Теория литературы. Текстология | Филологический аспект №12 (104) Декабрь 2023

Метафоры как способ отражения реалий времени в художественном тексте (на материале романа М. Зусака «Книжный вор»)

Завидова Алина Сергеевна
магистрант кафедры теории и практики иностранных языков, Российский университет дружбы народов имени Патриса Лумумбы, РФ, г. Москва, alina.zavidova1@gmail.com

Аннотация: В статье предпринята попытка определить основные виды метафор, встречающихся в тексте художественной литературы и отражающих историческую эпоху, на примере материала произведения «Книжный вор» Маркуса Зусака. В произведениях литературы целостные представления о культуре и быте определенного народа могут быть переданы читателю посредством символических образов и их толкования. Метафора же является одним из наиболее эффективных способов воздействия на понятийное мышление читателя, которым пользуются писатели для передачи исторических реалий времени и собственной картины мира. Особое внимание Автор уделяет роману «Книжный вор», повествующему о событиях, разворачивающихся в нацистской Германии. В частности, Автор анализирует, каким способом М. Зусаку удается воспроизвести в художественном тексте быт и действительность жителей Германии первой половины XX в.
Ключевые слова: художественный текст, Книжный Вор, Маркус Зусак, реалии времени, Германия, метафора, типология метафор

Zavidova Alina Sergeevna
Graduate student, Department of Foreign Languages in Theory and Practice, Peoples' Friendship University of Russia named after Patrice Lumumba, Russia, Moscow

Abstract: The article attempts to identify the main types of metaphors in fiction that reflect the historical era, using the examples from the novel "The Book Thief" by Markus Zusak. In works of literature, holistic ideas about the culture and way of life of a certain people can be conveyed to the reader through symbolic images and their interpretation. Metaphor is one of the most effective ways to influence the reader's conceptual thinking, which writers use to convey the historical realities of time and their own worldview. Much attention is given to the novel "The Book Thief" describing the events unfolding in Nazi Germany. It is spoken in detail about how Markus Zusak manages to reproduce the way of life and reality of the inhabitants of Germany in the first half of the XX century in his literary text.
Keywords: fictional text, The Book Thief, Markus Zusak, time realities, Germany, metaphor, classification of metaphors

Художественный текст играет большую роль в восприятии читателем окружающей действительности. Литература оказывает воздействие на формирование у людей особого взгляда на происходящие события, а также глубоких и устойчивых эмоций. Достигается данный эффект при выстраивании художественного дискурса, а также с помощью различных языковых средств выразительности. Наиболее распространенным инструментом репрезентации реальности в художественном тексте является метафора. Процесс метафоризации представляет собой сложный лингвокогнитивный и лингвокультурологический процесс, в котором активную роль играют все компоненты – язык, мышление и культура как автора, так и читателя [5, с. 13].

В художественном произведении образы – это воплощение мышления автора, его субъективное видение и уникальное изображение картины мира. Создание образности основано на использовании неожиданных сопоставлений предметов или явлений, достаточно непохожих друг на друга.

Метафоры можно подразделить на два основных типа, а именно: статический и динамический. Статическая метафора считается лексикализованной метафорой – тропом, вошедшим в повседневный речевой обиход. Для неё характерны широта употребления и устойчивость, а также отсутствие выразительности и индивидуальности. Статическая метафора зачастую не осознается реципиентом как метафора, поэтому её могут называть «мертвой» метафорой [7, с. 224]. Некоторые из данных «застывших» метафор считаются в художественной литературе вещественными, поскольку являются часто встречающимися в контексте этнокультуры читателя или автора. Несмотря на это, вещественные метафоры довольно четко отражают национальную картину мира и позволяют передавать смысл не менее эффективно, чем динамическая метафора – ввиду того, что являются привычнее для реципиента художественного смысла и обладают ярко выраженной эмоциональной окраской. Благодаря вещественным метафорам события описываемой в литературе действительности – эмоции, поступки и идеи – воспринимаются в качестве материальных сущностей, более приближенных к тем, кто подвергается идейному воздействию автора через художественный текст [4, с. 49].

