Общая психология, психология личности, история психологии | Мир педагогики и психологии №08 (109) Август 2025

Психическая работа над разрешением противоречий как фактор ситуативного повышения уровня осознанности

Чертищева Анастасия Алексеевна
студент 4 курса кафедры общей и социальной психологии, Тюменский государственный университет, РФ, г. Тюмень, o956cx7202@yandex.ru

Аннотация: На данный момент отсутствуют способы/методы, позволяющие ситуативно повышать уровень осознанности как состояния сознания. Перед разработкой такого метода первоначально необходимо определить факторы, способствующие ситуативному его повышению. Данное исследование посвящено рассмотрению одного из гипотетических факторов, влияющих на ситуативное повышение осознанности, – психической работы над разрешением противоречий. В результате экспериментально было выявлено, что работа над разрешением противоречий не оказывает влияния на ситуативное изменение уровня осознанности как состояния сознания, не повышает и не понижает его, а также то, что осознанность в концепции mindfulness устойчива к экспериментальным воздействиям, применяющимся в рамках изучения явлений из области общей психологии, и её характеристики и содержание нельзя полностью переносить на характеристики нормативной работы психики при нормальном состоянии сознания, и наоборот.
Ключевые слова: осознанность, mindfulness, разрешение противоречий, когнитивный диссонанс, установка.

Chertischeva Anastasia Alekseyevna
4rd year student of General and social psychology department, Tyumen State University, Russia, Tyumen

Abstract: At present, there are no ways/methods of mindfulness as a state of consciousness level situational raising. Before developing this firstly it’s necessary to identify the factors that contribute to its situational raising. In this research we consider one of the hypothetical factors that influence on situational mindfulness raising – mental work on resolving contradictions. As a result, it has been experimentally discovered that mental work with contradictions doesn’t influence on situational mindfulness level change, doesn’t reduce or increase it, and also that mindfulness within the «Mindfulness» concept isn’t subject of experimental methods that used in general psychology, and its characteristics and content can’t be transferred to the characteristics of normal mental functioning in a normal state of consciousness, and conversely.
Keywords: awareness, mindfulness, resolution of contradictions, cognitive dissonance, attitude.

Введение и научная новизна.

Состояние осознанности и диспозиционная осознанность (осознанность как черта когнитивно-личностного стиля) оказывают положительное влияние на многие аспекты психической жизнедеятельности (способствуют снижению стресса и тревожности, повышают эффективность когнитивных процессов, способствуют развитию рефлексивности, повышают эффективность решения задач личностной сферы и т. д.) [14; 1]. Состояние осознанности и, следовательно, способность ситуативного «вхождения» в него (повышения уровня активности сознания) являются эффективными (а иногда и необходимыми) для решения многих задач психического характера (как в психотерапии, так и в обыденной жизни) [13].

Помимо развития диспозиционной осознанности, необходимым является её ситуативное повышение, но на данный момент способность «вхождения» в состояние осознанности детерминирована либо наличием у человека диспозиционной осознанности, либо опытом специальных практик развития осознанности. То есть, ситуативное повышение осознанности может быть осуществлено человеком, либо уже имеющим достаточно высокий уровень диспозиционной осознанности, либо умеющим повышать его благодаря опыту практик. На данный момент существуют только методы развития диспозиционной осознанности при помощи практик, но они длительные по времени [2; 16]. Часто осознанность нужна не как постоянная индивидуальная характеристика, а как состояние сознания в данный момент [3].

Таким образом, есть противоречие между потребностью в способе ситуативного достижения этого состояния, когда оно будет необходимо (временного повышения уровня осознанности в ситуации «здесь и теперь»), который может применять человек без предварительного опыта практик или с низким уровнем осознанности как черты когнитивно-личностного стиля, и отсутствием такого способа. Для его разработки (в перспективе) необходимо первоначально определить факторы, влияющие на ситуативное повышение осознанности, чему и посвящено данное исследование. Мы не можем рассмотреть все гипотетические факторы, поэтому рассмотрим один, влияние которого на повышение уровня активности сознания было выявлено на теоретическом уровне и в других исследованиях – психическая работа над разрешением противоречия.

Целью исследования является определение наличия и характера изменений степени осознанности как состояния сознания после психической работы над разрешением противоречий.

