История

Юбилейные торжества писателей конца XIX – середины XX века в историко-культурном контексте (на примере юбилеев А.С. Пушкина)

Астафьева Полина Геннадьевна
Магистрант Санкт-Петербургского государственного института культуры, Факультета искусств, специальность: Режиссура театрализованных представлений и праздников, РФ, г. Санкт-Петербург, Oxy9@yandex.ru

Аннотация: Юбилейные торжества составляют неотъемлемую часть праздничной культуры и представляют собой особый вид празднеств, которому присущи некоторые специфические черты. Юбилеи театров, заводов и фабрик, промышленных корпораций и образовательных учреждений, поселков и городов празднуются с широким размахом, предлагая зрителям широкую палитру зрелищных форм. Этот ряд смело можно продолжить юбилеями выдающих деятелей искусств и культуры, отдельное место в котором занимают юбилеи литераторов и писателей.
Ключевые слова: юбилей, торжества, писатели, А.С. Пушкин, праздники, чествования, А.В. Луначарский

Astafieva Polina Gennadievna
Master's student of the St. Petersburg State Institute of Culture, Faculty of Arts, specialty: Directing theatrical performances and celebrations, Russian Federation, St. Petersburg

Abstract: Anniversary celebrations are an integral part of the festive culture and represent a special type of celebration, which has some specific features. Anniversaries of theaters, factories, industrial corporations and educational institutions, towns and cities are celebrated on a large scale, offering viewers a wide range of spectacular forms. This series can be safely continued with anniversaries of outstanding figures of arts and culture, a separate place in which is occupied by anniversaries of writers and writers.
Keywords: anniversary, celebrations, writers, A.S. Pushkin, holidays, celebrations, A.V. Lunacharsky

В России празднование общегосударственных юбилеев приобрело размах в последние десятилетия империи, в эпоху Николая II. В первую очередь отмечались знаковые даты важнейших событий и юбилеи августейших особ. Именно тогда были проведены массовые торжества по случаю 200-летия Санкт-Петербурга и победы в Полтавской битве, 100-летия Отечественной войны 1812 г. [2.1.] Одни из самых масштабных празднеств в истории российской монархии были связаны с 300-летием династии Романовых. Приуроченные к этой дате мероприятия были организованы по всей стране в 1913 г.

Помимо войн, битв и династий, европейская и российская праздничная культура включала в себя юбилеи литературных классиков. Русская культура, начиная с эпохи Нового времени, характеризовалась как «литературоцентрическая», достигнув апогея своей «литературоцентричности» [1, c. 107] в XIX в. Власти Российской империи на государственном уровне чествовали двух великих русских писателей – Пушкина и Гоголя [1, c.107].

Особенное значение чествованиям столпов русской литературы стало придаваться в советское время. Некоторые базовые принципы празднования писательских юбилеев сформировались в 1910-1930-е гг. В это годы отмечали столетие со дня рождения Ф.М. Достоевского, Н.А. Некрасова, А.Ф. Писемского.

Ценную информацию о празднованиях юбилеев можно подчерпнуть из очерков и статей Народного комиссара просвещения в 1917–1929 гг. Анатолия Васильевича Луначарского. Луначарский не просто был в курсе всех событий и изменений в культурной жизни советской страны, но и принимал непосредственное участие в подготовке празднования знаменательных дат в отечественной литературе, возглавлял оргкомитеты по подготовке юбилейных мероприятий, в своих очерках давал компетентную оценку творчества писателей. Луначарским было написано множество статей, анализирующих творчество и значение юбиляров, и создано большое количество т.н. «психологических портретов», посвященных А.Н. Островскому, Н.Г. Чернышевскому, А.И. Герцену, М.Е. Салтыкову-Щедрину, В.Г. Короленко, А.П. Чехову, В.Я. Брюсову и другим; особенно многочисленны публикации о М. Горьком, А.С. Пушкине, Л.Н. Толстом, Н.В. Гоголе. Юбилеям многих выдающихся писателей посвящена большая часть томов 8-томного собрания его очерков и речей [2].

Устоявшейся схемы торжеств или предписаний насчет празднования «круглых» дат не существовало. В дореволюционной России и в советское время выбор и согласование фигуры, масштаба, форм чествований являлись прерогативой государства, решение о чествовании того или иного деятеля культуры принималось в соответствии с существующем идеологическим и внутриполитическим курсом. «Советское правительство в связи с приближением столетия со дня рождения Льва Николаевича Толстого поставило перед собой вопрос о формах ознаменования этого юбилея. Постановлено было придать юбилею широкообщественный характер» [3, с.319].

