Литература народов стран зарубежья | Филологический аспект №01 (117) Январь 2025

Эпитеты в романе Готфрида Страстбургского «Тристан»

Паневина Ирина Григорьевна
кандидат филологических наук, доцент, доцент кафедры иностранных языков, Военная Академия Связи им. С.М. Буденного, РФ, г. Санкт-Петербург, zarina_4@rambler.ru

Аннотация: Статья посвящена исследованию особенностей использования эпитетов в произведении немецкого средневекового автора Готфрида Страстбургского «Тристан» (начало 13 века). Согласно результатам проведенного анализа широкое употребление эпитетов является одной из характерных черт индивидуального стиля данного автора. Выявлены основные группы эпитетов, используемых в романе, проанализированы особенности их значения и стилистические функции в произведении. Количественный анализ позволил распределить обнаруженные эпитеты согласно их частотности и выделить излюбленные авторские эпитеты, особенно активно используемые для характеристики определенных персонажей произведения.
Ключевые слова: эпитет, средневековая немецкая литература, средневерхненемецкий язык, история немецкой литературы, художественная выразительность

Panevina Irina Grigoryevna
PhD in Philology, docent, associate professor of the Foreign languages department, St. Petersburg Military Academy of Telecommunications named after S.M. Budyonny, Russia, Saint-Petersburg

Abstract: The article is devoted to the study of the features of the use of epithets in the work of the German medieval author Gottfried of Strasbourg "Tristan" (early 13th century). According to the results of the analysis, the widespread use of epithets is one of the characteristic features of the individual style of this author. The main groups of epithets used in the novel are identified, the features of their meaning and stylistic functions in the work are analyzed. Quantitative analysis made it possible to distribute the discovered epithets according to their frequency and to highlight the author's favorite epithets, especially actively used to characterize certain characters of the work.
Keywords: epithet, medieval German literature, Middle High German, history of German literature, artistic expression

Цель настоящей статьи – изучить и проанализировать особенности использования эпитетов на материале произведения средневековой немецкой литературы «Тристан». Автором данного стихотворного романа, относящегося к началу XIII века, является средневековый поэт Готфрид Страстбургский.

Эпитеты неоднократно становились объектом изучения в трудах по лингвистике и литературоведению, однако особенности использования этого стилистического приема на материале более ранних исторических периодов, в частности на материале немецкого языка, изучено недостаточно, что обуславливает научную новизну настоящей работы.

Основными методами исследования является метод сплошной выборки, позволивший собрать лексический материал, а также дефиниционный анализ, количественный анализ и семантико-стилистический метод.

Эпитеты являются распространенным стилистическим приемом, одним из ведущих средств создания выразительности и воздействия в тексте, что обусловливается их изобразительными и оценочно-аксиологическими качествами [1, с. 99]. Они позволяют охарактеризовать различные предметы или явления с той или иной стороны. В эпитетах личность автора отражается эстетически и эмоционально. Они также важны для изучения исторического контекста произведения, так как каждый из этапов историко-литературного процесса (смена стилей и направлений) нашел свое отражение в эпитете [2, с. 137].

На сегодняшний день существуют два основных подхода к этому явлению: эпитеты рассматриваются либо в узком, либо в широком смысле. В узком смысле под эпитетом понимаются переносно употребленные, образные определения, которые обычно характеризуются как красочные. Из этого можно сделать вывод, что понимание эпитета в узком смысле сводится к ограничению его принадлежности к прилагательному как отдельной части речи. В широком смысле под эпитетом понимается всякое определение (не обязательно прилагательное), выделяющее в объекте определенный признак [3, с. 185].

В настоящей работе принимается определение И. Р. Гальперина, который определил эпитет как «выразительное средство, основанное на выделении качества, признака описываемого явления, которое оформляется в виде атрибутивных слов или словосочетаний, характеризующих данное явление с точки зрения индивидуального восприятия этого явления» [4, с. 137].