Методика исследования

В зарубежной психологии концепция осознанности практико-ориентирована и является важным инструментом в процессе терапии, осознанность рекомендуется развивать посредством специальных практик, она оценивается как способствующая положительным психическим изменениям. При этом она трактуется приблизительно одинаково: как состояние, при котором человек произвольно управляет своим вниманием, сосредотачивается на текущем моменте, осознаёт своё физическое и психическое состояние и происходящее вокруг и относится к этому безоценочно (или как способность «входить» в это состояние и пребывать в нём) [14; 15].

Р. А. Байер, Г. Т. Смит с соавторами в своей пятифакторной модели осознанности выделяют следующие компоненты осознанности: описание – способность вербализировать внутренний опыт, свои психические/психологические процессы и состояния; безоценочность – непредвзятое, безоценочное отношение к внутреннему опыту, отсутствие его оценки; нереагирование – нереагирование на внутренний опыт, наблюдение за ним «со стороны»; осознанность действий – осознавание собственных действий в настоящий момент, противоположность действованию «на автомате»; наблюдение – отслеживание внутренней и внешней стимуляции [17].

В отечественной психологии осознанность рассматривается не как особое состояние/качество, которое можно только развить, а как свойство сознания, его «базовая настройка», которая является естественной его характеристикой и присуща всем его носителям (рассматривается в основном с теоретической точки зрения), начало рассматриваться в сопряжении с понятием сознания. Ю. Э. Смирнова, проанализировав работы отечественных авторов, выделяет три направления в её определении [4]:

1. «Осознанность – это категория сознания, которая представлена структурными элементами психической деятельности. Процесс осознания происходит в результате перехода категорий осознания от одной к другой. Механизм осознания являет собой набор объектов сознания» [4, с. 160].

2. «Осознанность как когнитивный процесс» [4, с. 160]. Механизмом является переключение внимания между объектами.

3. Осознанность как продукт психической или только познавательной деятельности.

С точки зрения В. М. Аллахвердова, осознанность обнаруживается, когда идёт речь об осознавании ранее неосознаваемых процессов, переходе их в поверхностное содержание сознания. «Поверхностное содержание сознания как раз и отличается от базового наличием специальной, субъективно не принимаемой маркировки, осознанностью» [5, с. 313].

С точки зрения А. Ю. Агафонова,  сознательные переживания содержат два компонента: «знание о…» (вербальная информация о переживаемом, которую можно выразить в словесном отчёте) и «знание как…» (квалиальное знание, которое недоступно для познания другими даже через отчёт переживающего, его невозможно вербализовать, а только субъективно переживать «здесь и теперь»). Осознанность и есть это субъективное переживание квали [6].

Смирнова пишет: «…осознанность – это комплексная характеристика сознания. Характер осознанности определяется степенью осознания и временем, затраченным на осознавание. Результат осознанности представляет собой осознанные знания о себе, о мире, об опыте. Эти знания получены в результате работы сознания, которое не подвергалось искажениям и изменению интерпретаций. Оно является характеристикой выбора личности в текущий момент времени» [4, с. 160].

В данном исследовании мы будем опираться на совмещение концепции mindfulness (пятифакторную модель осознанности) и отечественного понимания осознанности по следующим причинам. Во-первых, mindfulness, согласно своей теоретической основе, является конструктом преимущественно терапевтической направленности, не отражающим естественную работу сознания (даже при высокой его активности). Во-вторых, отечественные понимания осознанности за рамками mindfulness разнятся и не концептуализированы, но, выполняя своеобразную парадигмальную функцию, определяют понимание mindfulness как повышенный/высокий уровень выраженности естественных свойств, характеристик и процессов работы сознания, требующих не развития «с нуля», а простого эскалирования. В-третьих, mindfulness даёт перечень конкретных элементов осознанности, в отличие от определений отечественных авторов. От mindfulness мы берём элементы (составляющие) осознанности, от отечественного понимания – вышеописанную микропарадигму, через призму которой они будут трактоваться.