Динамическая метафора же отличается неустойчивостью и непредсказуемостью. Для неё свойственен индивидуальный характер. Поскольку метафорический перенос формируется на базе субъективного допущения подобия, можно сделать вывод, что данный тип отчетливо отражает авторскую позицию в художественном тексте и за счёт своей неординарности также может оказать влияние на читателя.

Метафоризация захватывает почти каждую часть речи. Тем не менее в этом процессе господствующую роль имеет именно глагол и имя существительное.

Возможность метафоризации ряда глаголов обусловлена тем, что данная часть речи допускает своеобразное «освобождение» семантической темы, основного элемента значения слова от более специальных семантических признаков, которые при прямом употреблении слова определяют его смысловую специфику. Однако они не устраняются полностью, а отступают на задний план – трансформируются в экспрессивно-стилистический фон, на котором выступает новое смысловое значение [2, с. 86].

При метафоризации во взаимодействие вступают несколько объектов – например, объекты, обладающие семантикой живого, и предметы, обладающие семантикой неживого [3, с. 155]. В зависимости от того, какая семантика доминирует в каждом случае метафорического описания, можно выделить два вида художественных метафор – витальные и мортальные.

В витальных метафорах доминирует семантика жизни, а объект оценивается как живой. С помощью придания какому-либо предмету изображаемой действительности, природному явлению свойств живого существа, автор объективирует реальность, сопровождая этот процесс яркой эмоциональной оценкой. Данный вид метафор очень разнообразен и сам подразделяется на несколько типов.

Например, существуют витальные метафоры, с помощью которых объект описывается как животное – автор наделяет его отличительными признаками либо частично, либо полностью. Образ человека с подобной семантикой зачастую обладает отрицательной стилистической окраской, в то время как неживой предмет с признаками животного будет иметь нейтральную стилистическую окраску.

Ко второй группе витальных метафор можно отнести метафоры, в которых доминируют человеческие признаки, то есть объект наделяется качествами человека [9, с. 195]. В художественном тексте можно найти примеры описания явлений окружающей среды или неживых предметов, которые служат для автора способом олицетворения окружающего мира, создания образов, воздействующих на восприятие читателем художественной действительности. 

Также можно выделить третью группу витальных метафор, при которых неживой объект описывают как умерший, тем самым воссоздавая эффект того, что он когда-то был одушевленным существом.

Мортальные метафоры – второй вид метафор, в которых доминирует семантика неживого, то есть объект сравнения описывается как неодушевленный. Так, например, создается более выразительный образ, позволяющий передать мировосприятие героя или рассказчика – его взгляд на окружающий в произведении мир, ситуацию.

Среди мортальных метафор в отдельную группу можно выделить метафоры, которые описывают человека как неживой объект, наделяя его отрицательной семантической окраской, так же, как и витальные метафоры с семантикой животного. Герои художественных произведений при мортальных метафорах характеризуются как безжизненные и бездушные существа со стилистически сниженной, отрицательной окраской [8, с. 157].

В художественной действительности наибольшее значение обретает и когнитивная метафора. Она является неотъемлемой частью человеческого сознания – благодаря ей автор способен экономно и действенно выразить множество смыслов. Значение метафоры определяется особенностями нашего взаимодействия с окружением, а также нашими социальными нормами и культурными традициями. Когнитивные метафоры структурируют действительность и позволяют понимать один вид опыта на основе другого, а с точки зрения художественного текста – ёмко передавать смыслы реципиенту. Данные метафоры могут подразделяться на структурные, ориентационные – средства, основанные на ориентации в пространстве: вверх и вниз, вперед и назад; а также онтологические, которые «категоризируют абстрактные сущности путем очерчивания их границ в пространстве» [1, с. 23], иными словами, являются способами трактовки событий и действий в качестве предметов или персонификации – физического опыта.

На период конца XX – начала XXI веков в зарубежной литературе прослеживается стремление писателей обращаться к теме исторического прошлого, а именно трагедии предшествующего исторического периода – Второй мировой войне [6, с. 45].