Большинство писателей прибегают к широкому использованию эпитета в своих произведениях с целью усилить выразительность изображаемых ими в тексте объектов и персонажей, наиболее красочно показать их основные признаки и характеристики. Именно с помощью эпитетов в тексте автор передает свою собственную эмоциональную оценку предмету, факту, явлению, персонажам, их действиям. Также эпитеты применяются писателями для усиления образности языка художественного произведения, что позволяет отличать индивидуально-авторский стиль одного писателя от другого [5, с. 36-37].

Поскольку использование эпитетов тесно связано с условиями конкретной исторической эпохи, представляется интересным рассмотреть данный стилистический прием на материале более отдаленных периодов развития художественной литературы, у истоков ее становления, проанализировав процессы трансформации средств художественной выразительности на примере стиля конкретного средневекового автора [6, с. 1104].

Стихотворный роман «Тристан» Готфрида Страстбургского, написанный, предположительно в 1205-1210 годах (и так и не законченный самим автором), по праву считается одним из шедевров немецкой средневековой литературы. Автор романа был выходцем из бюргерской среды, не имел знатного рыцарского происхождения, зато был человеком образованным и для своего времени весьма эрудированным, вероятно получил хорошее монашеское или университетское образование, имел широкий кругозор и блестяще разбирался в современной ему французской куртуазной литературе. Произведение Готфрида Страстбургского, по сути, представляет собой свободный перевод одноимённой поэмы англо-норманского трувера Томаса Британского, написанного на французском языке ок. 1170 г. Роман повествует о трагической запретной любви молодого Тристана и прекрасной Изольды, которой судьба уготовила стать женой его дяди – короля Марка [7, с. 25-26].

В отношении сюжета немецкий автор добавил совсем немного. Он тщательно проработал психологические мотивы героев произведения, ввел многочисленные лирические диалоги и монологи, детальные описания природы, богатой придворной обстановки и быта. Однако в отношении формы языкового изложения Готфрид Страстбургский сумел добиться совершенства поэтического текста и во многом превзошел своих великих учителей: Генриха фон Фельдеке, Гартмана фон Ауэ, Вольфрама фон Эшенбаха. По сравнению с первоисточником его текст более проработан в языковом отношении, стиль более совершенен и утончен [7, с. 26].

Как отмечала советская исследовательница куртуазной литературы Р. О. Шор, «музыкальность и лёгкость стиха, достигаемая чередованием трохеев и ямбов и правильным заполнением такта; уничтожение монотонности двустиший с прямой рифмой введением четверостиший, богатство рифм (во всем «Тристане» встречаются только три неточных рифмы); частое применение игры слов, омонимической рифмы, акростиха; отсутствие архаических форм; введение в немецкую речь французских слов и даже целых стихов; наконец склонность к метафорам и антитезам, подчёркиваемым повторением, всё это характеризует Готфрида Страсбургского как одного из величайших мастеров куртуазного стиля» [11, с. 763].

Готфрид Страстбургский отходит от свойственного его предшественникам восхваления морали рыцарского общества и воспевает свободную, естественную любовь, не скованную нормами феодального общества, возвеличивает земные радости, чувственное великолепие земного мира [8, с. 195].

Немаловажную роль в создании его собственного, уникального авторского стиля играет мастерское применение стилистических средств, в том числе, эпитетов. Эпитеты являются тем благодатным материалом, где поэт и переводчик может проявить свое мастерство, языковое чутье, продемонстрировать свою индивидуальность, показать свое собственное отношение к персонажам и описываемым событиям.

Необходимо отметить, что выбор эпитетов у средневековых авторов, и в частности у Готфрида, значительно отличался от тех, что использовали поэты древневерхненемецкого периода. Сами поэтические приемы стали другими, они изменились вместе с мировоззрением людей. Средневековые поэты намного более образованы в культурном плане, их гораздо больше интересуют психологические проблемы, чувства и эмоции людей. На них очень большое влияние оказала французская литературная традиция, где впервые сформировался жанр куртуазного романа, характерной особенностью которого является, во-первых, изображение явлений рыцарской жизни: турниров, сражений, приключений рыцарей, а во-вторых, изображение душевных переживаний героев [10, с. 3].

