Сравнительно-историческое, типологическое и сопоставительное языкознание | Филологический аспект №05 (121) Май 2025

Ономастические особенности обряда вызова дождя у славян и адыгов

Кокова Лейла Джамалдиновна
канд. фил. наук, зав.лабораторией ономастики и социально-политических исследований, Кабардино-Балкарского госуниверситета им. Х.М.Бербекова, Нальчик, Российская Федерация, kokovaleila@yandeх.ru
Кокова Бэла Джамалдиновна
профессор кафедры фортепиано и методики Северо-Кавказского государственного института искусств, Нальчик, Российская Федерация, belakokova@yandex.ru

Аннотация: Обряд вызова дождя является одним из самых древних и зрелищных в истории человечества. Обращение к его мифонимам обусловлено желанием продолжить цикл исследований по сравнительной обрядовой ономастике славян и адыгов. Онимы, связанные с этим обрядом, представляют интерес для исследования уже потому, что сам обряд присутствует в фольклоре практически всех народов мира. Интерес к теме исследования продиктован также отсутствием исследований по ономастике в адыгской мифологии. Обряд вызова дождя богат мифонимами, имеющими особенности. Они заключаются в «участии» в обряде не просто женских божеств, а имеющих статус «госпожа», «княгиня». В других обрядах, в частности связанных с охраной земельных владений, «хранители» не имеют статус божеств.
Ключевые слова: оним, апеллятив, мифоним, обряд, госпожа, божество, дождь, гром, молния, змея, дракон

Kokova Leila Dzhamaldinovna
Candidate of Philological Sciences, Head of Laboratory of Onomastics and Socio-Political Studies of Kabardino–Balkarian State University named after H.M.Berbekov, Nalchik, Russian Federation
Kokova Bela Jamaldinovna
Professor of Piano and Methodology Department North Caucasus State Institute of Arts, Nalchik, Russian Federation

Abstract: The rain calling ceremony is one of the most ancient and spectacular in the history of mankind. The appeal to his mythonyms is due to the desire to continue the cycle of research on the comparative ceremonial onomastics of the Slavs and Adygs. The animas associated with this rite are of interest for research because the rite itself is present in the folklore of almost all peoples of the world. The interest in the research topic is also dictated by the lack of research on onomastics in Adyghe mythology. The rain calling ceremony is rich in mythonyms that have special features. They consist in the "participation" of not just female deities in it, but those with the status of "mistress", "princess". In other rituals, in particular those related to the protection of land holdings, "guardians" do not have the status of deities.
Keywords: onym, appellative, mythonym, rite, lady, deity, rain, thunder, lightning, snake, dragon

Апеллятив дождь имеет древнейшее происхождение и встречается во многих старославянских и древнерусских письменных памятниках: Дъждьнъ сътвори паницѫ зѣло малѫ на приниманиѥ дъждьнъихъ водъ (Супрасльская летопись) [2, с.201], Зографском Евангели (X-XI вв.), Ассеманиевом Евангелии (X в.).

М. Фасмер приводит следующую этимологию слова дождь: «Из *дъжджь, ст.-сл. дъждь, болг. дъждът, сербохорватского дӓжд, польск. deszez…Верято, родственно норв. dusk-regn, шв. regn-dusk «мелкий дождь», бав. dusel «изморось», норв. dysjа «моросить, струиться» [3, с.522].

В.И.Абаев сравнивает «сл. dъždь с др.-ир.*duz – «доить» [4, с.372].

А.К.Шагиров приводит следующую этимологию слова дождь в адыгских (черкесских) языках: ŷэшх / ŷэшхы «дождь». По первой части совпадает с ŷэc / ŷэcы «снег». [5, с.93].

Обряды, связанные с дождем, делились на действа по вызыванию дождя во время засухи и по его прекращению.