Для выявления метафорических средств, при помощи которых осуществляется воздействие на сознание читателя и формируется художественная действительность, было выбрано произведение австралийского писателя Марка Зусака «Книжный вор», повествующего о событиях, разворачивающихся в нацистской Германии.

Автор был вдохновлен рассказами и воспоминаниями своих родителей о войне и жизни в нацистской Германии, которую им пришлось испытать. По словам Зусака, в своем произведении он хотел отразить не столько трагические события того времени, сколько судьбы вовлеченных людей, их добродетели и пороки [10]. Военная жизнь в Австрии и Германии, военнопленные и евреи, бомбежки в Мюнхене – все эти истории, рассказанные родителями, вдохновили писателя на создание романа.

В своём творчестве Маркус Зусак интерпретирует переживания героев через детали, а также воссоздает образ окружающего мира с помощью различных средств выразительности, в частности – метафор. Произведение «Книжный вор» пронизано эмоционально-оценочной лексикой, видоизмененной по замыслу автора для придания окружающей действительности двойственного или в принципе отличного от привычного значения. Поскольку Зусак рос на историях и воспоминаниях очевидцев, в своем произведении он в большей степени прибегает к лингвистической репрезентации, основанной на персональном восприятии и личном опыте тех, кто застал период прихода нацистов к власти в Германии.

Большую долю внимания в романе «Книжный вор» Зусак уделяет метафорам, направленным на отражение окружающего пространства, в котором герои переживают события периода прихода к власти нацистов в Германии и Второй мировой войны. Образное описание, в частности, касается таких измерений, как небесная поверхность – облака, звезды, погодные условия, времена года; и земная поверхность – деревья и растения, интерьер, жилые дома и улицы. Внешность и поведение людей в произведении, их эмоциональное и физическое состояние также подвергается метафорической интерпретации автора, тем самым позволяя воссоздавать реальность в мышлении читателя через все возможные рецептивные сферы: не только через персонажей и их жизнедеятельность, но и через неживые объекты. Таким образом, читателю представляется определенная картина мира, с помощью которой Зусак формирует его отношение к главным и второстепенным героям, а также к миру, который окружает их. Рассмотрим некоторые из таких метафор.

При передаче происшествий и ситуаций, с которыми сталкиваются персонажи, а также для отражения их внутреннего состояния и вызова у читателей определенных эмоций автор романа использует метафоры, направленные на небосвод, облака и солнце. В качестве примера рассмотрим следующий фрагмент:

“The horizon was beginning to charcoal. What was left of the blackness above was nothing now but a scribble, and disappearing fast” [11, p. 11]

Сравнение оттенка горизонта с древесным углем и ночного мрака с каракулями позволяет рассказчику подчеркнуть необъятность и пустоту окружающего мира, а также хаотичность бедствия и путаницу, в которой очутился умирающий персонаж. В данной сцене с помощью вещественных метафор образ непроглядного неба передает безысходность раненого летчика и его скоропостижную смерть, тем самым не только дополняя картину действительности романа трагическими элементами, но и побуждая читателя испытывать соответствующие эмоции – грусть, тревогу или сострадание. Таким образом, в отобранном фрагменте проявляется не только коммуникативная функция метафоры, но и прагматическая.

В некоторых главах романа метафоры, связанные с описанием природы, были намеренно задействованы для противопоставления происходящим событиям:

“There were heavy beams – planks of sun – falling randomly, wonderfully to the road” [11, p. 543]

Сравнения солнечных лучей с досками, которые удивительным образом ниспадают на проезжую дорогу, служат для читателя красочным дополнением к сцене, иллюстрирующей процессию пленных евреев, которые шествуют в сторону Молькинга. «Тяжелый» пейзаж вместо того чтобы приносить радость и удовольствие только добавляет страданий измученным заключенным – показывает жестокость конвоя через суровость и хаотичность природы. Благодаря данным метафорам выполняется прагматическая функция – у реципиента складывается ощущение непринятия происходящего и понимание того, каким страданиям подвергались изможденные люди в плену. Тем самым автор не только передает реалии времени нацистской Германии, но и побуждает читателя испытывать негодование.

