально-культурного контекста синонимов и лексического содержания, заключенного в них. Исследование представляет методологию анализа ономастики в художественных текстах с акцентом на ее переводческий аспект, предлагая стратегии эффективного перевода имен собственных.
Ключевые слова: ономастика, художественный текст, перевод, литературная ономастика, имена собственные, язык, лексика, литературный жанр, коннотация, литературный герой.

Pavlova Tatyana Alexandrovna
Senior Lecturer, Department of Foreign Languages, Sevastopol State University, Russian, Sevastopol
Potovskaya Kseniya Sergeevna
Senior Lecturer, Department of Foreign Languages, Sevastopol State University, Russian, Sevastopol

Abstract: The authors of the scientific article consider the problems of onomastics in literary texts and its influence on the translation process. Onomastics, as an important aspect of linguistic research, studies proper names and their role in the text. The article analyzes various aspects of onomastics in fiction, including their functional significance, semantics and stylistic role. Special attention is paid to the peculiarities of translating proper names, including difficulties in conveying meaning, preserving stylistic nuance and preserving contextual integrity. Literary onomastics is also of interest from the point of view of the peculiarities of the national and cultural context of synonyms and the lexical content contained in them. The study suggests strategies and methods for the effective translation of onomastic elements in literary texts, taking into account their features and functional role.
Keywords: Onomastics, literary text, translation, literary onomastics, proper names, language, vocabulary, literary genre, connotation, literary character

Художественный текст – это система моделирования реальности, подчиняющаяся законам литературного жанра, однако в большей степени испытывающая на себе влияние индивидуального авторского замысла. В пространство художественного текста автор помещает вымышленные образы реальных или фантастических объектов и дает им имена, в которых отражаются его эстетические установки и мировоззрение.

Анализ ономастической лексики - антропонимов и топонимов - в художественном произведении проясняет творческий замысел автора, а также позволяет более глубоко и полно интерпретировать текст.

Литературная ономастика также представляет интерес с точки зрения национально-культурной специфики онимов и содержащегося в них лексического фона.

 Имена собственные как единицы языка выступают носителями определенного национального колорита. Несмотря на открытость и взаимопроницаемость антропологических систем, фонетический и графический образ имени в каждом языке свой. При заимствовании имени оно проходит сложный процесс ассимиляции, полностью превращаясь в единицу антропонимической системы нового языка [1].

Каждый язык отличается структурно-словообразовательным своеобразием своих имен собственных. Однако этим содержание национально-культурного компонента имен не исчерпывается. Оно определяется и особенностями коннотаций, возникших на основе культурно-исторического развития имени. Например, для антропонимии США характерно широкое использование имен героев мифологии, фольклора и библейских сказаний. Это объясняется высоким статусом Библии как настольной книги в американских городах так называемого Bible Belt - Библейского пояса. Герои художественной литературы часто сравниваются с мифологическими и библейскими персонажами или с героями других произведений, что помогает автору раскрыть характер своего героя, не прибегая к пространным описаниям [2].

Минимум знаний об именуемом объекте, который необходим для понимания имени в акте коммуникации, считается особым типом языкового значения. Его можно считать аналогом понятия в именах нарицательных. Однако функционирование имен в речи убедительно показывает, что их семантика не сводится к указанию на объект. Весьма существенны для функционирования имен дополнительные сведения, ассоциации, то есть лексический фон.

Общеизвестные имена собственные приближаются к именам нарицательным за счет расширения объема понятия. С другой стороны, они приобретают характер уникальности и единичности, и поэтому, возможно, именно они являются  подлинно «именами собственными», в отличие от остальной массы имен собственных, существующих в качестве знаков с неопределенной референтностью [3].

Когда речь идет об именах собственных, актуальных в массовом сознании носителей данного языка и культуры, обладающих множеством различных культурно-исторических ассоциаций, в сознании говорящего и слушающего  возникает образ обозначаемого именем объекта во всей полноте связанных с ним ассоциаций, общепринятых в данном этно-культурном коллективе.

