Сравнительно-историческое, типологическое и сопоставительное языкознание | Филологический аспект №01 (105) Январь 2024

Языковая ситуация и развитие языковых отношений в Бельгии в историческом ракурсе

Марченко Юлия Михайловна
старший преподаватель кафедры «Теория и практика перевода», Севастопольский государственный университет, РФ, г. Севастополь, ciel_84@mail.ru

Аннотация: Работа посвящена изучению языковой ситуации в Бельгии в историческом ракурсе. Изучение языковых ситуаций является одной из актуальных задач социолингвистики, имеет большое практическое значение, позволяя раскрыть основы и характер языковой политики государства, оценить перспективность того или иного курса в отношении языка, прогнозировать тенденции языковой жизни страны. На территории европейского континента "языковая проблема" является достаточно важной, растет воздействие общественных институтов на функционирование, развитие и взаимодействие языков. Языковая ситуация в Бельгии в целом представляет несомненный интерес в плане выявления и анализа взаимосвязей типологически значимых социолингвистических характеристик, отражающих сложность и неоднозначность исторических взаимоотношений двух этносов – фламандцев и валлонов.
Ключевые слова: языковая ситуация, языковая политика, этнические группы, лингвистический кризис, исторический ракурс.

Marchenko Julia Mikhailovna
Senior Lecturer of Theory and Practice of Translation Department, Sevastopol State University, Russia, Sevastopol

Abstract: The work is devoted to the study of the linguistic situation in Belgium from a historical perspective. The study of language situations is one of the urgent tasks of sociolinguistics; it is of great practical importance, allowing us to reveal the foundations and nature of the state’s language policy, assess the prospects of a particular course in relation to language, and predict trends in the language life of the country. On the territory of the European continent, the “language problem” is quite important; the impact of public institutions on the functioning, development and interaction of languages is growing. The linguistic situation in Belgium as a whole is of undoubted interest in terms of identifying and analyzing the relationships between typologically significant sociolinguistic characteristics, reflecting the complexity and ambiguity of the historical relationships of the two ethnic groups - the Flemings and the Walloons.
Keywords: language situation, language policy, ethnic groups, linguistic crisis, historical perspective.

Понятие «языковая ситуация» применяется обычно к большим языковым сообществам – странам, регионам, республикам. Изучением этого вопроса занимались А.В. Аврорин, Э.Г. Туманян, Г.В. Степанов, Н.Б. Мечковская, А.Д. Швейцер, Л.П. Крысин, А.Д. Петренко, Д.М. Храбскова и многие другие лингвисты. Постоянно возрастающий научный интерес к изучению языковых ситуаций связан с пониманием того факта, что без подобных исследований трудно установить закономерности и тенденции развития сложных процессов языковой жизни современного общества, в котором языки всегда взаимосвязаны в рамках сложной коммуникативной системы, нередко дополняя и компенсируя друг друга, обеспечивая в своей функциональной дистрибуции все коммуникативные и экспрессивные потребности общества [4]. Цель данной работы заключается в изучении исторического развития языковой ситуации на территории Бельгии, связанной с противостоянием двух главных этнических групп – фламандцев и валлонов.

Для характеристики языковой ситуации определенного региона необходимо изучить его языковой и этнический состав. Согласно последнему, территории могут быть подразделены на гомогенные (встречающиеся в Европе достаточно редко в виду отсутствия строгих политических границ между многими государствами региона) и гетерогенные, объединяющие несколько этнических гомогенных языковых обществ. На территории Бельгии по этническому признаку объединены фламандское и французское языковые общества, а само государство является регионом с официальным фламандско-французским двуязычием.

