Прикладная и математическая лингвистика | Филологический аспект №04 (132) Апрель 2026

Деонтическая модальность в поучающем дискурсе

Деминская Ольга Николаевна
канд.соц.наук, доцент кафедры «Социально-философские и политические науки», ФГАОУ ВО «Севастопольский государственный университет», РФ, г. Севастополь, ondeminskaya@mail.sevsu.ru
Шутова Ольга Александровна
канд.филол.наук, доцент кафедры «Теория и практика перевода и зарубежная филология», ФГАОУ ВО «Севастопольский государственный университет», РФ, г. Севастополь, OAShutova@sevsu.ru

Аннотация: В статье исследуется деонтическая модальность и степень проявления основных ее значений в поучающем дискурсе. Рассматривается идентифицирующий компонент поля деонтической модальности авторитет в поучающем дискурсе. Дана характеристика коммуникативных особенностей поучающего дискурса, описаны тексты с элементами поучения, позиции адресата и адресанта, охарактеризованы коммуникативные стратегии: информационно-аргументирующая, манипулятивно-консолидирующая, экспрессивно-апеллятивная и контрольно-оценочная, которые реализуются в поучающем дискурсе посредством использования коммуникативно-речевых тактик на уровне тактических ходов в нарративной или диалоговой формах.
Ключевые слова: деонтическая модальность, поучающий дискурс, авторитет, воля, адресат, адресант, коммуникативные стратегии.

Deminskaya Olga Nilolaevna
Cand. Sci. (Sociology), assistant professor of Socio-philosophical and political sciences, Russia, Sevastopol
Shutova Olga Aleksandrovna
Cand. Sci. (Phylologi), assistant professor of Theory and practice of translation and foreign philology, FSAEI HE “Sevastopol State University”, Russia, Sevastopol

Abstract: The article examines the deontic modality and the degree of manifestation of its main meanings in teaching discourse. The author considers the identifying component of the field of deontic modality, authority in teaching discourse. The article describes the communicative features of teaching discourse, describes texts with elements of teaching, the positions of the addressee and addressee, and describes communicative strategies: informational-argumentative, manipulative-consolidating, expressive-appellative, and control-evaluative, which are implemented in teaching discourse through the use of communicative-speech tactics at the level of tactical moves in narrative or dialogical forms.
Keywords: deontic modality, teaching discourse, authority, will, addressee, addressee, communication strategies.

Деонтическая модальность активно изучается в современной лингвистике (А.В. Бондарко, Е.И. Беляева, С.С. Ваулина, И.А. Демидова, С.Я. Гехтляр, А.В. Зеленщиков, Л.В. Колобкова, О.Л. Кочеткова, И.А. Островерхая, Н.Ю. Павловская, О.Г. Почепцов, И.Р. Федоров, Н.Б. Шершнева и др.), однако применительно к поучающему дискурсу она практически не рассматривалась, чем и определяется актуальность данной работы.

Цель данного исследования — охарактеризовать особенности деонтической модальности в поучаюшем дискурсе. Задачи нашей работы: описать коммуникативные особенности поучающего дискурса, дать характеристику деонтической модальности, выявить степень проявления основных значений деонтической модальности в поучающем дискурсе, рассмотреть идентифицирующий компонент поля «авторитет» в данном типе дискурса.

Главной задачей поучающего дискурса является трансляция культурного и духовного опыта и передача его последующим поколениям [1, с. 58]. В зависимости от того, становится ли эта задача действительно определяющей в бытовании произведения или же речь идет о некой его побочной функции, В.В. Ученова и С.А. Шомова разделяют такого рода тексты на собственно учебные, специальные или же неспециальные, но включающие в себя весомый элемент поучения, несущие зримую педагогическую нагрузку [1, с. 58]. К таким текстам они относят:

• • тексты, относящиеся к религиозным ответвлениям религиозно-нравственной дидактики (поучения), играющие существенную роль во всех культурах;
  • тексты сакрального и эзотерического характера, которые в традиционных культурах служат не только для хранения знаний и опыта, но и для духовного воспроизводства личности учителя;
  • фольклорную дидактику;
  • специальные тексты нехудожественного характера, трактующие различные сведения из разнообразных отраслей знания;
  • морально-этические трактаты, обладающие поучающим свойством;
  • тексты, выступающие в качестве дополнений к разнообразной литературе (от античного комментария к классическому произведению «дополнительно-разъяснительных» жанров задачника или пособия по изучению Библии);
  • различные типы учебников и учебных пособий [1, с. 58-59].