Таким образом, антропонимы, в отличие от обычных имен собственных, являются опредмеченными единицами языка и относятся к категории значащих имен собственных. В антропонимике такие языковые единицы называются олицетворенными именами [4].

В художественной литературе антропонимы часто играют определенную роль, являясь добавочным средством воплощения замыслов автора. Удачное имя не просто характеризует героя, оно показывает, как автор осуществляет органическую связь формы и значения, усиливает эмоциональное впечатление от произведения, в состав которого имя входит. План выражения имени, его звуковая форма, оказывается в художественной литературе весомым и значительным. План выражения здесь ярко функционален, выполняет существенную стилистическую нагрузку.

В связи с этим возникает вопрос о целесообразности перевода имен собственных. Определенно стоит передавать внутреннюю форму имени, где это возможно, особенно, когда имя существенно дополняет образ. Если же образ не страдает от простой транслитерации имени, то целесообразно отказаться от перевода имени, однако в предисловии, в подстрочном примечании или же в словаре имен к произведению следует указать, какие ассоциации вызывает данное имя у читателя в языке оригинала [5].

Рассматривая план содержания антропонимов художественного произведения, можно прийти к выводу, что здесь выделяются ономастические единицы, которые указывают на качества персонажа, на место действия произведения и даже на время действия. Прежде всего сюда следует отнести этимологические имена, которые называют еще говорящими, значащими, характеризующими. Этот подкласс литературных антропонимов прямо характеризует персонажей. Такие имена можно встретить в произведениях Джона Р.Р.Толкиена: Baggins, Strider, Grubb.Grubbes & Burrowes и т.д.

К именам, указывающим на качества персонажей, можно также отнести такие, которые с первого взгляда не характеризуют  персонаж, однако в зашифрованном или полузашифрованном виде могут раскрывать определенную характеристику персонажа. Такие имена зачастую не просто выдуманы, а специально выбраны автором из имеющегося ономастикона языка. Так, существующее в реальности имя Beorn, которое с древнеанглийского переводится как «ребенок», используется Толкиеном в повести «Хоббит» для именования одного из персонажей – медведя-оборотня. И хотя этимология реального имени совершенно иная, у читателя антропоним Beorn  ассоциируется со словом bear - медведь.

Ономастикон художественных текстов содержит и такие имена, которые своей прозрачной семантикой никак не описывают образ, но вызывают определенную эмоцию, например, одобрение или неприязнь у читателя. Так, у Толкиена в «Хоббите» есть персонаж Necromancer. Этимология имени не имеет ничего общего с вымышленным образом, но само по себе оно вызывает у читателя негативную эмоцию.

Как и антропонимы, топонимы являются неотъемлемой частью фоновых знаний носителей определенного языка и культуры. В них, как в зеркале, отражаются история народа, история заселения и освоения территории.  Они еще более чем антропонимы привязаны к национальной культуре. Даже попадая в другой язык, топоним преобразуется в соответствии с закономерностями этого языка и приобретает ассоциации, свойственные обозначаемому им объекту в новой культуре.

Вопрос о том, что понимать под значением топонимов, не имеет однозначного ответа. Естественная функция любого топонима – указание на объект. Однако кроме указания на объект во многих наименованиях прослеживаются дополнительные значения, связанные с  характеристикой объекта, идеей и эмоциональной окрашенностью имени. Номинация, то есть называние объекта, может осуществляться только потому, что у слова, используемого как название, есть его собственная сигнификация. Кроме того, в самом процессе называния осуществляется не только денотация, указание на объект, но и коннотация – привнесение дополнительных значений. Таким образом, топоним, оставаясь названием единичного предмета, оказывается нагруженным коннотациями.

