Русская литература | Филологический аспект №08 (112) Август 2024

Молитвенное слово в русской поэзии о войне: Константин Симонов и Александр Пелевин

Безруков Андрей Николаевич
Кандидат филологических наук, доцент кафедры филологии, Уфимский университет науки и технологий (Бирский филиал), in_text@mail.ru

Аннотация: Статья посвящена сопоставительному анализу стихотворений о войне Константина Симонова и Александра Пелевина. Работа имеет практико-ориентированный характер, методология соотносится с компаративными принципами. Тема войны как для XX, так и XXI веков актуальна, следовательно, рассмотрение данного вопроса целесообразно в рамках научного проекта. Поэтов объединяет не только предмет воплощения, но и особая форма стихотворного типа – молитвенное слово. Разница текстов заключается в более плотной концентрации всех ужасов войны, стремление преодолеть страх и беспомощность. Для Константина Симонова этот путь настроен на веру и надежду в победу, для Александра Пелевина в то, что лирическому герою необходимо двигаться дальше, защищая, оберегая, внутреннее сопротивляясь. Стихотворение Константина Симонова «Жди меня», как и текст Александра Пелевина «Шёл солдат, упал солдат…» имеет особый молитвенный тон: это проявляется в особой организации текста, в необычной ритмике и мелодике, в нарочито действенном повторе (как вариант репликации), в умелой диспозиции сюжета и имманентного переживания. Для поэтов и ХХ, и XXI века важно воссоздать живую ситуацию военной трагедии, также реверсивно воплотить эффект диалога между автором / устроителем текста и реципиентом. Материал может быть использован в вузовской и школьной практике при рассмотрении темы войны в литературном процессе прошлого и настоящего.
Ключевые слова: Константин Симонов, Александр Пелевин, лирика, война, автор, читатель, молитва, человек, эстетика чтения, литературный прием, язык

Bezrukov Andrey Nikolaevich
Candidate of Philology, Associate Professor the Department of Philology, Ufa University of Science and Technology (Branch in Birsk)

Abstract: The article is devoted to the comparative analysis of poems about war by Konstantin Simonov and Alexander Pelevin. The work has a practice-oriented nature, the methodology is related to comparative principles. The theme of war is relevant for both the 20th and 21st centuries, therefore, the consideration of this issue is appropriate within the framework of a scientific project. The poets are united not only by the subject of embodiment, but also by a special form of poetic type - a prayer word. The difference in the texts lies in a denser concentration of all the horrors of war, the desire to overcome fear and helplessness. For Konstantin Simonov, this path is tuned to faith and hope in victory, for Alexander Pelevin in the fact that the lyrical hero needs to move on, protecting, guarding, internally resisting. Konstantin Simonov's poem "Wait for Me", like Alexander Pelevin's text "A Soldier Walked, a Soldier Fell..." has a special prayerful tone: this is manifested in the special organization of the text, in the unusual rhythm and melody, in the deliberately effective repetition (as a variant of replication), in the skillful disposition of the plot and immanent experience. For poets of both the 20th and 21st centuries, it is important to recreate the living situation of a military tragedy, and also to reversely embody the effect of a dialogue between the author/organizer of the text and the recipient. The material can be used in university and school practice when considering the theme of war in the literary process of the past and present.
Keywords: Konstantin Simonov, Alexander Pelevin, lyrics, war, author, reader, prayer, man, aesthetics of reading, literary device, language

Для русской литературы тема войны является наиболее важной, тяжелой, сложной, следовательно, и значимой. Ведь война это не только ситуация, которая рисуется и воссоздается авторами, не только события истории, или некий личный, коллективный подвиг: война это преодоление себя. Практически все поэты XIX – ХХ веков обращаясь к этой теме, формировали лирический образ, который сложно / противоречиво реагирует трагически внешние обстоятельства. Не исключается этот принцип и в лирике XXI века, где вновь герой-защитник представлен как пример служения долгу, себе, и, конечно же, Родине. Таким образом, можно предположить, что преемственность эмоционального накала относительно понимания и воссоздания темы войны длится на протяжении ряда столетий, и, вероятно, в рамках отечественной литературы, что закономерно, не будет остановлена.