Проведенный анализ эпитетов в романе Готфрида Страстбургского позволяет утверждать, что автор редко использует конкретные прилагательные в прямом значении; в исследуемом произведении преобладают яркие, оценочные эпитеты в переносном, метафорическом значении. Очень четко это прослеживается на примере группы прилагательных, описывающих размер, вес, пространственные характеристики и т.п. Они являются весьма распространенными, так, прилагательное (наречие) michel (большой; много) используется в произведении 92 раза, grôz (большой) – 85 раз, однако крайне редко прилагательные данной группы используются для определения конкретных предметов, гораздо чаще – для описания душевных переживаний. Периодически в произведении, конечно, можно встретить упоминания о большом драконе (grôzer trachen), о большом и крепком копье (grôzer und vester sper), высокой скале (hôher vels), тяжелом олене (swaerer hirz), большом войске (michel her), однако такие случаи относительно редки. Гораздо чаще Готфрид пишет о большой (великой) чести (grôze / michel ere), счастье (grôze saelde), горе (grôzer jamer), страхе (michel angest), приподнятом или тяжелом (грустном) настроении (hoher muot, swaerer muot) и т.д. Так, выражения grôziu nôt и michel nôt (большое горе, нужда) встречаются по 8 раз. Прилагательное swaere (тяжелый) встречается в Тристане 24 раза и из них лишь один раз для определения конкретного предмета. Один раз зафиксировано однокоренное сложное прилагательное с семантикой сравнения, также употребленное в метафорическом значении, (при описании состояния молодых людей, страдающих от несчастной любви): diu bercswaere bürde / очень тяжелый груз (тяжелый как гора) [12, с. 17840].

Количественный анализ позволяет выделить группу излюбленных эпитетов, которые Готфрид Страстбургский использует в своем романе особенно часто. Так, guot (хороший) используется 220 раз, schoene (красивый, прекрасный) 187 раз, süeze (сладкий, милый, приятный; приветливый) 115 раз, liep (милый, приятный, дорогой, любимый) 106 раз, saelec (хороший, благословенный, счастливый) 79 раз. Следует отметить, что прилагательные с теми же значениями используются и во французском тексте оригинала, однако их количество намного меньше, чем у немецкоязычного автора «Тристана». Для Готфрида его любимые эпитеты стали своеобразной визитной карточкой, признаком фирменного стиля поэта, для которого особое значение имеет не простое описание объектов, а именно описание чувств [10, с. 34].

Schoene (красивый, прекрасный) является любимым женским эпитетом поэта. 54 раза он используется для характеристики Изольды Белокурой. Часто может использоваться как часть обращения: Nein schoene Isot…/ Нет, прекрасная Изольда… [12, с. 11593]. (Здесь и далее перевод отрывков романа выполнен автором статьи). Женщины обобщенно называются автором: manec ander schoeniu vrouwe / много других красивых женщин [12, с. 644]. Этот эпитет применяется и по отношению к некоторым мужским персонажам, помимо этого, к частям тела, предметам, звукам, качествам и поведению людей.

Еще одним излюбленным эпитетом Готфрида является прилагательное süeze (сладкий, милый, приятный, прелестный). Очень часто он применяется по отношению к женщинам, как в авторском повествовании: diu süeze maget / милая девушка [12, с. 9273]; diu süeze künegin / милая королева [12, с. 812], так и в прямой речи персонажей, часто в обращениях: süeziu tohter / милая дочь [12, с. 1030], (так называет королева-мать Изольду). Данная лексема фактически становится формой вежливого обращения к особе женского пола. Очень часто этот эпитет характеризует звуки музыки: das süeze vogelgedoene / приятное птичье пение [12, с. 574], ir süezes singen / их приятное пение [12, с. 8121], природу: diu süeze linde / прелестная липа [12, с. 17178], diu süeze boumbluot / прелестное цветение деревьев [12, с. 567].