Хотя Бельгия как самостоятельное государство образовалось в 1830г., го история уходит своими корнями в период Древнего Рима. В 57г. до н.э. Юлий Цезарь применил название «Галлия Белгика» для обозначения завоеванной им территории, расположенной между Северным морем и реками Ваал, Рейн, Марна и Сена, и населённой племенами кельтов. Римские завоеватели ввели в обращение среди белгов латинский язык. В связи с упадком Римской империи в 3–4 вв. земли белгов были захвачены германскими племенами франков. Франки заселили в основном север страны, положив начало лингвистическому разделению между группами населения германского и романского происхождения. Эта граница, простирающаяся от Кёльна до Булонь-сюр-Мер, сохранилась практически без изменений до наших дней. К северу от этой линии формировались фламандцы – народ, родственный по языку и культуре нидерландцам, а к югу – валлоны, близкие по происхождению и языку к французам.

После распада государства франков в 9 веке земли современной Бельгии были поделены между графствами Фландрия, герцогством Брабант и епископством Льеж. В 13–14 вв. земли находились под властью бургундских графов и их преемников Габсбургов, а в 16 в. перешли во владение испанской короны и католической церкви. С 1579 г. земли на территории современной Бельгии и Нидерландов разделились на две части. Северные провинции образовали Республику Соединенных Провинций и сражалась против Испании, Англии и Франции. Южные провинции признали испанского короля Филиппа II своим сувереном, но настаивали на внутренней политической автономии. Такой раздел территорий усилил политическое, религиозное, культурное и экономическое размежевание между севером и югом. Длительное время существовало языковое различие между северными провинциями, где говорили на нидерландском языке, и южными, где говорили по-французски. Однако политическая граница между Испанскими Нидерландами и Соединенными Провинциями проходила севернее лингвистической границы. Большая часть населения южных провинций Фландрии и Брабанта говорила по-фламандски, на диалекте нидерландского языка, который стал еще больше отличаться от нидерландского языка после политического, а следовательно, и культурного отделения.

В начале 18 в. упомянутые выше территории перешли под власть австрийских Габсбургов, но уже в августе 1789 г. население провинции Брабант восстало против австрийских властей, в результате в декабре 1789 г. от австрийцев была освобождена почти вся территория бельгийских провинций. В январе 1790 г. Национальный конгресс провозгласил создание независимого государства Соединенных Бельгийских Штатов. В октябре 1795 г. бельгийские провинции были включены в состав Франции. Так начался период 20-летнего французского господства. В 1815 г. все провинции исторических Нидерландов и Бельгии были объединены в Королевство Нидерландов. Официальным языком страны стал нидерландский, была введена строгая цензура и запрещено создание различного рода организаций и объединений.

25 августа 1830 г. начался ряд стихийных антиголландских выступлений в Брюсселе и Льеже, которые затем быстро распространились по всему югу. В 1831 г. Бельгия была объявлена европейскими державами «независимым и вечно нейтральным государством», а Нидерланды признали независимость и нейтралитет Бельгии только в 1839 г. На фоне экономического подъёма и промышленного развития в стране возник серьезный конфликт между валлонами и фламандцами. Требования фламандцев сводились к тому, чтобы французский и фламандский языки равным образом были признаны государственными. Во Фландрии возникло и развилось культурное движение, превозносившее фламандское прошлое и его славные исторические традиции. В 1898 г. был принят закон, подтверждавший принцип «двуязычия», после чего тексты законов, надписи на почтовых и гербовых марках, денежных банкнотах и монетах появлялись на двух языках. Упомянутый конфликт обострился в 20 в. и вылился в ожесточенную войну на лингвистической почве между фламандской и французской общинами, что привело к замене унитарного государства Бельгия на свободную федерацию трех регионов – Фландрии, Валлонии и района вокруг Брюсселя. Это разделение между валлонами и фламандцами стало самой тяжелой проблемой современной Бельгии. До Первой мировой войны доминирование французского языка отражало экономическое и политическое превосходство валлонов, которые контролировали как местные, так и национальные органы власти и главные партии. Но после 1920 г., особенно после Второй мировой войны, произошел ряд изменений, установивших равенство фламандского и французского языков и сделавших фламандский языком управления во Фландрии, что усилило позиции северян. Законы 1962 и 1963 г.г. установили точную лингвистическую границу, но вражда сохранилась, а региональная обособленность усилилась. Конституция Бельгии была изменена таким образом, чтобы обеспечить большую регионально-языковую автономию. В 1973 г. Фламандский совет по культуре принял решение именовать язык бельгийских фламандцев нидерландским, а не фламандским. К 1980 г. оба главных языка страны были фактически уравнены в правах.