Обряд вызывания дождя у славян и адыгов относится к древнейшим. Согласно представлениям древних славян, наличие или отсутствие дождя связано с миром мертвых, которые считались предводителями туч. Поэтому в помощь призывались покойники (особенно утопленники) у славян и убитые молнией у адыгов. В водоемы бросали зерна пшеницы, деньги, соль, чеснок. Молитвы совершались у предварительно очищенных водоемов. Там же устраивали Мокриды – праздничные молебны по вызову дождя. Корни этого праздника уходят в глубь веков и связаны, вероятно, с Макошью и мокушей. «Как и Макошь, мокуша тесно связана с водой. Макошь Мать – Сыра Земля являлась женским воплощеним водной стихии, а точнее – земли в единстве с водой; она распоряжалась влагой и плодородием…» [6, с.362-363]. Со временем многие черты Макоши в период христианства унаследовала Параскева Пятница.

До наших дней мифоним Параскева (греч.paraskeuȇ – пятница) через формы Прасковея дошел в виде женского собственного имени Прасковья. [7 с.175]. А,В,Сусловой и А.В.Суперанской имя включено в рекомендательный список женских имен : «Прасковья (нар. от стар. Параскева) [8, с.28].

В славянском обряде «участвует» кукла из глины или земли. Это мужское божество Герман. Оно распространено у некоторых славянских народов «…имитируя погребение, закапывали куклу на берегу реки или бросали в воду, причитая: «Ой, Герман, Герман, умер Герман от засухи ради дождя». [6, с.231].

Божества, связанные с обрядом вызывания дождя, в адыгской мифологии женские. Это Псы-гуаша и Ханцегуаше. Вторая в отличие от первой имела материальное воплощение.

Обряд Ханцегуаше, проводившийся во время засухи с целью вымолить дождь, один из самых ярких и зрелищных обрядов адыгов, сохранившийся до наших дней. Кроме него, проводились молебны на камнях, походы к высокогорным рекам и озерам с последующим использованием в обрядах воды, принесенной оттуда, обливание водой муравейников, использование в обрядах лягушки, наряженной в платье. Но именно обряд Ханцегуаше (богиня-лопата), описанный учеными и путешественниками, стал одним из самых ярких обрядов адыгского фольклора.

В адыгском пантеоне помимо Ханцегуашэ было еще несколько богинь гуащэ с разными функциональными обязанностями: Псыхъуэ-Гуащэ (богиня рек псыхъуэ река, гуащэ богиня), которая также участвовала в обряде, Хы-Гуащэ (богиня моря хы – море, гуащэ - богиня), Унэ-Гуащэ (богиня дома унэ дом, - богиня) и пр. Именно Псыхъо- Гуащэ (покровительнице речных вод), по мнению исследователей, восходит своими истоками Ханцегуашэ.

«Богиня рек Псы-гуаша (псы – вода гуаша богиня) как упоминается Л.Я.Люлье как «дева вод речных», в честь которой устраивались праздники в весеннее время, прося ее о дожде» [9, с.595]. Образ Псы-гуаша неразрывно связан с другим божеством Маз-гуаше (маз – лес гуаша богиня). Адыги веровали, что именно она управляет дождем. От имени Ханцегуаше к ней обращались с просьбой не жалеть воды.

Псыхъуэ-Гуащэ (богиня рек псыхъуэ – река, гуащэ - богиня) являлась адыгским аналогом славянской Русалки. Но вместе с общими чертами (расчесывание волос, выход на берег) у двух этих божеств есть и ряд существенных отличий. Славянские русалки, которых именовали «дикими женами», могли напасть на человека и защекотать до смерти. Образ адыгской богини рек складывался из сведений информаторов, получивших их из семейных преданий и легенд. Сведения эти двоякие: в одних рассказах она описывается как девушка с прекрасным лицом, ластами-руками и рыбьим хвостом. Другие утверждают, что богиня – отвратительная старуха, уродливая, безжалостная и свирепая.