Помимо вещественных метафор, Зусак прибегает к использованию сравнений, нацеленных на перенос человеческих и нечеловеческих признаков с одного предмета на другой. Так, большинство витальных метафор в «Книжном воре» направлены на отражение художественной действительности – объективизацию и эстетизацию мира вокруг персонажей. Автор метафоризирует образы природных явлений и городских пейзажей, тем самым воссоздавая в сознании читателей картину исторической эпохи нацистской Германии. Мортальные метафоры же, наоборот, используются лишь в отношении героев, которых Зусак считает бездушными или морально и физически «мертвыми». Семантика неживого в данных сравнениях позволяет передать мировосприятие героя и сделать временные реалии вокруг него более выразительными. В подтверждение своих рассуждений рассмотрим несколько примеров:

“Even the clouds tried to look the other way” [11, p. 374]

Нежелание облаков смотреть на души умерших французских евреев – доминирующая семантика жизни в их образах – служит способом иллюстрации ужасных судеб тех, кто попадал в нацистские лагеря. Данным метафорическим сравнением автор подводит читателей к мысли о том, насколько жестокой была политика нацистской Германии – что даже облака, будучи невольными свидетелями смерти неповинных пленных, не в силах взглянуть на их безжизненные тела. Благодаря витальным метафорическим единицам и их когнитивной функции в этом фрагменте реципиент подвергается влиянию представлений Зусака и перенимает его мировосприятие.

Рассмотрим ещё один пример:

“The town that afternoon was covered in a yellow mist, which stroked the rooftops…” [11, p. 267]

В данном фрагменте умиротворяющий городской пейзаж, который наблюдала Лизель после встречи с фрау Герман, передается через коммуникативную функцию метафорического сравнения желтой дымки с существом, которое поглаживает крыши домов и улицы Молькинга. Оживший туман сопровождает главную героиню на пути домой и вторит её приподнятому настроению и энтузиазму. С помощью данного символического образа Зусак передает положительные эмоции персонажа и позволяет читателям проникнуться художественным миром произведения – благоприятной обстановкой в городе и солнечной погодой после дождя. Метафора ожившего тумана иллюстрирует то неопределенное состояние ожидания и надежды на лучшее будущее, бытующее в немецком обществе того временного периода.

Рассмотрим ещё один фрагмент:

“Just before Liesel Meminger pivoted with nausea to exit the crowd, the shiny, brown-shirted creature walked from the podium…” [11, p. 120]

В приведенном примере метафорическое сравнение члена нацистской партии с существом, одетым в коричневую форму, благодаря своей эстетической функции позволяет Зусаку лишить его человеческой семантики – передать читателю бездушие последователей нацистской идеологии. Сцена с сожжением «антинемецких» книг на площади вкупе с анималистичными чертами тех, кто поддерживал данные массовые акции, рисует широкую и детальную картину исторических событий в произведении, формирует у реципиента негативные ассоциации.

Некоторые события и сцены в произведении «Книжный вор» предстают в виде когнитивных метафор, сравнений, для более четкого восприятия которых автор проводит параллели между несколькими областями: абстрактной сферой и физической. При помощи данных символических образов Зусак раскрывает атмосферу, в которой жили персонажи произведения, а также их душевное состояние. Концептуальные метафоры использовались автором в данном произведении не только для описания окружающей среды – они были сосредоточены на отражении внутренних ощущений героев и настроений, царящих в государстве. В подтверждение своих рассуждений рассмотрим несколько примеров:

“Liesel was sure her mother carried the memory of him, slung over her shoulder” [11, p. 25]

В приведенном фрагменте раскрывается тяжесть памяти об умершем брате главной героини. Метафорическое сравнение с грузом, который приходится нести матери Лизель подобно увесистому мешку, позволяет читателю концептуализировать скорбь персонажа и проникнуться её эмоциональным состоянием. Так, при помощи коммуникативной функции метафоры в сознание реципиента закладывается мысль о том, насколько сильно смерть сына отразилась на душевном состоянии героини. Подобный символический образ, помимо всего прочего, позволяет читателю отчетливее представить себе ту тяжесть, которую несли на своих плечах женщины в Германии того периода после смерти своих детей.