При изучении языковой ситуации в Бельгии важно отметить, что после экономического и политического объединения Фландрии и Валлонии не произошла автоматическая идентичность населения этих двух регионов, которая могла бы лечь в основу крепкого единого государства. Одна из главных причин этого — отсутствие таких консолидирующих факторов, как общая культура и общий язык. И хотя единый язык не гарантирует абсолютной консолидации граждан того или иного государства, но он является условием объединения социальных низов против социальных верхов, а языковая разобщенность, наоборот, укрепляет силу власти. Сепаратизм фламандцев начинался с борьбы за язык, за языковую границу и уникальность, но постепенно стал перерастать в политический, который, в свою очередь, может привести к прекращению существования государства Бельгия.

Современная эпоха характеризуется взаимодействием языков, что является следствием стремительного развития международных отношений и расширением межкультурной коммуникации. Как отмечает Ю.А. Жлуктенко, «усиление внимания лингвистов к межъязыковым контактам является результатом общего расширения интересов сферы языкознания, касающихся отношений национальных языков внутри страны и отношения к влиянию иностранных языков и культур в этой стране» [1, с. 4]

На настоящий момент в Бельгии сложилась экзоглоссная языковая ситуация, характеризующаяся функционированием двух официально признанных и юридически равноправных языков.

На фламандском языке говорит около 5 млн. человек, в основном к северу от разделяющей Бельгию языковой границы, проходящей с востока на запад южнее Брюсселя, а также примерно 200 тыс. человек в департаменте Нор во Франции. Основное население фламандского региона составляют фламандцы, германский по происхождению народ с сильным галло-романским, а позднее собственно французским языковым и культурным влиянием. Фламандский язык относится к западногерманской группе и не отличался от нидерландского вплоть до 16 в., когда произошло разделение территорий Бельгии и Нидерландов. После этого фламандские диалекты стали использоваться, главным образом, в сфере устного общения, и развитие нидерландского языка в 17 и 18 вв. почти не оказало на них влияния. В лингвистике бельгийский вариант нидерландского языка нередко выделяют в особый «фламандский» язык. С 1973 г. по решению Фламандского совета по культуре официальным лингвонимом, используемым для обозначения нидерландского языка в Бельгии, является Nederlands (именно данный лингвоним используется и в тексте Конституции). Лингвоним фламандский язык (Vlaams / Flemish) используется для обозначения местных фламандских диалектов, распространенных на территории Фландрии (в западной части Бельгии), то есть его не используют для обозначения литературного нидерландского языка в Бельгии. В бельгийских школах изучается та же норма литературного нидерландского языка, что и в Нидерландах. Как население Фландрии, так и население Нидерландов считает, что литературный язык в обеих странах, несмотря на некоторые различия, един. Бельгийский вариант нидерландского тем не менее отличается от традиционного своеобразным произношением, а также особенностями в лексическом составе и правописании, что связано в основном с интерференцией французского языка (одного из трех государственных языков в Бельгии) [2, с. 233-262]. Вместе с тем словарь К.П. Паардекоопера описывает около 7000 исключительно «бельгийских» слов, не известных на Севере (в Нидерландах).