Поучающий дискурс включает в себя не только (и даже может быть не столько) обучение определенным знаниям, умениям и навыкам, сколько просвещение в самом широком смысле этого слова: пропаганду и распространение культуры (духовной, нравственной, социальной и т. д.), соответствующей идеалам своего времени. Речь идет о куда большем, чем обыкновенная грамотность, — это формирование «образа» личности, самостроительство и самоопределение человека в окружающем его мире [2]. Такой дискурс интерпретируется нами как типичная, имеющая диалогическую природу форма организации разговорного текста, основными интенциями которого являются совет, наставление, поучение, нравоучение и подобные. Он характеризует связь общественного и индивидуального, опыта и знаний с эмоциональностью и абстрактностью, четкой спланированностью, спонтанностью и креативностью. Цель поучающего дискурса — воспитание в процессе общения, а также воздействие на познавательную, эмотивную и мотивационную сферы адресата [3].

Адресантом может быть тот, кто выше по социальному статусу, мудрее, опытнее: руководитель, наставник, т. е. «учитель». Это человек, который осознает свою потребность (как желание или необходимость) в создании назидательного текста (исполнитель некоторой конвенциональной роли, носитель возрастного и т. п. статуса), стремится донести до адресата социально значимые нормы поведения в той или иной ситуации. Из этого следует, что продуцент поучающего текста ‑ автор, «хозяин», тот, кому есть что сказать (потому что он личность и профессионал), и тот, кто умеет это сделать (потому что он обладает профессиональной компетентностью).

В процессе поучающего вербального взаимодействия адресант, как правило, реализует четыре коммуникативных стратегии: информационно-аргументирующую, манипулятивно-консолидирующую, экспрессивно-апеллятивную и контрольно-оценочную, которые реализуются посредством использования коммуникативно-речевых тактик на уровне тактических ходов в нарративной или диалоговой форме [4, с. 266].

Информационно-аргументирующая стратегия направлена на усвоение слушателем информации говорящего: адресант информирует собеседника о фактах и событиях объективной реальности, учитывая при этом фоновые знания адресата. Данная стратегия реализуется в поучающем дискурсе в виде трех коммуникативно-речевых тактик: передача информации, коррекция модели мира, контроль над пониманием [4, с. 269].

Основная цель манипулятивно-консолидирующей стратегии — вызвать желаемые изменения в широком экстракоммуникативном контексте ситуации. Эта стратегия может быть реализована в виде четырех коммуникативно-речевых тактик: подчинение, контроль над инициативой, контроль над темой, контроль над деятельностью [4, с. 270]. Так, во многих сказках есть персонаж, который помогает положительному герою сохранить свои моральные ценности и сам олицетворяет такие моральные качества, как добрая воля и готовность помочь, а также он может испытывать нравственные качества других («Мороз Иванович»). Чаще всего это мудрый старец, который поучает, дает наставления, советы, как надо поступить в сложившейся ситуации, контролирует действия героя, тем самым манипулируя им.

Основная цель говорящего при реализации экспрессивно-апеллятивной стратегии — выразить свои чувства, эмоции, оценки, коммуникативные интенции, предпочтения, настроения в отношении речевых проявлений адресата и коммуникативной ситуации в целом. Диалоги в рамках экспрессивно-апеллятивной стратегии демонстрируют регулярный характер модальных реакций. В фокусе этих реакций находятся не факты или знания говорящих, как в информационно-аргументирующем диалоге, а их мнения, интенции, мотивы, планы, личностные предпочтения. В поучающем аспекте при этом решаются задачи, связанные с толерантной «образовательной средой», с эмоциональной оценкой развития коммуникативной ситуации [4, с. 270].

Реализация контрольно-оценочной стратегии в речи адресанта-рассказчика является выражением общественной значимости его статуса как представителя социума и хранителя его норм, что реализуется в праве давать ему оценку событиям, обстоятельствам и достижениям адресата-слушателя [4, с. 270]. Часто в сказке чувствуется присутствие самого автора: он контролирует героя, оценивая его действия и, таким образом, наставляет его на путь истинный.

Иногда передача опыта осуществляется не только между отдельными людьми, а между целыми группами или поколениями, создавая тем самым историческую память народа и человечества в целом.