Данный эпитет нередко входит в конструкции, основанные на игре слов (с использованием оксюморона): Süeze sûr / сладостная горечь [12, с. 60], mit süezem smerzen / со сладкой болью [12, с. 1073].

Прилагательное lieb (милый, приятный, дорогой, любимый) часто используется в обращениях: liebe vrouwe / милая госпожа [12, с. 1227], lieber meister / дорогой учитель [12, с. 2823], иногда сопровождаясь усилительным наречием: vil liebez kint / милейшее дитя [12, с. 2688].

Как и другие свои излюбленные эпитеты Готфрид использует данное прилагательное «избыточно», в конструкциях, основанных на явлении языковой игры: sô was im ie sîn liebez wîp // lieb unde lieber dan sîn lîp / так что его любимая женщина была всегда ему мила, милее чем его собственная жизнь [12, с. 16529].

Довольно расплывчато значение прилагательного saelec (хороший, благословенный, счастливый, приносящий благословение). Иногда оно означает у автора «счастливый», часто «благословенный». Иногда его значение вообще трудноопределимо, автор использует этот эпитет как будто лишь затем, чтобы выразить свою симпатию и благосклонность к персонажу. Очень часто данная лексема используется в обращениях, особенно по отношению к женщинам. Так, Тристан обращается к Изольде словами: saeligiu vrouwe / милостивая госпожа [12, с. 14797]; король Марк называет ее: saeligiu künegin / милостивая королева [12, с. 15015].

К излюбленным эпитетам Готфрида относится и прилагательное wunderlîch (чудесный, удивительный) (26 случаев употребления), используемое с положительным, одобрительным оттенком. Автор не упускает возможность и с этим прилагательным образовать конструкцию, включающую игру слов: ze wunderlîchem wunder / к невероятному удивлению [12, с. 5283].

К излюбленным эпитетам Готфрида относится прилагательное lieht (светлый, сияющий), встречающееся в тексте 36 раз, из них 8 раз как постоянный эпитет для Изольды, один раз в метафорическом именовании: Isôt diu liehte sunne / Изольда – светлое солнце [12, с. 9460]. Оно применяется как по отношению к другим женщинам, так и для описания объектов, очарование которых автор хочет подчеркнуть: к цветам, глазам, щекам. Один раз зафиксировано сложное прилагательное с семантикой сравнения: spiegelliehten ougen / сверкающие (как зеркало) глаза [12, с. 11970].

К другим эпитетам, использующимся в переносном значении для обозначения чистоты, можно причислить следующие: lûter / lûterlîch (светлый, чистый), durchlûter (прозрачный, чистейший), durhsichtec (прозрачный), clâr (ясный (в основном о глазах)), hel (ясный, чистый (о звуках)). Reine (чистый, целомудренный) используется 31 раз, в подавляющем большинстве случаев в переносном значении, часто для характеристики женщин: sîn reinez wîp / его чистая жена [12, с. 14932], также по отношению к любви, верности.

Junc (молодой) является любимым эпитетом по отношению к Тристану (6 раз) и Изольде (15 раз), призванным подчеркнуть очарование и притягательность молодости.

Распространенным эпитетом в романе является прилагательное wîse (мудрый), встречающееся в тексте 46 раз, 20 из них в качестве устойчивого эпитета по отношению ко второй Изольде – Белорукой, ставшей женой Тристана. Часто так называется Брангена, которая является любимым персонажем автора. Сама Изольда Белокурая называется так лишь два раза, в выражении diu wîse, diu guote / мудрая, добрая, которое практически становится формальным определением, не несущим большой смысловой нагрузки. Ни разу так не обозначается муж Изольды – Марк, поскольку это шло бы вразрез с его ролью обманутого супруга. Интересно, что этот эпитет нередко употребляется по отношению к сердцу, т.к. сердце в средневековой литературе рассматривается как вместилище разума, а следовательно, и мудрости.