Цель данной статьи сводится к установлению связи двух разных по временным рубежам художественных сознаний, представленных в стихах Константина Симонова и Александра Пелевина. На наш взгляд, именно т.н. молитвенное слово позволяет поэтам тему войны, памяти, веры преподнести читателю в объективно данном ракурсе. Методика анализа имеет явный ориентир на компаративный принцип, не исключается при этом и рецептивная, а также герменевтическая составляющая.

Целесообразно вначале отметить, что Константин Симонов и Александр Пелевин поэты разных эстетических систем. Они находятся в разных временных плоскостях, по-разному видят мир, отлично друг от друга запечатлевают действительность в рифмованной, стихотворной фразе. И все же ряд тем сближает этих поэтов: на мой взгляд, это тема судьбы, человека, любви, жизненной правды, а также тема войны. Именно последняя и будет интересовать нас в рамках данной работы. Для точечной оценки, думается, подойдут два стихотворения: это небезызвестное «Жди меня» К. Симонова и «Шел солдат, упал солдат…» Александра Пелевина. Они наиболее фактурно отражают тот трепет и волнение, веру и надежду относительно страшных военных событий.

Великая Отечественная война 1941-1945 и война сегодняшняя (здесь и горящий Кавказ, Чечня, сейчас специальная военная операция на Украине) события в принципе одного порядка. Отметим, что поэты неравнодушны к такой изнуряющей читателя теме, желание же сказать об этом возникает у авторов не ради славы, или успеха, это поистине тяжелая эмоциональная работа для усвоения и закрепления уроков истории. О войне сложно, объективно, точно писал Александр Твардовский, Алексей Сурков, Сергей Орлов, Юлия Друнина, Булат Окуджава, Ольга Берггольц, Борис Пастернак, Сергей Михалков [1], Муса Джалиль, Расул Гамзатов и многие, многие другие.

Константин Симонов автор достаточно большого количества стихотворений о войне, которые изучаются в школе, заучиваются наизусть, разбираются в рамках индивидуального стиля [2], частной поэтики. «Родина», «Ты помнишь, Алеша, дороги Смоленщины…», «Майор привез мальчишку на лафете…», «Открытое письмо», «Сын артиллериста», «Тот самый длинный день в году», «Смерть друга», «Безымянное поле», «Атака», «Танк», «Кукла», «Всю жизнь любил он рисовать войну», «Слава» – вот, лишь небольшой список текстов, которые полновесно и целостно отражают отношение Константина Симонова к войне. Можно утверждать, что все творчество Симонова – это попытка разобраться в войне, сказать о ней без прикрас, сформировать у читателя правильное отношение [3] к этим событиям.

Да! Война разная, что признают многие. Да – это смерть, боль, утрата, да – это сломанное время, искаженные врагом обстоятельства жизни. Но нельзя исключать и стихов о войне, звучащих в ином эмоциональном ключе, тяготеющим к т.н. молитвенному слову. Именно таким текстом является стихотворение К. Симонова «Жди меня». У К. Симонова есть строчки:

«Как мы уже тогда их били,

Пусть вспомнят эти господа,

А мы сейчас сильней, чем были.

И будет грозен час, когда,

Не забывая, не прощая,

Одним движением вперед,

Свою отчизну защищая,

Пойдет разгневанный народ» [4, с. 380].

Это отрывок из поэмы «Ледовое побоище» (1937). Разве не пророчески, разве не достоверно они звучат применительно к настоящему времени. Суть событий в принципе не изменилась, не поменялось ничего, а последствия войны, порой, даже стали еще страшнее. Тут уже не буквальный раздел территорий, не чистая политика, а разрушение человеческого, разумного, причем в режиме массового распространения. Фактор пророчества в русской, да и мировой поэзии явление частотное. А.С. Пушкин, М.Ю. Лермонтов, А.А. Фет, Ф.И. Тютчев, Александр Блок, Владимир Маяковский, Сергей Есенин и другие поэты предрекали свой собственный путь, но при этом обозначали и путь исторический, который всегда высвечивали весьма точно, объективно, ибо учитывались временные срезы, не исключались изменения социального порядка. Фронтиром правильных предчувствий является и лирика Константина Симонова. Однако в стихотворении «Жди меня» (1941) главная тема все же тема веры, надежды на возвращение: и к миру, и к свободе, и к любимым.