Эти описания рознятся, по-видимому, в зависимости от того, была ли выполнена просьба участников обряда ханцэгуашэ: был ли ниспослан на землю дождь. «Когда водили по селу в честь нее наряженную лопату с песнопением - мольбою о ниспослании дождя, и, как казалось адыгам, она выполняла их просьбу, тогда она вызывала симпатии просителей дождя и становилась богиней неподражаемой красоты, но стоило после такой же мольбы людей отказать им в ниспослании дождя, она тут же воспринималась как безобразная старуха.» [10, с.87].

Впервые описание обряда у адыгских племен встречается в записках путешественников. Суть обряда заключалась в покупке жертвенных животных, которых закалывали после молитвы о ниспослании на землю дождя. Часть мяса обязательно раздавалась беднейшим. Затем участники обряда под руководством стариков «вынесла за аул деревянную лопату, прикрепляя к ручке ее, немного ниже лопасти, крестообразную палку: затем на приготовленную таким образом основу надели старое женское платье, закрывавшее всю ручку лопаты, продели концы палки в рукава платья, а лопасть обернули тряпками и на полученном подобии головы нарисовали глаза, нос и рот и повязали изображение головы платком. Это чучело называется по-темиргоевски «ханце-куаше» (ханце – деревянная лопата, куаше – княгиня). Слово гуащэ в адыгских языках имеет другое значение – богиня или кукла. Цикл обрядов, связанных с этой богиней, назывался ханцэгуашэ и проводился во время засухи.

Обряд, связанный с Ханцегуашей, имел множество вариантов. Экспедицией МГУ под руководством С.А.Токарева в 1939 году в Шапсугии был записан обряд, свидетелями которого они стали: «женщины аула несли Ханцегуаще к реке и купали ее, а мужчины шли к «каменной могиле», в которой был похоронен убитый молнией человек и все босые и без шапок становились чтобы молния блеснула вокруг могилы, брались за руки и, приплясывая, двигались по кругу в одну сторону – против часовой стрелки. Этот танец сопровождался пением песни о ниспослании дождя:

«На большом перевале загремит. В Левгегубх чтобы молния блеснула. На Нихетх чтобы молния спустилась. А здесь в Тхахапше чтобы шел дождь». [10, с. 94-95].

Присутствие в обряде культа грома и молнии указывает на то, что в верованиях адыгов божества водоемов и грома были тесно взаимосвязаны. Речь идет о Шиблэ – адгском божестве грома и молнии. Общеадыгское название Шыблэ/Шъыблэ «бог молнии и грома» состоит из шы + блэ. Второй компонент восходит к блэ «змея», этимология же первой части шы неясна. Можно согласиться с Л.Я. Штернбергом, что сходство змеи с извивающейся молнией дало повод для перенесения ее (молнии) на небо и что «молния считалась змеей и, стало быть, богом грозы» [11, с.51].

«Древние адыги считали, что душу убитого молнией человека забирает Шибле и таким образом устанавливает магическую связь между небесным и земным» [1].

Использование во время обряда камней с могилы убитого молнией и украшение «наряда» самой Ханцегуашэ очажной цепью из дома убитого молнией, использование в обряде черепа убитого молнией коня подтверждают связь этих божеств в сознании проводивших обряд.

«Древние адыги считали, что душу убитого молнией человека забирает Шибле и таким образом устанавливает магическую связь между небесным и земным»

После ритуальной трапезы участники обряда зачерпывают воду в реке и брызгают ее на Ханцегуашэ. Затем девушки тащат в воду молодых женщин, недавно вышедших замуж, и окунают несколько раз. Затем берут Ханцегуаше и со словами «Да примет бог нашу жертву благосклонно!». После танцев вокруг божества на Ханцегуашэ выливают семь ведер воды, и участники обряда уходят по домам ждать результат. День, в который совершался обряд, был священным. Даже увоз невесты, прочие праздники категорически запрещались. В этот день не наблюдалось даже случаев воровства