Работа психики с противоречиями на данный момент как самостоятельный термин не выделяется и не имеет определения, т. к. её разновидности рассматриваются в рамках отдельных теорий, но мы можем сформулировать его на основе анализа литературы: это класс психических процессов и явлений, направленных на обнаружение и устранение рассогласований между конкретными элементами психического содержания (имеющими определённый срок давности), влияющими на актуальные сознательные процессы, и поступающей извне информацией, связанной с этими элементами в смысловом, контекстуальном или операциональном плане. Термин «работа психики» используется потому, что в процессе работы с противоречием могут задействоваться не только когнитивная и личностная сферы психики (в зависимости от характера и содержания противоречия), и, следовательно, нельзя утверждать, что это прерогатива определённых сфер. И также потому, что противоречия в большинстве случаев устраняются неосознанно для субъекта, следовательно, использовать термин «работа с противоречиями», подразумевая её исполнителем самого субъекта, тоже некорректно, т. к. он не делает это осознанно и не ставит соответствующую цель.

Психика всегда стремится избавляться от противоречий. Её работа с противоречиями имеет свои особенности, существуют три теории, подробно описывающие её: теория В. М. Аллахвердова, теория когнитивного диссонанса Л. Фестингера и теория установки Д. Н. Узнадзе.

В своей теории В. М. Аллахвердов говорит о работе сознания с противоречиями (хотя описываемое её содержание не во всех случаях относится к процессам сознания). В ней противоречия, с которыми работает сознание – противоречия между догадками/гипотезами/установками (и т. д.) и поступающей извне информацией. Базовое содержание сознания представляет собой неосознаваемую в данный момент информацию, которая влияет на осознаваемое (включает установки, ожидания, гипотезы, понимание контекста, воспринятую стимуляцию и т. д.). На его основе протосознательные процессы порождают догадки об окружающем мире (которые являются одной из сторон противоречия), которые вместе с воспринимаемой извне и сопоставляемой с ними информацией составляют поверхностное содержание сознания [3]. Он выделяет следующие способы работы сознания с противоречием: «Так изменить критерии соответствия между информацией и ожиданиями, чтобы можно было посчитать имеющееся противоречие непринципиальным» [5, с. 314]; «Изменить базовое содержание сознания, а тем самым изменить сделанные на основе этого содержания предсказания…» [5, с. 314]; изменить поверхностное содержание сознания (например, так проинтерпретировать информацию, касающуюся противоречия, что можно было бы утверждать, что противоречия нет) [5].

Защитный пояс сознания способствует устранению/сглаживанию противоречий, т. к. способен защищать базовое содержание сознания и находить такую интерпретацию опыта, которая согласуется с ним. Он создаётся работой сознания для того, чтобы поступающая информация после преобразования соответствовала ожиданиям с точностью до заданных критериев, либо меняет критерии соответствия [5]. Также в теории Аллахвердова противоречие связано с процессом классификации объектов. Любой осознаваемый объект относится сознанием к каким-то классам, и одновременно отвергается его принадлежность к другим классам (в терминологии Аллахвердова – осуществляется позитивный и негативный выбор соответственно). Позитивный выбор подвижен и постоянно изменяется, а негативный – устойчив и задаёт контекст для построения субъективной интерпретации информации. Противоречие возникает, когда объект одновременно должен быть включён в некоторый класс и из него же исключен.

В теории когнитивного диссонанса Л. Фестингера когнитивный диссонанс — состояние, характеризующееся столкновением в сознании противоречивых когниций относительно некоторого объекта/явления, при котором из одной из них вытекает отрицание другой и связанный с этим несоответствием психологический дискомфорт. При возникновении диссонанса субъект стремится к его устранению или уменьшению (к установлению согласованности между когнициями), его переживание сопровождается психологическим дискомфортом и негативными эмоциями. Фестингер выделяет следующие способы устранения/уменьшения диссонанса: изменение одной/нескольких из противоречащих когниций; добавление новых когниций, способствующих согласованию противоречащих; отвержение одной из когниций или уменьшение её значимости; увеличение значимости одной из когниций [7].

Существуют два вида противоречий, лежащих в основе диссонанса: противоречие между поведением и когницией/когнициями (убеждениями, аттитюдами, установками и т. д.), противоречие между когнитивными элементами (двумя знаниями, установкой и воспринимаемой реальностью и т. д.).