Обратимся к следующему примеру:

“As the density subsided, the roll call of names limped through the ruptured streets, sometimes ending with an ash-filled embrace or a knelt-down howl of grief” [11, p. 463]

Будучи ответственным за разбор обвалов на разбомбленных во времена военных действий участках и улицах, Ганс Хуберман часто встречал людей, искавших своих выживших близких. Цепочка метафорических единиц в приведенной сцене передаёт отчаяние и безнадежность поисков тех, кто стал жертвой воздушных налётов. Так, автор с помощью коммуникативной функции метафоры рисует в сознании реципиента обстановку горечи и скорби, которая настигала многих мирных жителей во времена Второй мировой войны.

         Таким образом, вещественные метафоры в художественной литературе детально передают внутренний мир героев и их психологическую сферу. Помимо этого, через вещественные метафорические образы возможно подробно расписывать среду вокруг персонажей – природные явления, городские пейзажи и т. д. Каждый из перечисленных аспектов формирует представление читателя о художественной действительности и людях, чьи судьбы в ней отражены.

Витальные и мортальные метафоры, наравне с вещественными, могут быть направлены на объективизацию и эстетизацию художественного мира, а также на формирование восприятия некоторых героев произведения литературы. Так, например, благодаря витальным метафорам здания, улицы и неодушевлённые предметы могут наделяться семантикой живого – становиться полноценными элементами повествования, отражающими психологическое состояние общества определенного периода. При помощи мортальных метафор же, наоборот, в сознании читателей может формироваться негативный образ происходящего, вынуждающий их воспринимать тех или иных героев морально умерщвленными.

Когнитивные метафоры так же, как и вещественные, витальные и мортальные метафорические сравнения могут задействоваться для иллюстрации чувственных переживаний персонажей и настроений в обществе. При помощи когнитивных символических образов читатель глубже будет познавать переживания и трудности, с которыми сталкиваются персонажи во времена различных событий, а также перенимать точку зрения автора на описанные в произведении происшествия.

1. Будяев, Э. В. Становление когнитивной теории метафоры // Лингвокультурология. – 2007. – № 1. – С. 19 – 34.
2. Клюева, А. Н. Метафорическое употребление глаголов для выражения образности в рассказах Джона Апдайка // Язык и право: актуальные проблемы взаимодействия. – 2016. – № 6. – С. 86 – 91.
3. Кыштымова, Т. В. Понятие "языковая личность" в современной лингвистике // Вестник Южно-Уральского государственного гуманитарно-педагогического университета. – 2014. – № 6. – С. 237 – 244.
4. Лакофф, Д. Метафоры, которыми мы живем. – Москва: URSS, 2017. – 252 с.
5. Маслова, В. А. Когнитивный и коммуникативный аспекты художественного текста. – Витебск: ВГУ имени П. М. Машерова, 2014. – 104 с.
6. Радаева, Э. А. Тема Второй мировой войны в русской и зарубежной прозе: проблема преподавания современной зарубежной литературы в русле патриотического воспитания молодежи // Известия Самарского научного центра Российской академии наук. – 2022. – Т. 24, № 82. – С. 45 – 53.
7. Тошович, Б. Структура глагольной метафоры // Stylistika, Opole. – 1998. – № 7. – С. 221 – 251.
8. Цинковская, Ю. В. Виды художественных метафор в современной русской прозе // Ученые записки Забайкальского государственного университета. Серия: Филология, история, востоковедение. – 2010. – № 3. – С. 154 – 158.
9. Шатских, М. В. Специфика реализации авторских витальных метафор в романе Бориса Пастернака «Доктор Живаго» // Гуманитарные и юридические исследования. – 2020. – № 3. – С. 193 – 198.
10. Random House Kids. Interview with Markus Zusak, author of The Book Thief – [Электронный ресурс]. – 2009. – Режим доступа: https://www.youtube.com/watch?v=m7B8ioiZz7M (дата обращения: 24.12.2022).

Список источников
11. Zusak, M. The Book Thief. – UK: Penguin Random House, 2016. – 584 p.