Помимо обряда ханцэгуашэ, проводившегося во время засухи, у адыгов был еще один обряд, связанный с отсутствием воды. Он связан с грозным владыкой рек и озер – Благъуэ – огромным чудовищем вроде крокодила. «Оно может одним глотком выпить целое озеро или осушить полноводную реку» [11, с.86]. Это божество присутствует во многих адыгских сказаниях, где «запруживает своим огромным телом реку, лишает жителей воды и соглашается дать немного воды, если ему дадут на съедение девушку» [10, с. 86]. Сюжет знаменитого единоборства Батраза с речным чудовищем Благъуэ (каб.-черк. яз. «дракон»), запрудившим своим телом реку в стране Нартов, присутствует, в частности, в адыгском героическом эпосе Нарты. [10, с. 87]. Благъуэ у адыгов - многоголовый дракон. Существует версия, что мифоним Благъуэ состоит из двух частей: бла/блэ «змея, молния» и гъуэ «нора, пещера». Но эта версия представляется исследователям малоубедительной. Благъуэ у адыгов – многоголовый дракон. В славянском фольклоре ему соответствует Змей Горыныч.

Известный исследователь адыгской мифологии А.Шортанов полагал, что Благъуэ – более архаичный персонаж адыгского фольклора и появился раньше Псыхъуэ - Гуащэ и Ханцэгуашэ

Адыгский обряд с ханцэгуашэ удивительно схож с кумыкским обрядом вызывания дождя «земире». В кумыкской мифологии (Дагестан) – божество плодородия.

Заключение

 Обряд вызова дождя в фольклоре многих народов один из самых зрелищных. Он дошел до наших дней не только как театрализованное действо. В сельской местности и в наши дни во время долгой засухи богиню-лопату Ханцегуашэ носят по дворам с обрядовыми песнями. Только сейчас это делают только дети. После «выступления» их одаривают сладостями и обливают водой. В обрядах славян и адыгов, безусловно, есть различия, как и ряд сходных черт. Примечательно то, что и у славян, и у адыгов персонажи обрядов и легенд, связанных с водой и дождем, женские: Русалки, Мокошь, Псыхъуэ-Гуащэ, Ханцэгуашэ и пришли христианство и ислам из язычества. Это, безусловно, является ономастической особенностью. Главными участниками обрядов также были в основном женщины.  Примечательна также связь этих мифонимов у адыгов с именами божеств грома и молнии. Материалами статьи будет дополнен цикл исследований по ономастической составляющей в мифологии славян и адыгов. Исследование будет продолжено и его результаты опубликованы.

1.Коков Л.Д., Кокова Б.Д. Божества грома и молнии в славянской и адыгской ономастике // Филологический аспект: международный научно-практический журнал. Сер.: История, культура и искусство. 2025. № 01 (16). Режим доступа: https://scipress.ru/fai/articles/bozhestva-groma-i-molnii-v-slavyanskoj-i-adygskoj-onomastike.html

Список источников
2. Цейтлин Р.М., Вечерка Р., Благова Э. Старославянский словарь (по рукописям X-XI веков) . - М.: Русский язык, 1999. - 842 с.
3. Фасмер М. Этимологический словарь русского языка. т. I.- М.: Прогресс, 1964. -562 с.
4. Абаев В.И. Историко-этимологический словарь осетинского языка. Т. 4., Л.: Наука, 1989 – 472 с.
5. Шагиров А.К. Этимологический словарь адыгских (черкесских) языков. П-И. М.: Наука, 1977. - 223 с.
6. Шапарова Н.С. Краткая энциклопедия славянской мифологии // М.: ООО «Издательство Астрель»: ООО Русские словари, 2003. -624 с.
7. Петровский Н.А. Словарь русских личных имен. – М.: Советская энциклопедия. 1966.-384 с.
8. Суслова А.В., Суперанская А.В. О русских именах. – Л.: Лениздат, 1991. -220 с.
9. Адыгская (черкесская) энциклопедия. М.: Фонд им. Б.А.Акбашева, 2006. - 1247 с.
10. Шортанов А.Т. Адыгская мифология. Нальчик: Эльбрус, 1982. - 196 с..
11. Кумахов М.А., Кумахова З.Ю. Нартский эпос: язык и культура. М.: Наследие, 1998. – 310 с.