Прилагательное kleine (маленький) встречается 45 раз. Этот эпитет очень нравится поэту, он любит описывать маленькие изящные предметы: ein kleinez hellez hornelîn / маленький, звонкий рожок [12, с. 3202], kleine steine / маленькие камушки [12, с. 10972], bracke schoene unde kleine / кораблик красивый и маленький (о корабле Тристана) [12, с. 16652].

Übel (плохой, злой) и boese (злой) встречаются редко, Готфрид не любит уделять внимание отрицательным качествам характера. Зато автору очень нравится описывать душевное благородство персонажей, верность и преданность. Так, прилагательное edel (благородный; великолепный) зафиксировано 63 раза, 18 из них в устойчивом для Готфрида сочетании edelez herze (благородное сердце). Встречая в романе выражения edeler künec / edele künegin (благородный король / королева), читатель может быть уверен, что видит дословный перевод из французского первоисточника, при обозначении автором одежды edele wat (великолепное одеяние), очевидно влияние народного эпоса. Однако, когда Тристан и Изольда именуются автором как edele senedaere / благородные страдальцы [12, с. 126], можно не сомневаться, что перед нами индивидуальный, авторский эпитет Готфрида Страстбургского [10, с. 16].

В романе лишь один раз встречается типичный для эпических произведений эпитет küene (смелый), редко встречается также распространенный в литературных произведениях прежнего времени эпитет stolz (гордый). Эти качества, как и физическая красота, и сила менее важны для автора, чем блестящая образованность или богатый духовный мир. Возможно, он просто считает их естественными для человека благородного сословия и хочет уделить больше внимания другим, не столь распространенным в средневековой литературе эпитетам. Превыше физической силы и безрассудной отваги автор ценит в своих героях мудрость, способность к наукам, красноречие.

Описание внешности героев романа дается нечасто. Обычно автор приводит короткую общую характеристику персонажа и переходит к очень подробному описанию одежды. Эпитеты для характеристики внешней красоты, внешности часто оказываются заимствованными из первоисточника (так, Изольда называется diu blunde (белокурая), епископ der grîse (седой)). Из 117 эпитетов, использующихся для характеристики Тристана, только 19 относятся к описанию внешности. Конкретные эпитеты (например, ein starker jüngelinc / сильный юноша [12, с. 3918], ein wol gewahsen man / рослый мужчина [12, с. 4399]) встречаются лишь пару раз, в то время как выражения der hövesche Tristan (галантный / образованный / воспитанный) употребляются многократно [12, с. 2791, 2285, 2866]. Таким образом, мы можем увидеть, насколько важен для Готфрида Страстбургского именно духовный мир персонажей, описание их моральных качеств, чувств и оттенков переживаний.

Если автор все же решает уделить внимание внешнему виду персонажей, он отдает предпочтение причастиям. Так, описание странников, которых встречает Тристан, дается исключительно с помощью причастий: getaget unde gejâret, // gebartet unde gehâret / в преклонных летах, пожилые, обросшие, с бородами [12, с. 2622]. У самого Тристана кудрявые волосы (gekrûspet [12, с. 3335]), его руки хорошо сложены (wol gestellet [12, с. 3337]).

Средневековый автор также не слишком стремится дать объективное описание исторических событий, турниров, сражений, природы. Так, описывая цветение деревьев или пение соловья, он делает это не с помощью конкретных образов, а через изображение эмоций и чувств, которые эти природные явления вызывают в человеческом сердце: diu saelige nahtegal, // daz liebe süeze vogelîn, // daz iemer süeze müeze sîn, // daz kallete zu der blüete // mit solcher übermüete, // daz dâ manc edele herze van // vröudʼ unde hôhen muot gewan / благословенный соловей // милая, прелестная птичка, // которая, должно быть, всегда прелестна, // пел из цветов // с таким воодушевлением, // что много благородных сердец // испытали радость и восторг [12, с. 580].