Текст «Жди меня» достаточно хорошо разобран  в массе критических [5, 6, 7, 8] наблюдений. В рамках же данной работы хочется обозначить ряд примет этого стихотворения, которые играют роль претворения молитвенного слова, так как это произведение для многих в годы Великой Отечественной войны стало оберегом, маркером связности близких людей. «Жди меня», на наш взгляд, формула, которая в виде манифеста, в виде жеста воззвания не дает разрушить жизнь, ибо молитва должна сохранять, оберегать, сохраняет надежду. Так происходит и в стихотворении Константина Симонова, которое посвящено Валентине Серовой.

Лирический герой «произносит» текст с учетом автобиографических факторов, при этом появившись в печати (1942 год, газета «Правда») стихотворение быстро становится для читателей «своим». Его бережно переписывают, цитируют, распространяют. Как заклинание оно звучит среди солдат, как молитва в тылу, и наоборот. Автору доверяют, ибо он искренне любит  и хочет вернуться к родному для него сердцу. Художественная сила стихотворения «Жди меня» также заключается и в особой организации.

Итак, молитвенная поэтика «Жди меня», на наш взгляд, может быть сведена к следующим номинациям: это особый лирический сюжет, психотехническая мелодика, нарочитый повтор, циклическая композиция, особая символика. Безусловно, что перед нами авторский текст, но он настолько мощно вбирает фольклорные составляющие, некий балладный фон, синергию Серебряного века, да и вообще все лучшие тенденции претворения эмоционального плана в лирике. Для К.М. Симонова опыт совмещений «индивидуального» и «общего» станет традиционным, этим и ценно его поэтическое наследие. В стихотворении «Жди меня» реализован принцип эмоциональной рефлексии. Например, в таких строчках как:

«Жди меня, и я вернусь.

Только очень жди.

Жди, когда наводят грусть

Желтые дожди,

Жди, когда снега метут,

Жди, когда жара,

Жди, когда других не ждут,

Позабыв вчера» [4, с. 158].

Лексика начала текста особого порядка: это «жди», «вернусь», «жди», «грусть». Психологический параллелизм выравнивается природными этюдами – «дожди», «снега метут», «жара». Полновесная картина бытия, полноценный образ разлуки на фоне войны. Автор усиливает состояние лирического героя и героини т.н. смысловым [9] реверсом: «других не ждут // Позабыв вчера». Подобный прием является повтором, при этом не только речевым, но и сюжетным [10].

Символическая емкость текста, конечно же, выведена в финале. Герой берет на себя ответственность и смелость озвучить т.н. условия, при которых он выжил, и возводит в должный ранг молитвенного образа спаса «её» – женщину, постоянно думающую о «нём»:

«Как я выжил, будем знать

Только мы с тобой, –

Просто ты умела ждать,

Как никто другой» [4, с. 159].

Таким образом, можно сделать промежуточный вывод, что стихотворение Константина Симонова является мелодически ориентировано на проговаривание как и в молитве особого звукоряда: «жди», «жди», «жди», «жди» и т.д. Циклический формат также лексически закреплен: «меня» – «я», «других» – «другой. Как вариант оппозиций «я» – «ты» не акцентируется, но подразумевается. Автор не хочет создавать т.н. крайности оппозиций личного и социального порядка, да и «разговор» складывается проще, если меняется грамматическая форма. Стоит признать, что текст К. Симонова прецедент, позволивший многочисленной аудитории пережить ситуацию войны, выйти из сложных обстоятельств, элементарно – выжить. Векторным типом, диалогом с К.М. Симоновым, на наш взгляд, является стихотворение Александра Пелевина «Шёл солдат, упал солдат…» [11], написанное в декабре 2018 года.