Адресат в поучающем дискурсе — это тот, на кого направлено высказывание, кому оно предназначено, то есть адресат здесь является в большей степени объектом, нежели субъектом общения. Им может быть ученик, рабочий, коллега, сотрудник, знакомый и т. д., т. е. любой человек, зависимый от адресанта. Адресат поучающего дискурса выполняет требуемое в связи с информативной потребностью или под давлением внутренних и внешних обстоятельств, связанных с актуальной для него прагматической ситуацией. Однако адресат не всегда выполняет то или иное действие бесприкословно, он может отреагировать на поучение адресанта как эмоционально, так и вербально, что указывает на возможный диалог между автором и слушателем [5].

Кроме прямой передачи опыта и знаний, такой дискурс предполагает еще и нравственное воздействие на личность [6]. Следовательно, он требует не только четкого отбора лексико-грамматических средств, но и учета личного фактора собеседника и ситуации общения. Говорящий не просто намерен вовлечь собеседника в изменение внешнего мира на основе своего опыта и знаний, он чувствует еще и потребность выразить свое отношение к миру и изменениям в нем. Доминирующим является интеллектуальное воздействие, т. е. воздействие через интеллект в сочетании с воздействием на чувство и волю. Большую роль здесь играют невербальные средства общения, которые рассматриваются как «подчиненные словесной стороне поучающего дискурса» [12, с. 7].

Существенным признаком поучающего дискурса является относительное стилевое единообразие речевого поведения участников. Это обеспечивается механизмом ролевого поведения: стандартная дидактическая коммуникативная ситуация соотносится субъектом речи с типовой «контекстной моделью» [7], задает типовой образ адресанта — речевую (дискурсивную) роль, поведение в рамках которой регулируется социально установленными предписаниями и / или взаимными ожиданиями партнеров. Можно считать, что правила построения дискурсов в стереотипных (ритуализованных) дидактических коммуникативных ситуациях, известные большинству участников взаимодействия, есть не что иное, как особый вид ментальных схем – сценарии, фиксирующие типовые способы реализации и обычный (стандартный) порядок протекания речевых событий, типичных для данной среды. Знание дискурсивных канонов («контекстной модели») обеспечивает идентификацию информации получателем (для чего часто бывает достаточно небольшого фрагмента дискурса), то есть ориентировку в речевом событии. Строя свое сообщение в соответствии с канонами данного дискурса, адресант сигнализирует, что воспринимает данную коммуникативную ситуацию как релевантную определенной модели и, следовательно, подает себя как носителя соответствующего социального статуса и исполнителя соответствующей коммуникативной роли, чем дает понять адресату, что хочет быть воспринят как «учитель» и тем самым предлагает ему роль, соотнесенную со своей, то есть задает «правила игры» [4, с. 267].

Побудительность в поучающем дискурсе является доминирующим фактором. Формы ее реализации можно объединить в два общих типа воздействия: «императивный» (категоричный) тип и «рекомендательный», которые могут быть представлены как прямо, так и косвенно.

В рекомендательном типе воздействия адресант речи предлагает свою картину мира как один из вариантов, в императивном же типе воздействия он представляет ее как единственно верную. Коммуникативная цель в императивном типе выражается через будущее действие не как реально существующая, а как желаемая (имеет место модальность императива). В рекомендательном типе имеет место рекомендательная модальность. Семантика поучающего дискурса в рекомендательном типе предполагает убеждение в целесообразности каких-либо действий. Рекомендательный тип поучающего дискурса может быть, как в прямой (убеждение), так и в косвенной (ненавязчивое предложение) формах, а косвенная иллокуция в императивном типе практически не встречается. Иногда она связана с формами манипуляционного воздействия, имеет оттенок иронии и встречается чаще всего в формах риторического вопроса (как осуждение, побуждение к действию).

Эффективность дискурса, то есть достижение участниками общения коммуникативной кооперации, взаимопонимания является результатом интеракциональных отношений коммуникантов, посредником которых служит текст. Эффективность может рассматриваться и односторонне — как достижение адресантом перлокутивного эффекта, адекватного собственной иллокуции [4, с. 267].

Итак, поучающий дискурс характеризует связь общественного и индивидуального, опыта и знаний с эмоциональностью и абстрактностью, четкой спланированности со спонтанностью и креативностью, т. е. представляет собой многофункциональное взаимодействие, которое включает установление и поддержание контакта между коммуникантами, обмен информацией, а также регулирование межличностных отношений. В ходе интеракции адресант стремится реализовать собственные интенции, регулировать ход коммуникативного процесса. Чтобы достичь своей цели и воздействовать на адресата, адресант в своей речи использует категорию модальности, с помощью которой передает свое желание побудить собеседника к определенному действию.