Согласно теории установки Д. Н. Узнадзе, установка – готовность/склонность/направленность действовать определённым образом. Для субъекта она предвосхищает то, что должно произойти в будущем. В ситуации, когда реальные события не согласуются с содержанием установки, начинается процесс объективации – осознание действительности такой, какая она есть объективно, безотносительно к потребностям субъекта. Объекты ситуации в этом случае предстают в собственной логике, начинается осознанный процесс познания ситуации [8]. На основе неё Аллахвердов для описания и объяснения работы сознания в ситуациях неожиданного нарушения закономерности сформулировал закон Узнадзе: нарушение ситуативной закономерности, в соответствии с которой у субъекта была установка действовать, ведёт к разрушению привычных схем поведения, к затруднению в принятии самых простых решений, сбою в поведении и хаотичным попыткам избавиться от заранее принятой закономерности [7].

Гипотезы:

1) После психической работы с противоречиями ситуативный уровень переменных «Наблюдение», «Безоценочность», «Нереагирование» и «Осознанность действий» как компонентов осознанности повышается.

2) Разница в уровне выраженности переменной «Осознанность действий» до и после работы с противоречиями ниже разницы в уровне выраженности для остальных переменных (элементов осознанности).

Мы не можем выдвинуть гипотезу относительно ещё одного компонента осознанности – описания, т. к. на теоретическом уровне и в экспериментальных исследованиях не было обнаружено свидетельств об их связи, следовательно, у нас нет оснований для выдвижения гипотезы. Но эмпирически изменение этой переменной будет рассмотрено.

Экспериментальная часть исследования

В качестве эмпирического метода в данном исследовании был использован эксперимент. Для измерения уровня осознанности в настоящий момент была использована методика «Пятифакторный опросник осознанности FFMQ» А. Байера и соавторов в адаптации Н. М. Юмартовой и Н. В. Гришиной. Но т. к. все существующие методики, включая FFMQ, измеряют диспозиционную осознанность, а не осознанность как состояние сознания в настоящий момент, методика была модифицирована нами так, чтобы при помощи неё можно было измерить уровень осознанности в настоящий момент. Были изменены формулировки вариантов ответов и 16 вопросов из 39, а также инструкция (с минимальным вмешательством). Модифицированная методика предназначена только для данного исследования, а не для диагностики уровня осознанности в наличной ситуации в каких-то других целях/исследованиях.

Для активации работы над разрешением противоречий в качестве стимульного материала был использован текст, в котором для экспериментальной группы были искусственно созданы противоречия между разными элементами ситуации, описанной в тексте. Испытуемым нужно было прочитать его внимательно один-два раза (в зависимости от того, сколько раз будет достаточно для запоминания) и, когда текст уже не был доступен им (чтобы не было возможности снова к нему обратиться), максимально подробно письменно пересказать то, что они запомнили.

Был взят фрагмент из рассказа А. К. Толстого «Артемий Семёнович Бервенковский» с описанием местности и конкретных действий героя, чтобы испытуемым можно было без затруднений запомнить и воспроизвести конкретные элементы повествования, и чтобы в контрольной группе было меньше возможности их искажения. Противоречия были созданы для шести элементов текста (между разными взаимоисключающими действиями и характеристиками ситуации и между базовым содержанием сознания и поступающей информацией (в терминологии Аллахвердова)). Разберём в качестве примера один из элементов. В оригинальном тексте присутствует холм, на котором находится здание, похожее на мельницу. Была добавлена «ровная степь», среди которой стоит холм, и то, что герой начал по нему спускаться (чего нет в оригнале), хотя до этого ехал «по большой дороге среди ровной степи», следовательно, он не мог оказаться на этом холме, если ехал посреди ровной степи. Чтобы испытуемые не подумали, что холмов несколько, было добавлено, что холм единственный. Это же подкрепляет то, что здание, похожее на мельницу, стоит «метрах в двух от дороги», следовательно, герой не мог спускаться к нему по холму, т. к. находился на дороге, и расстояние не могло бы быть настолько маленьким. К этому же противоречию – «скрытое доселе красивое село над холмом» (по тексту, герой увидел его, когда спустился, но он не мог увидеть то, что было скрыто за холмом, когда спустился, тем более, что оно было «над», а не под холмом). Таким образом, для одного из элементов было создано несколько внутритекстовых противоречий между разными взаимоисключающими действиями и характеристиками ситуации.

Выборку составили 32 испытуемых: 16 в контрольной и 16 в экспериментальной группе. 31 испытуемый женского пола (96,88%) и 1 мужского (3,12%). В контрольной группе все испытуемые женского пола, в экспериментальной 1 мужского (6,25%), остальные женского (93,75%). Возраст – 20-24 года, средний возраст – 20,66. В контрольной группе – 20-24 года, средний – 20,75. В экспериментальной – 20-22, средний – 20,56. Социальный статус – студенты 3-го курса Школы образования Тюменского государственного университета направления «Психология: общая и социальная психология».