Особую группу эпитетов представляют цветовые эпитеты. Цвет в жизни каждого народа играет важную роль, получая символическое значение, выражая «субъективное мировидение»; цветовые эпитеты образуют специфическую группу колоративной лексики. Эпитеты-цветономинанты, по мнению Т. М. Фадеевой, отражают национальный менталитет и представляют «интеллектуальную или эмоциональную авторскую оценку» [9, с. 45].

Цветовые эпитеты встречаются в исследуемом романе нередко для того, чтобы показать внешнее проявление каких-либо душевных переживаний. Из эпитетов данной группы чаще всего встречается rôt (красный) (16 случаев употребления), как по отношению к предметам, так и для выражения чувств.

Так, когда Изольда узнает в Тристане убийцу дяди, она то краснеет, то бледнеет от гнева: Ir varwe diu wart beide // von zorne und von leide // tôtbleich und iesâ viuwerrôt / От гнева и горя // она то бледнела как смерть, то пламенела как огонь [12, с. 10094]. Когда Бланшефлор видит тяжело раненного Ривалина она также становится бледной: Ir rôsevarwer munt wart bleich / Ее красные как роза уста побледнели [12, с. 1296]. Влюбившись друг в друга, Тристан и Изольда то краснеют, то бледнеют: Si wehselten genôte // bleich wider rôte / Они попеременно то бледнели, то краснели [12, с. 11918]. В примерах очевидна склонность автора к использованию противопоставлений, которая особенно четко прослеживается при описании им душевных переживаний.

Grüene (зеленый) встречается в основном при описании растительности: daz grüene gras / зеленая трава [12, с. 587], grüener danne klê / зеленее чем клевер [12, с. 15830]. Любимым является эпитет, передающий интенсивность ingrüene (ярко зеленый): ingrüenez gras (ярко зеленая трава) [12, с. 2547], ingrüenez lindenblat (ярко зеленый лист липы) [12, с. 4912]. Gel (желтый) и blâ (синий) встречаются только в случаях, заимствованных из первоисточника, неоднократно используется прилагательное brûn (коричневый). Blunt (белокурый) используется по отношению к Изольде как ее устойчивый эпитет, описывающий внешность (ma blunde Isôt / моя белокурая Изольда [12, с. 9170]. Считается, что это слово вошло в немецкий язык именно благодаря Готфриду Страстбургскому [10, с. 26].

Schwarz (черный) используется редко, чаще прилагательное wîz (белый), которое относится не только к цвету, но и к сиянию. Данное прилагательное встречается в сравнительных оборотах wîzer danne snê (белее снега) [12, с. 15829]; входит в качестве одного из компонентов в сложные прилагательные с семантикой сравнения: snêwîz (снежно-белый) [12, с. 664], silberwîz (серебристо-белый) [12, с. 6612]. Вторая Изольда, ставшая женой Тристана, именуется Белорукой: diu wîzgehande [12, с. 19388]. С таким же значением используется прилагательное blanc (белый), часто именно по отношению к рукам. Однократно отмечено сложное прилагательное с семантикой сравнения harmblanc (белый как горностай) [12, с. 8070] для описания красивых рук.

Несмотря на ярко выраженную индивидуальность стиля, Готфриду Страстбургскому не удается избежать клишированных, формализованных выражений, в которых употребление эпитетов является типичным для средневековой литературы. Так, прилагательное wilde (дикий, бурный) чаще всего используется в устоявшихся выражениях с существительными sê (море), ünde (поток), walt (лес). То, что эти языковые структуры стали клише, подтверждает следующие пример: Si nam daz leide veige vaz // si truog ez dannen und warf daz // in den tobenden wilden sê / Она взяла проклятый сосуд // и отнесла его и бросила // в бушующее бурное море [12, с. 11697]. Во время данной сцены судно стоит в тихой гавани, однако море все равно обозначается автором с помощью эпитета «бурное».