По В.В. Виноградову, модальность считается грамматической категорией, характеризующей ту или иную степень реальности или нереальности содержания высказывания и рассматривается с позиций предикативности и формы сказуемого. Существуют различные виды модальности: эпистемическая, деонтическая, эмотивная, композитивная и др. В поучающем дискурсе основное место занимают эпистемическая и деонтическая модальности [8]. Так, деонтическая модальность (нормативная модальность, модальность долженствования, побудительная модальность) является характеристикой практического действия с точки зрения определенной системы норм [9, с. 10].

С помощью деонтической модальности адресант поучающего дискурса выражает своё отношение к тексту, реципиенту, действительности и самому себе в дополнительных характеристиках, окрашивающих пропозицию в соответствующие тона с учетом сферы общения и личностных качеств коммуникантов [9, с. 10]. Деонтическая установка такого дискурса характеризует способ передачи пропозиции. Содержание деонтической модальности состоит в психическом самораскрытии адресанта и воздействии на адресата, посредством которой передается:

1) субъективное отношение адресанта к действительности;

2) квалификация событий с точки зрения говорящего;

3) стремление адресанта каким-то образом воздействовать на реципиента с целью изменить и / или сохранить мир [9, с. 10].

Деонтическая модальность объединяет два значения: необходимость и долженствование [10, с. 40]. Вслед за рядом исследователй (З.В. Мицкевич, Т.Б. Алисова, А.П. Петрикеева, И.А. Демидова и др.) мы отмечаем близость этих двух значений, но в некоторых случаях они разграничиваются по степени проявления. Так, в поучающем дискурсе в зависимости от жанра наблюдается преобладание одного значения деонтической модальности над другим: например, в речевом жанре совета адресат может следовать (или не следовать) совету адресанта (преобладает значение необходимости), а в речевом жанре наставления адресат безоговорочно следует поучениям адресанта (преобладает значение долженствования).

Исследуя процесс функционирования этих двух значений ‑ необходимости и долженствования, И.А. Демидова представила это явление следующим образом:

1) начальный этап, на котором адресант выражает собственно (внутреннее) желание, не направленное ни на какой-либо другой объект,

2) основной смысловой этап, когда адресант сообщает смысл конкретного действия (внешнее желание), реализации которого он ожидает от адресата.

Во втором случае желание направлено на другой объект с целью побудить его к определенному действию. Если развитие ситуации ограничивается первой стадией, то высказывание несет в себе значение необходимости. Если же высказывание включает обе стадии, то основным значением деонтической модальности здесь является долженствование [11, с. 13].

Идентифицирующим компонентом поля деонтической модальности является «авторитет», который выражается в способности направлять или изменять поступки и мышление другого человека (или людей) по пути, желательному для человека, обладающего авторитетом [6, с. 3].

Успешность поучающего дискурса зависит во многом от того, насколько участники коммуникативного процесса доверяют получаемой информации, насколько их предыстория (память, знания, статусы, мифология, предрассудки, предвзятости и т.п.) позволяет им совершить предлагаемое действие (действие, разумеется, может быть, как физическим, так и ментальным). Авторитет личности можно рассматривать как результат отражения в сознании людей социальной значимости, ценности тех свойств, которые присущи данному человеку как члену социальной общности и как субъекту социально-значимой деятельности. Решающим моментом в формировании отношений авторитета может оказаться не сама по себе объективная ценность каких-то свойств личности, а их субъективная значимость для другого.

В поучающем дискурсе авторитетом является адресант, т. к. он создает и реализует речь в виде собственного поучающего текста, оказывая планируемое воздействие на адресата (преследуя определенную цель) в конкретной ситуации общения. Внушение и подражание выделяются как наиболее значимые механизмы воздействия авторитета в поучающем дискурсе.

Структура авторитета адресанта в поучающем дискурсе включает четыре компонента, каждый из которых имеет свои составляющие [12, с. 110]:

1) профессиональный компонент, который включает в себя специальную эрудицию адресанта, методологическое мастерство и технологическое разнообразие;

2) личностный компонент, включающий ценностную составляющую (нравственные, философские, этические ценности), характерологическую составляющую (черты характера, создающие предпосылки для формирования авторитета), культурологическую составляющую (культура поведения, общая эрудиция, круг интересов, стиль общения);

3) социальный компонент (социальная перцепция), к которому относятся социальная значимость профессии адресанта, социальный престиж его профессии, социальные (профессиональные) стереотипы;

4) ролевой компонент, где занимаемая должность адресанта всегда выше занимаемой должности адресата, а прав и обязанностей адресанта гораздо больше, чем у адресата.