На контрольной группе эксперимент проводился 20-21.05.2025, на 13 испытуемых в аудитории института, трое проходили эксперимент без наблюдения экспериментатора. На экспериментальной – 22-26.05.2025, на 6 испытуемых в аудитории института, 10 проходили эксперимент без наблюдения экспериментатора.

Был реализован межгрупповой (группы получают разные воздействия) экспериментальный план для двух групп (контрольной и экспериментальной) с предварительным и итоговым тестированием и с двумя уровнями независимой переменной (установление качественной связи). Испытуемым, проходившим эксперимент в аудитории, сначала была озвучена инструкция, затем они прошли предварительную диагностику осознанности в данный момент, заполняя форму для сбора данных с методикой на платформе «Online Test Pad», затем в этой же форме прочитывали текст и записывали то, что запомнили. После этого проходили повторную диагностику. Для испытуемых, проходивших эксперимент не в аудитории без экспериментатора, процедура была аналогичной, но ссылка на форму и инструкция отправлялись через социальные сети. Контрольной группе предъявлялся текст без противоречий, экспериментальной – изменённый с противоречиями.

Тема исследования не была озвучена испытуемым для контроля дополнительной переменной – знания испытуемых об особенностях задания и эксперимента: того, что текст содержит противоречия, или того, что эксперимент направлен на то, чтобы психика испытуемого решала противоречия. Тема также не озвучивалась людям, общающимся с испытуемыми, а люди, знавшие тему, не допускались к участию в эксперименте. Без её контроля в базовом содержании сознания (в терминологии Аллахвердова) испытуемых было бы знание о наличии противоречия, которое либо не позволило бы даже возникнуть противоречию (т. к. испытуемые заведомо были бы нацелены на его поиск), либо позволило бы очень быстро его разрешить.

В качестве метода обработки данных был использован t-критерий Стьюдента. Вычислялись три значения t: сравнение O1 и O2 (предварительного и итогового тестирования экспериментальной группы), O3 и O4 (предварительного и итогового тестирования контрольной группы), O2 и O4 (итоговых тестирований экспериментальной и контрольной групп). Гипотезу о значимом влиянии независимой переменной на зависимую можно принять в том случае, если выполняются условия: различия между О1 и О2 значимы, а между О3 и О4 – незначимы; различия между О2 и О4 значимы. Математическая обработка данных проводилась в программе SPSS.

Оценка разрешения противоречий проводилась по номинативной шкале («отсутствие-наличие»), т. к. его степень на данный момент оценить невозможно из-за отсутствия соответствующих методов и способов [9]. Каждое выполненное испытуемым задание с текстом оценивалось отдельно на наличие признака/признаков попыток устранения/сглаживания противоречий. Условием для утверждения наличия работы с противоречием является наличие хотя бы одного из признаков устранения/сглаживания противоречий в тексте, выявленных в исследованиях, в которых экспериментально противоречие вызывалось при помощи работы с текстом [10; 5; 11], а также на основе способов устранения противоречий, описанных в методике исследования. Список этих признаков:

1) Изменение элементов, содержащих противоречие [7].

2) Добавление новых элементов, которых изначально нет в тексте [7; 10].

3) Исключение элементов, содержащих противоречие [7; 5; 12].

4) Изменение значимости элементов (уменьшение значимости противоречивых и/или увеличение значимости непротиворечивых) [7; 5; 11].

5) Искажение содержания всего текста или отдельных элементов [5; 10].

6) Совмещение противоречий в непротиворечивое целое [12; 11].

7) Доведение противоречия до абсурда [12].

8) Придавание метафорического значения одной из сторон противоречия [10].

9) Добавление дополнительных противоречий [10].

10) Нарушение логики или последовательности повествования [11].

Таблица 1. Признаки разрешения сознанием противоречий, выявленные в экспериментальной группе

При анализе выполненных с текстом заданий у всех испытуемых были выявлены признаки разрешения противоречий (табл. 1). Наиболее часто встречается исключение элементов, содержащих противоречие, чуть реже – их изменение и искажение. Реже всего – изменение их значимости, добавление дополнительных противоречий и нарушение логики или последовательности повествования.