Франкоязычные районы страны традиционно объединяют под общим названием Валлония (валлон. Walonreye, фр. Wallonie, нидерл. Wallonië, нем. Wallonien) или Валлонский регион. Это пять южных провинций Бельгии, где наиболее распространённым является французский язык. Этимология слова ‘Валлония’ сходна со словом ‘Уэльс’. Оба этих топонима происходят от древнегерманского слова ‘walh’, что значит — чужак. Так германцы называли территории ‘чуждых’, то есть негерманских народов, говоривших на негерманских языках. Валлония с населением 3,29 млн (32,2%) является субъектом федерации наряду с Фламандским регионом и Брюссельским регионом, собственно население Брюсселя составляет около 80% франкофонов и 20% фламандцев. Кроме того, на территории Валлонии (в провинции Льеж) располагается немецкоязычное сообщество, где проживают 71300 человек, абсолютное большинство которых немецкоязычны [7].

Хотя официальным языком Валлонии является французский, в быту до сих пор используются шампанский диалект, лоренский, пикардский и валлонский языки. Самым распространённым из них является валлонский. Долгое время вышеперечисленные языки считались диалектами французского языка, однако вплоть до начала XX века данные диалекты доминировали в обществе, в то время как французский был языком высших классов (буржуазии). В 1990 году эти языки были признаны региональными. В настоящее время наблюдается возрождение интереса к этим языкам, особенно к валлонскому как наиболее распространённому. В некоторых школах валлонский преподаётся в качестве факультативного, иногда его можно услышать по радио, однако единственным официальным языком остаётся французский. Валлонский язык — язык романской группы, распространён также во Франции (в департаменте Арденны и различных деревнях в департаменте Нор) и в северо-восточной части американского штата Висконсин. Словарный запас языка на 90 % состоит из слов латинского происхождения, на 9 % — из германских слов и на 1 % — из кельтских слов, он имеет четыре диалекта, разработана его литературная норма. Носителей языка обычно называют валлонцами, однако этот термин относится также к жителям Валлонии, в связи с чем предпочтительнее употреблять термин ‘валлонофоны’ (валл. walon-cåzant), по аналогии с «франкофонами» [3]. Официального статуса валлонский язык не имеет, но в 1990 году он был признан местным языком. В настоящее время валлонским языком владеют около шестисот тысяч человек, хотя в начале XX века на валлонском говорило 90 % населения Валлонии (более четырёх миллионов человек). К настоящему времени валлонский практически полностью вытеснен французским, который имеет статус официального языка Бельгии, используется в образовании, прессе и всех сферах общественной жизни. Тем не менее, в последние годы в Валлонии наблюдается некоторое возрождение интереса к валлонскому языку [8].

Хотя единственным официальным языком всей Фландрии, равно как и её административно-территориальных составляющих, после 1963 года является фламандский язык, в нескольких муниципалитетах Брюссельской периферии, а также ряда приграничных с Валлонией округах допускается строго ограниченное употребление французского языка в оказании административных услуг франкоязычному населению и начальном образовании франкофонов. С 1966 г. за исполнением языкового законодательства следит специальная комиссия (Vaste Commissie voor Taaltoezicht), члены которой назначаются королем на срок 4 года. Законы, принятые в 1962-1963 гг., регламентируют использование языков в сфере начального и среднего образования, в частности раскрываются механизмы получения образования на родном языке гражданами, составляющими в языковом отношении меньшинство в пределах лингвистического региона.

Таким образом, законодательство Бельгии четко регулирует использование языков в официальной сфере внутри лингвистических регионов на основе концепции «лингвистического федерализма». На протяжении веков валлоно-фламандский конфликт носил мирный и демократический характер процесса реформирования и ни разу не переходил в «горячую» стадию. Конфликт сохранялся лишь на уровне взаимных претензий. Французский язык употреблялся повсеместно, став важным инструментом карьерного роста, в то время как фламандский терял своё значение, несмотря на то, что его считало родным около 60 % населения. Реформы проводились в духе демократических ценностей и прогрессивных идей. В то же время многочисленные предписания в целом не затрагивают сферу неофициального межличностного общения, где действует конституционное право свободы выбора языка. Однако «пограничная» область между официальным и неофициальным использованием языков остается постоянным источником конфликтных ситуаций. Так, например, в нескольких фламандских городах под Брюсселем местные власти запретили продавать землю и муниципальную недвижимость лицам, не владеющим фламандским языком [6].