Александр Пелевин (не путать с Виктором Пелевиным – писателем-постмодернистом, знаковой фигурой русской литературы конца ХХ – начала XXI века) только входит в литературный процесс. При этом его проза, да и поэзия уже нашли своего читателя. Традиционные ценности для А. Пелевина являются значимыми, поддержание диалога с классиками является необходимым условием поэтики. Заметим, что стихотворение «Шёл солдат, упал солдат…» написано через 77 лет после симоновского «Жди меня», следовательно, почти прошла целая эпоха, точнее по историческим меркам сменилось поколение. И все же вариант отношения к войне на уровне героики и обобщения сохраняется, что важно, ценно, необходимо в рамках развития художественной мысли.

Отметим, что в текстовой ткани Александра Пелевина нет такого явно открытого личностного начала, но фактор обобщения и оценки трагедийности военных событий наличен. У Пелевина доминирует сюжетный уровень, ибо  стихотворение выстроено на связности двух планов: это реальность и сон:

«Шел солдат, упал солдат
В желтую траву,
В бесконечный звездопад,
В сказку наяву» [11, с. 7].

Для читателя формируется некая интрига, которую он не сразу замечает. Таким образом усиливается художественная коллизия, придающая особую атмосферу в изображении войны. Автор намекает, что на войне все превращается в мгновение, миг, случай, все может произойти очень и очень быстро. Это и ранение, и контузия, и даже смерть. Но и Александр Пелевин, и до этого Константин Симонов хотят сказать несколько о другом. Смысловой ориентир направлен на преодоление событий войны, на закалку духа, на вселение уверенности в победе. Мотив усталости становится в данном тексте доминантой, автор дает возможность лирическому герою, солдату, защитнику отдохнуть, набраться сил и двигаться дальше:

«Спи, солдат, как спят в ночи
Горы и холмы,
Спи спокойно и молчи,
Стань таким, как мы.
 

Спи, солдат, как спит река,
Спи, как тень и прах,
Спи, как лодка рыбака
Дремлет на волнах…» [11, с. 8]

Вместо буквального авторского голоса, солдат слышит голос «шестикрылого серафима», а это образ, приближенный к Богу. Ощущение смерти переживается читателем, но никак не героем. Надежда и молитвенный глас пробуждают солдата, вместе с этим вселяют веру и у читателя. Близки тексты Константина Симонова и Александра Пелевина своей архетипичностью: у Симонова – Женщина, Дева, Мать, у Пелевина – Ангел, Бог, Святой Дух. Как отмечал Ю.М. Лотман, «являясь важным механизмом памяти культуры, символы переносят тексты, сюжетные схемы и др. семиотические образования из одного ее пласта в другой. Пронизывающие диахронию культуры константные наборы символов в значительной мере берут на себя функцию механизмов единства: осуществляя память культуры о себе, они не дают ей распасться на изолированные хронологические пласты» [12, с. 150]. Финал стихотворения А. Пелевина также знаков, молитвенное троекратное произнесение есть маркировка жизни, есть не что иное как движущаяся, а не оставленная действительность:

«Я не сплю, не сплю, не сплю», –
Говорит солдат» [11, с. 8].

Даже при разной стилистической окраске оба текста являются формульным экспонентом. И К. Симонов, и А. Пелевин касаются ряда этических установок, жизненных ценностей, имманентно проговаривают о недопустимости войны, а в случае все же ее возникновения, о сокрушительной и долгожданной Победе. Иначе не может быть! Современный мир достаточно часто попадает в ситуацию военного конфликта, тем самым показываю свою несостоятельность, свое несовершенство. Гуманистический тон лирики Константина Симонова и Александра Пелевина должен в корне менять самосознание человека, настраивать на разумные и оправданные действия.