Родовым понятием для «авторитета» является понятие «власть», т. е. авторитет — это вид власти, но власти в широком смысле этого понятия, как социального регулятора, предписания которого обязательны к исполнению, в отличие, например, от морально-нравственных норм. Под властью в данном случае понимается способность ее субъекта (отдельной личности, группы людей, организации) навязать свою волю другим людям, распоряжаться и управлять их действиями, используя насильственные или ненасильственные средства и методы [10, с. 38].

В поучающем дискурсе власть выражается в том, что говорящий, обладающий властью, может контролировать, ограничивать и управлять действием нижестоящего участника (адресата), не обладающего властью. Но следует отметить, что поучающий дискурс успешен при условии употребления адресантом этикетных речевых жанров в процессе общения и ненасильственных средств, и методов.

Таким образом, для достижения своей цели и воздействия на адресата, адресант в своей речи использует категорию модальности, с помощью которой передает свое желание побудить собеседника к определенному действию. С помощью деонтической модальности адресант поучающего дискурса выражает своё отношение к тексту, реципиенту, действительности и самому себе в дополнительных характеристиках, окрашивающих пропозицию в соответствующие тона с учетом сферы общения и личностных качеств коммуникантов. Деонтическая модальность в поучающем дискурсе в зависимости от жанра проявляется с помощью преобладания одного из двух ее значений — необходимости и долженствования. Идентифицирующий компонент поля деонтической модальности «авторитет» определяет роль и место адресанта в поучающем дискурсе, а понятие «власть» отвечает за успешность и результат данного дискурса.

Исследование деонтической модальности в поучающем дискурсе является, на наш взгляд, весьма перспективным, поэтому в последующей работе мы рассмотрим средства и способы выражения деонтической модальности в речевых жанрах поучающего дискурса.

1. Ученова В.В., Шомова С.А. Полифония текстов в культуре. М.: Омега-Л, ИМПЭ им. А.С. Грибоедова, 2003. 392 с.
2. Карасик В.И. Языковое преобразование реальности. М.: Гос. ин-т русского языка им. А.С. Пушкина, 2023. 500 с.
3. Шугайло И.В. Специфика дискурсов помогающих профессий // Дискурс. 2025. Т. 11 № 2. С. 132-141
4. Малышева Е.В. Инвариантная модель коммуникативного обмена диалогическими практиками // Лингвистика первой четверти XXI века: тенденции, итоги и перспективы / под общ. ред. А.А. Романова. М.: ФЛИНТА, 2024. С. 265–303.
5. Карасик В.И., Слышкин Г.Г. Тенденции развития современного дискурса // Актуальные проблемы филологии и педагогической лингвистики. 2021. №1.
6. Болдырева А.А. Категория авторитетности в научном дискурсе: 10.02.19: дис….к. филол. наук. Воронеж, 2006. 182 с.
7. Дейк ван Т.А. Язык. Познание. Коммуникация. – М.: Прогресс, 1989. 312 с.
8. Каневская И.В. Дискурс-конструктивная модель геополитического цикла кризисов идентичности // ОБЩЕСТВО: ПОЛИТИКА, ЭКОНОМИКА, ПРАВО. 2026. № 3.
9. Шершнева Н.Б. Семантика и прагматика деонтической модальности (функциональная характеристика в системе языка и текста): 10.02.19: дис. … к. филол. наук. Краснодар, 2000. 19 с.
10. Шейгал Е.И., Черватюк И.С. Власть и речевая коммуникация. // Известия РАН. Серия литературы и языка. 2005. Т. 64. № 5. С. 38 – 45.
11. Демидова И.А. Средства выражения побудительной модальности в русском и английском языках (на материале газет:. 10.02.01: дис. … к. филол. наук. Калининград, 2005. 24 с.
12. Либба Е.А. Дискурс и дискурс-анализ: понятия и характерные аспекты в коммуникативной лингвистике // Вестник Северо-Восточного федерального университета имени М.К. Аммосова. 2025;22(1). С. 107-114.