На современном этапе развития Бельгии исследователи не отмечают стремления населения Фландрии к осознанию своей принадлежности к единой нации с единым историческим прошлым, что в свою очередь препятствует проникновению фламандского языка в неофициальную сферу общения. Популярные сегодня идеи приобретения Фландрией политической и экономической независимости подразумевают и лингвистическую независимость, направленную на создание литературной нормы, ориентированной на местные диалекты, а не на норму собственно нидерландского языка. Большинство фламандцев традиционно хорошо говорит по-французски, владеет и английским языком. В процессе эволюции Брюсселя как столицы Европейского союза все больше граждан из других европейских стран обосновываются в зеленой зоне вокруг Брюсселя. Эти люди в большинстве своем владеют в качестве второго языка английским или французским; по-нидерландски они обычно не говорят. Опасность «офранцуживания» при этом становится неизбежной, как считают некоторые фламандцы. Теперь эта опасность исходит и от институтов Европы. По той же причине фламандское правительство сопротивляется предоставлению права голоса гражданам Европейского союза (ЕС), так как предполагается, что они в основном будут голосовать за местные франкоязычные партии. Франкоязычными это противодействие рассматривается как проявление тоталитаризма. Основываясь на том же самом предположении, они выступают за предоставление права голоса гражданам ЕС, по крайней мере в зоне Брюсселя. Развитие Евросоюза и связанная с этим демографическая эволюция Брюссельской периферии заставляют фламандцев бояться также распространения влияния английского языка, этого универсального языка общения граждан Европейского союза [5].

1. Жлуктенко Ю.А. Лингвистические аспекты двуязычия / Ю.А. Жлуктенко. – Киев: Вища шк. – 1974. – 176 с.
2. Ле Пер-Зубкова Л.В. Языковая ситуация в Нидерландах и Бельгии: языковая политика без политиков? [Электронный ресурс]. – URL: Режим доступа: https://uploads.philology.by/logo/rnjv_netherlands.pdf (дата обращения: 11.01.2024)
3. Мир французского языка [Электронный ресурс]. – URL: Режим доступа: http://french-world.info/valony-i-flamandcy (дата обращения: 5.01.2024)
4. Петренко А.Д., Петренко Д А., Храбскова Д.М., Исаев Э.Ш. Актуальные проблемы языковой вариативности в аспекте мировой интеграции и глобализации. Симферополь: Феникс, 2018. – 273 с.
5. Рут ванн Дейк Регионализм, Федерализм и Права меньшинств в Бельгии [Электронный ресурс]. – URL:http://poli.vub.ac.be/publi/etni-3/ruthvandyck.htm (дата обращения: 10.12.2022)
6. Boon Ton den. Ik googel, jij googelt: Engelse werkwoorden in het Nederlands / Ton den Boon. – Druten: BnM Uitgevers – 2020. – 120 p.
7. Euro barometer survey. Europeans and their Languages // Euro barometer, Feb. 2021. [Электронный ресурс]. – URL:http//ec.europa.eu/public_opinion/archives/ebs/ebs_243_sum_en.pdf (дата обращения: 10.12.2023)
8. Mettewie L. & Van Mensel L. Entreprises bruxelloises et langues étrangères. Pratique et coût d’une main d’oeuvre ne maîtrisant pas les langues étrangères, Rapport de recherche de TIBEM, 2006 [Электронный ресурс]. – URL: www.briobrussel.be.(дата обращения: 16.02.2021)