Проблема значения топонимов осложняется еще тем, что различные планы значения могут восприниматься по-разному. Непосредственно воспринимается лишь прямое, адресно - указательное значение топонима. Что же касается этимологического значения, условно называемого дотопонимическим , то его восприятие не обязательно и не оказывает прямого влияния на фактическое функционирование топонима. Таким образом, основным моментом остается третий план значения названия, который можно назвать посттопонимическим, то есть восприятие тех разнообразных и многочисленных значений, которые надстраиваются над обычным топонимическим значением названия.

Резюмируя вышеизложенное, можно кратко сформулировать следующий вывод: топонимы как реалии, связанные со значимыми событиями в жизни определенного народа-носителя культуры, выполняют в языке, кроме своей основной функции – наименования географического объекта, ряд дополнительных функций:

- характеристика коннотаций, закрепленных за данным топонимом

- социально-историческая сущность имени

- его антропологическая направленность.

Часто топонимы говорят о важных исторических событиях не прямо, а косвенно, называя то место, где они произошли. Например, «We fought Lexington to free ourselves, we fought Gettysburg to free others». Lexington – Лексингтон, город в Америке, где в 1775г. произошло первое сражение во время Войны за независимость североамериканских колоний. Gettysburg – Геттисберг – место, где в июле 1863г. северяне одержали победу над рабовладельцами Юга во время гражданской войны в США.

В подобных случаях для адекватного восприятия всего того, что скрывается за географическим названием, недостаточно чисто географических познаний, необходимо также знание истории и культуры данной страны [5].

Географические названия обозначают объекты, которые могут быть известны и за пределами данной страны и, как правило, имеют устоявшиеся соответствия в языках всего мира. Однако ассоциации, связанные с этими объектами, являются частью национальной культуры и могут быть неизвестны за пределами данной культуры.

Специфика топонимов дает возможность использовать их в качестве выразительного стилистического средства в речи и художественной литературе. Эмоционально-экспрессивное употребление географических названий может основываться на ясности внутренней формы говорящих имен, то есть тех коннотациях, которые в них заложены, а также на том новом содержании, которое топонимы приобретают в процессе функционирования.

Говорящие топонимы искусно используются Джоном Р.Р. Толкиеном: Mirkwood, Wilderland, Misty Mountains, Ravenhill, Long Marshes, Lonelands. Нужно отметить, что те коннотации, которые несут эти топонимы, безусловно, ощущаются носителями языка, и для переводчика первостепенной задачей является передать те многочисленные ассоциации, которые они вызывают.

Вымышленные географические наименования (как в случае с Толкиеном), а также их производные, созданные фантазией авторов для привнесения специальных коннотаций и эмоционально-экспрессивных оттенков, составляют особую проблему в топонимии.

Учитывая смыслобразующий потенциал ономастической лексики, ее следует рассматривать не только в сугубо лингвистическом плане, но и в тесной связи с литературоведческими дисциплинами, с опорой на различные философские, идейно-эстетические и культурологические концепции.

Таким образом, ономастическая лексика в художественной литературе требует сугубо индивидуального подхода к ее передаче при переводе. Приходится учитывать множество показателей: лингвострановедческий материал, колорит, степень знакомости и распространенности как самого имени собственного, так и его референта.

1. Васильева Н. В. Ономастические матрицы в романе Е. Водолазкина «Оправдание Острова». // Вестник Московского университета. Серия 9: Филология. — 2021. — № 1. — С. 102–110.
2. Ономастика Поволжья: материалы XVIII Международной научной конференции (Кострома, 9–10 сентября 2020 г.). — Кострома: КГУ им. Н.А. Некрасова, 2020. — 424 с.
3. Петрова, И. В. Ономастический код художественных текстов Ф.М. Достоевского. // Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук. — Москва, 2018. — 200 с.
4. Сидорова, А. Б. Лингвосемиотическая концепция ономастикона: на материале художественных текстов. // Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук. — Москва, 2019. — 180 с.
5. Смирнова, Е. А. Способы перевода имен собственных в произведениях Дж. К. Роулинг для детей. // Выпускная квалификационная работа. — Санкт-Петербургский государственный университет, 2023. — 97 с.