Таблица 2. Признаки разрешения сознанием противоречий, выявленные у каждого испытуемого отдельно

Чаще всего у испытуемых наблюдается несколько признаков устранения противоречий (для каждого элемента свой), и только у одного испытуемого один (табл. 2). Это позволяет сделать вывод о том, что экспериментальным воздействием у испытуемых противоречия были успешно вызваны, и их психика стремилась их устранить.

Таблица 3. Средние значения показателей предварительного и итогового тестирования групп

При первичной оценке можно сказать, что различия до и после воздействия практически отсутствуют у обеих групп (табл. 3).

Таблица 4. Результаты сравнения тестирований групп

В сравнении результатов в экспериментальной группе значимым является только результат безоценочности (p=0,004), остальные результаты незначимы (табл. 4). Различия в показателях до и после воздействия есть только для этой переменной. Средние показатели после воздействия выше средних показателей до воздействия. Значение критерия выше критического (-3,379), следовательно, различия статистически значимы. У контрольной группы значимость всех результатов >0,05, следовательно, все результаты незначимы (табл. 4).

В сравнении итоговых тестирований контрольной и экспериментальной групп значимость критерия для всех переменных значительно превышает 0,05 (0,138-0,691), следовательно, значимых различий в результатах итогового тестирования между контрольной и экспериментальной группами нет (табл. 4). Помимо этого, значения критерия для каждой переменной значительно ниже критического значения: -0,402-(-1,549).

В итоге, различия между предварительным и итоговым тестированием в экспериментальной группе (O1 и O2) значимы только для переменной «Безоценочность». Различия между предварительным и итоговым тестированием в контрольной группе (O3 и O4) не значимы для всех переменных. Различия между итоговыми тестированиями контрольной и экспериментальной групп (O2 и O4) так же не значимы.

В экспериментальной группе результаты схожи с результатами контрольной группы, осознанность действий понизилась, безоценочность повысилась, но разница между ними уже значительнее – 1,75 для осознанности действий и 2,87 для безоценочности. Остальные показатели совпадают (рис. 2).

Гипотезы о значимом влиянии независимой переменной (психической работы над разрешением противоречий) на зависимые (компоненты ситуативного уровня осознанности) отвергается, т. к. для её принятия полностью было выполнено только одно условие из трёх необходимых (различия между предварительным и итоговым тестированием в контрольной группе незначимы).

Несмотря на незначимость результатов мы рассмотрели их на предмет изменений ситуативного уровня осознанности после экспериментального воздействия. В экспериментальной группе минимальные изменения произошли только для осознанности действий (понижение на 1,75) и безоценочности (повышение на 2,87), но они не являются значительными в масштабах шкалы в 40 баллов, по которой оценивается каждая переменная. Важно заметить, что у контрольной группы эти переменные изменились с аналогичными знаками (осознанность действий понизилась, безоценочность повысилась, но в меньшей степени).

Соотношение показателей групп до и после воздействия также практически не имеет отличий, следовательно, разрешение противоречий не оказало влияния на изменение ситуативного уровня осознанности, и он остался практически таким же, как и был до этого, и практически таким же, как и у испытуемых, которые не сталкивались с противоречиями. Таким образом, вывод о влиянии разрешения противоречий не переносим не только на генеральную совокупность (т. к. результаты незначимы), но и на данную выборку, т. к. даже на уровне описательных статистик весомых изменений в рамках используемой метрической шкалы не обнаружено.

Выводы

Ни одна из гипотез не подтвердилась. На основе этого мы можем сделать несколько выводов. Во-первых, работа по разрешению противоречий не влияет на ситуативное повышение уровня осознанности как состояния сознания. Во-вторых, характеристики и содержание mindfulness нельзя полностью переносить на характеристики нормативной работы психики при нормальном состоянии сознания (и наоборот) в понимании отечественных психологов, и изначально созданная нами в качестве теоретического основания исследования микропарадигма не применима на практике.