Для стиля Готфрида Страстбургского характерным является широкое использование таких приемов, как игра слов (в частности основанная на явлении аллитерации) и избыточное употребление эпитетов. Исследователи склонны объяснять пристрастие средневекового автора к этим приемам свойственной ему музыкальностью [10, с. 49].

Избыточное употребление эпитетов характерно для описания любимых персонажей Готфрида. Крайне редко данный прием используется при описании чего-то негативного и несимпатичного автору. Так, жена Руаля Флорета, ставшая приемной матерью Тристану, неоднократно получает характеристику с помощью данного приема: diu guote, diu staete, // diu reine Floraete … / добрая, верная, чистая Флорета [12, с. 1902]; diu hövesche, diu guote // diu guote gemuote // diu werdeste, diu beste … / воспитанная, хорошая, добрая, достойнейшая, лучшая … [12, с. 5235].

О матери Тристана Бланшефлор: sîn Blanscheflûr, diu reine, // diu hövesche, diu guote, diu mit durnähtem muote … / его Бланшефлор, чистая, воспитанная, добрая, безупречная … [12, с. 1164].

О Брангене: die höveschen sî nâmen, // die getriuwen, die werden … / они схватили воспитанную, верную, достойную … [12, с. 12776].

Этот прием был, по всей видимости, заимствован Готфридом у своего учителя – Гартмана фон Ауэ, однако Гартман использует его намного реже и в основном использует существительные, а не прилагательные [10, с. 47].

Очень многие эпитеты Готфрида Страстбургского основаны на игре слов. Можно выделить следующие структурные типы игры слов:

1. Повторение одного и того же слова несколько раз с тем же значением: rîch unde rôt des küneges golt // des boten solt rôt unde rîch / богатое и красное золото короля // золото посланника также красное и богатое (о дарах Тристана во время сватовства Изольды) [12, с. 8893].
2. Употребление однокоренных слов: klägelichez klagen / жалобные причитания [12, с. 1225]; saeldʼ unde saeleclîchez leben / счастье и счастливую жизнь [12, с. 1700]; trûrec unde trûresam / грустный и печальный [12, с. 13429]; freislîch unde freissam / страшный и ужасный [12, с. 13519]; vrô unde sere vröudehaft / радостный и очень веселый [12, с. 586]; vrô unde vröudebaere / веселый и приносящий радость [12, с. 16387]; vrôlich unde vrô / радостный и веселый [12, с. 14367].
3. Игра слов, основанная на омонимии: sô giengen sî zer linden // nâch den linden winden / так пошли они к липе / за мягкими ветрами [12, с. 17173].
4. Игра слов, в основе которой лежит оксюморон: ir süeze sûr, ir liebez leit, // ir herzeliep, ir senede nôt, // ir liebez leben, ir leiden tôt, // ir lieben tôt, ir leidez leben / их сладкая горечь, их блаженное страдание // их сердечное счастье, их любовное томление, // их блаженная жизнь, их мучительная смерть, // их блаженная смерть, их мучительная жизнь [12, с. 60].

Во многих случаях в основе игры слов лежит аллитерация, с помощью которой автору удается добиться особого звучания своих стихотворных строф.

Известный российский филолог-исследователь средневековых романов Е.М. Мелетинский трактует игру Г. Страстбургского сходно звучащими, но антонимичными понятиями: «сладкий/кислый» (süß/sauer), «любовь/страдание» (lieb/leid) как один из способов поставить под сомнение общепринятые ценности куртуазного общества, показав их раздвоенность, двусмысленность, дав, таким образом, новую трактовку любви между мужчиной и женщиной. Именно Тристан и Изольда для Готфрида — носители подлинной верности (triuwe), их любовь, преступная по нормам средневекового общества, представляется в романе как высший идеал [8, с. 202].