На наш взгляд, можно сделать вывод, что тема войны в русской литературе является одной из ведущих. Думается, что наиболее эмоционально, тонко, чувственно война представлена именно в лирике, поэтический формат более удобен в отличие от прозы грань, предельность накала показать и в моменте конденсации, и в режиме обобщения, и эффекте явного воздействия. Стихотворение Константина Симонова «Жди меня», как и текст Александра Пелевина «Шёл солдат…» имеет особый молитвенный тон: это проявляется в особой организации текста, в необычной ритмике и мелодике, в нарочито действенном повторе (как вариант репликации), в умелой диспозиции сюжета и имманентного переживания. Для поэтов и ХХ и XXI века важно, думается, воссоздать живую ситуацию военной трагедии, а также реверсивно воплотить эффект диалога между автором / устроителем текста и реципиентом. У Константина Симонова война в стихотворении точечно движется от начала событий далее, но с учетом, ощущением явной победы, явного подавления противника. Для Александра Пелевина война имеет иной оттенок, она более ситуативна, при этом онтологически сложна: явь и сон, война и порядок есть рациональные приметы верификации этой темы. И все же каждый из поэтов по-своему дает понять, что победа обязательно наступит, именно наступит, то есть придет. Довольно интересно, что и в тот, и другом тексте нет ненависти, злоба мешает двигаться далее, рациональный, взвешенный тон стихов впечатляет. И, конечно же, вера, т.н. молитвенное слово в режиме проекции исцеления сознания, достижения выверенной правды, что есть главные составляющие, регулирующие поддержание мира на земле.

1. Михалков С.В. Военные стихи. – М.: Издательство АСТ, 2023. – 222 с.
2. Безруков А.Н. Поэтический стиль и художественный дискурс: проблема соотношений // Слово, высказывание, текст в когнитивном, прагматическом и культурологическом аспектах : материалы VIII Международной научной конференции, Челябинск, 20–22 апреля 2016 года. Том 2. – Челябинск: Энциклопедия, 2016. – С. 169-172.
3. Абашева Д.В. Константы народного сознания в поэме К.М. Симонова "Сын артиллериста" // Литература в школе. – 2016. – № 5. – С. 5-7.
4. Симонов К.М. Собрание сочинений: В 10-ти т. Т.1. Стихотворения. Поэмы. Вольные переводы / Вступ. ст. Л. Лазарева; коммент. А. Александровой. – М.: Художественная литература, 1979. – 670 с.
5. Водяницкая А.А. Надежда как смыслообразующий элемент стихотворения К.М. Симонова "Жди меня" и его переводов на английский и немецкий языки // Язык. Культура. Коммуникация. – 2015. – № 1(18). – С. 165-175.
6. Лосев Б.Е. Талисман верности (Стихотворение К. Симонова "Жди меня" в восприятии фронтовиков) // Филологический класс. – 2010. – № 23. – С. 7-8.
7. Суханова И.А. Об интертексте, плагиате, знаменитом стихотворении и его возможном источнике // Филологические чтения ЯрГУ им. П. Г. Демидова : материалы конференции, Ярославль, 22–23 мая 2017 года. – Ярославль: Ярославский государственный университет им. П.Г. Демидова, 2017. – С. 243-247.
8. Чудакова М.О. «Военное» стихотворение Симонова «Жди меня...» (июль 1941 г.) в литературном процессе советского времени // Новое литературное обозрение. – 2002. – №58. – С. 223-259.
9. Безруков А.Н. Недетская поэзия Сергея Михалкова: от строгой формальности к смысловому ригоризму // Нижневартовский филологический вестник. – 2023. – № 2. – С. 6-18. – DOI 10.36906/2500-1795/23-2/01.
10. Безруков А.Н. Сюжетология поэтических конструктов // Studia Humanitatis. – 2019. – № 3. – С. 24.
11. Пелевин А. Покров – 17 : роман. – М.: ИД «Городец», 2022. – 304 с.
12. Лотман Ю.М. Внутри мыслящих миров. – СПб.: Азбука, Азбука-Аттикус, 2015. – 416 с.