В-третьих, mindfulness устойчива к экспериментальным воздействиям, применяющимся в рамках изучения явлений из области общей психологии. Mindfulness является конструктом терапевтической направленности (о чём было сказано во введении), подразумевает задействование личностной сферы и не полностью отражает естественную активность сознания, «доведённую до максимума». Следовательно, вышеописанным образом невозможно получить качественно другой теоретический и практический конструкт, отражающий естественную активность сознания, «доведённую до максимума». Можно выдвинуть предположение о необходимости концептуализации конструкта, подразумевающего под собой естественную активность сознания, «доведённую до максимума» или просто повышенную (уровень активности сознания в наличной ситуации), т. к. на данный момент как в зарубежной, так и в отечественной психологии такого конструкта нет.

В-четвёртых, т. к. воздействие субъекта при разрешении противоречия «точечно» и направлено на узкий аспект представленной испытуемому ситуации, а не на широкий круг стимуляции, подобный узконаправленный стимульный материал не оказывает воздействия на эскалацию активности сознания в общем. В концепции mindfulness в состоянии осознанности сознание и внимание в том числе направлены и на самого субъекта, а не только на наличную ситуацию. Из-за этого, предположительно, у испытуемых повышенная активность сознания могла не распространиться за пределы работы с текстом (на собственное психическое и физическое состояние, окружающую ситуацию и т. д.).

осознанности (mindfulness) на когнитивные и регуляторные психические процессы и роль индивидуально-личностных предиспозиций в эффективности применения данных практик // Психология. Историко-критические обзоры и современные исследования. 2024. Т. 13. № 2А. С. 21-32.
2. Сидячева В., Зотова Л. Э. Практики осознанности (mindfulness) как предиктор психосоматического здоровья личности (обзор зарубежного опыта) // Образование личности. 2020. № 1-2. С. 98-106.
3. Мачнев Е. Г. Психотерапевтические возможности состояния осознанности (mindfulness): специальность 19.00.01 Общая психология, история психологии, психология личности: магистерская диссертация. Тюмень, 2021. 113 с.
4. Смирнова Ю. Э. Анализ теоретических подходов к изучению осознанности // Психология. Историко-критические обзоры и современные исследования. 2021. Т. 10. № 6А. С. 157-162.
5. Аллахвердов В. М. Экспериментальная психологика. В 7 томах. Т. 1. Сознание как парадокс. СПб. : Издательство ДНК, 2000. 528 с.
6. Агафонов А. Ю. Осознание как следствие преодоления когнитивной энтропии // Человек в условиях неопределенности: сборник научных трудов научно-практической конференции с международным участием в 2-х томах. / под общ. и науч. ред. Е.В. Бакшутовой, О.В. Юсуповой, Е.Ю. Двойниковой. Т. 1. Самара: Самарский государственный технический университет, 2018. С. 9-15.
7. Фестингер Л. Теория когнитивного диссонанса. СПб. : Ювента, 2017. 318 с.
8. Узнадзе Д. Н. Психология установки. СПб. : Питер, 2001. 416 с.
9. Бабич Н. С., Юрьева В. И. Методика измерения когнитивного диссонанса в массовых опросах // Социологические исследования. 2022. № 1. С. 52-62.
10. Тихомиров О. К. Искусственный интеллект и психология. М. : Наука, 1976. 344 с.
11. Чертищева А. А. Влияние стимулов, привлекающих непроизвольное внимание, на искажение смыслового восприятия научного текста // Актуальные вопросы науки и образовательной практики: Материалы IV всероссийской научно-практической конференции, Тверь, 30 января 2024 года. 2024. С. 111-118.
12. Как сознание избавляется от противоречий / Аллахвердов В. М. [и др.] // Шаги/Steps. 2015. № 1. С. 165-181.
13. Choi E., Gruman J. A., Leonard C. M. A balanced view of mindfulness at work // Organizational Psychology Review. 2022. Vol. 12. № 1. Pp. 35-72
14. Germer C. What is Mindfulness // Insight Journal. 2004. Vol. 22. №. 3. Pp. 24-29.
15. Kabat-Zinn J. The Liberative Potential of Mindfulness // Mindfulness. 2021. Vol. 12. Pp. 1555–1563.
16. Loucks E. B., Crane R. S., Sanghvi M. A. et al. Mindfulness-Based Programs: Why, When, and How to Adapt? // Global Advances in Health and Medicine. 2022. Vol. 11. Pp. 1-12.
17. Using SelfReport Assessment Methods to Explore Facets of Mindfulness / R.A. Baer [et al] // Assessment. 2006. Vol. 13. № 1. Pp. 27–45.