Таким образом, мы можем прийти к следующим выводам:

Немецкоязычная версия «Тристана», выполненная Готфридом Страстбургским в начале XIII века, является, по сути, переводным произведением, однако средневековому автору удалось вложить в роман весь свой талант, свою индивидуальность и добиться неповторимой языковой выразительности, сделав значительный шаг вперед на пути развития немецкого литературного языка и немецкой национальной литературы. Все это позволяет рассматривать «Тристан» как нечто большее, чем просто перевод французскоязычного первоисточника, и немаловажную роль здесь играют именно эпитеты.

Характерными признаками авторского стиля Г. Страстбургского является детальное описание внутреннего мира персонажей. Выбор эпитетов также направлен на раскрытие образов, качеств характера личности (прежде всего, положительных). Автор предпочитает использовать яркие, метафорические эпитеты, употребляя прилагательные в переносном значении. Количественный анализ позволяет установить наличие излюбленных эпитетов, многократно применяемых автором в произведении, при этом нередко по отношению к конкретному персонажу применяется определенный, свойственный только ему набор эпитетов.

Тот факт, что эпитет является одним из любимых языковых средств Г. Страстбургского для характеристики персонажей, доказывают многочисленные случаи избыточного использования таких прилагательных, их «нагромождение», особенно по отношению к персонажам, вызывающим его наибольшую симпатию. Индивидуальной чертой стиля Г. Страстбургского является также широкое использование игры слов, аллитерации.

Несмотря на большой шаг вперед по сравнению с предшественниками, средневековому поэту еще не удается избежать клишированности и довольно частого использования стереотипных, устойчивых эпитетов, что является характерным признаком всей немецкой средневековой литературы данного периода.

1. Митичева В.А. Эпитеты в системе средств характеристики душевного состояния героев в романе И.С. Тургенева «Дым» // Ceteris Paribus. 2023. № 5. С. 98-101.
2. Боровкова Е.Р. Лингвостилистические особенности эпитета в англоязычной и русскоязычной сказках // Международный научно-исследовательский журнал. 2022. № 2-3 (116). С. 136-140.
3. Щелок Т. И. Эпитеты в рассказе «Der große Wildenberg» Зигфрида Ленца / Т. И. Щелок // Научный диалог. 2021. № 4. С. 181-196.
4. Гальперин И. Р. Очерки по стилистике английского языка. М.: Либроком, 2016. – 376 c.
5. Кузема Т.Б. Анализ использования функциональной значимости эпитетов в произведениях Кэтрин Мэнсфилд // E-Scio. 2020. № 11 (50). С. 35-41.
6. Васильева С.Э., Никитинская Л.В. Эпитет как средство выразительности в древнеанглийском тексте // Вестник науки. 2024. № 6 (75). С. 1103-1111.
7. Михайлов А.Д. Роман и повесть высокого средневековья // Средневековый роман и повесть. М.: Художественная литература, 1974. – 640 с.
8. Мелетинский Е.М. Средневековый роман. Происхождение и классические формы. М.: Наука, 1983. – 304 с.
9. Фадеева Т. М. Семантическое своеобразие колоративных сложных эпитетов // Вестник Московского государственного областного университета. Серия: Русская филология. 2011. № 5. С. 40-45.
10. Pope P. Die Anwendung der Epitheta im Tristan Gottfrieds von Strassburg. Halle, 1908. – 80 S.

Список источников
11. Шор Р. Куртуазная литература // Литературная энциклопедия: В 11 т. Т.5 М: Изд-во Ком. Акад., 1931 – С. 757-771.
12. Straßburg G. von. Tristan [Электронный ресурс]. URL: http://www.hs-augsburg.de/~harsch/germanica/Chronologie/13Jh/Gottfried/got_tr00.html (дата обращения: 08.12.2024).