Ответственность за организацию юбилейных мероприятий на местах возлагалась на органы исполнительной власти, научные и общественные организации: «Помимо деятельности Всесоюзного юбилейного комитета, всякого рода специально возникшие по этому случаю и постоянно существующие организации и общественные учреждения со своей стороны готовят разные меры к ознаменованию столетия. Подготовляемые ими посмертные собрания сочинений, монографии, сборники и другие издания должны сыграть чрезвычайно крупную культурную роль» [3, с.319].

В условиях формирования нового мировоззрения писательским юбилеям придавалось исключительное значение. Они были призваны пересмотреть культурное достояние с новых классовых позиций, сформировать верную оценку и отношение к тому или иному мастеру пера, разъяснить широким слоям населения важность литературного творчества и раскрыть его содержание, приблизить писателя и его произведения к простому народу.

О роли и значимости юбилеев, их сути Луначарский обстоятельно рассуждает практически во всех своих статьях. Так, в очерке о 40-летии творческой деятельности одного из столпов пролетарской литературы М. Горького он сравнивает его литературное творчество с горным массивом, растущей глыбой на карте мировой культуры, а жизнь – с потоком, длинной извилистой рекой, истоки которой рисуются уже как история, а вся узорная лента приобретает целостный смысл, который такому человеку хочется прочесть и утвердить для себя, а иногда и для других» [4, с.155]. Для писателя 40-летний рубеж творчества – это «непреодолимая потребность самому понять и другим рассказать, чем были его жизнь и творчество» [4, с.155]. Ну а для ценителей его таланта и окружающих важно в год не просто вспомнить о «массиве» достижений юбиляра за долгие десятилетия, но и откликнуться на это написанием (и как можно скорее) полноценной исчерпывающей работы, которая бы дала представление об этом [4, с.156].

В статьях Луначарского мы находим не только детали подготовки торжеств, но и множество эпизодов с описанием самих мероприятий. Прижизненные чествования в этом отношении наиболее важны, т.к. позволяют проследить отношение к ним и реакцию самого юбиляра. Как, например, в случае с 50-летием поэта В.Я. Брюсова. 17 декабря 1923 г. в Большом театре состоялось заседание Академии художественных наук, где с речами и докладами выступали столпы русской науки и культуры, и присутствовал сам юбиляр: «Я заканчиваю воспоминанием об одном моменте: мы чествовали Брюсова. Много было всевозможных вещей и поздравлений, живописен был момент, когда представители армянского народа положили свой национальный музыкальный инструмент к ногам поэта, превратившего в достояние русской культуры лучшие плоды их поэзии. И вот в самом конце Брюсов заявил, что вместо благодарности он попытается прочесть несколько своих стихотворений. Он вышел на авансцену. Он был бледен, как смерть, страшно взволнован. Он чувствовал, что в этот момент лично выступает перед народом, представленным этой переполненной залой; и своим четким, хотя и глуховатым голосом, слегка картавя, стараясь говорить, как можно громче, он прочел свой ответ на пушкинскую тему «Медный всадник» и свой гимн новой Москве. В ритме этих стихотворений, каждом обороте и образе, как и в этом бледном лице с загоревшимися глазами, со спутанным вспотевшим чубом надо лбом, было столько энтузиастической веры в новую грозную и плодотворную силу, что зал разразился громкими аплодисментами, и все почувствовали, как потускнели остальные моменты юбилейного чествования» [5, c. 439].

Арсенал способов чествования писателей-юбиляров был очень обширен и во многом зависел от масштаба личности – чем крупнее фигура, тем более изобретательно и с большим размахом отмечали его знаменательные даты. Самыми запоминающимися в истории отечественной литературы можно назвать, пожалуй, юбилеи «солнца русской поэзии» А.С. Пушкина. Они широко освещались в прессе и литературе. Значительное внимание имени Пушкина и связанным с его биографией и творческим наследием важнейших датам уделялось как в Российской империи, так и в Советском Союзе. Рассмотрим формирование модели празднования «писательского юбилея» на примере торжеств, посвященных А.С. Пушкину.

Массовые празднества были приурочены к открытию памятника Пушкину 6 июня 1800 г. в Москве. Это событие было увековечено в газетных статьях, воспоминаниях современников. Подробно оно было описано в статье советского литературного критика В.В. Тренина [6, c. 232-240]. Тренин рассматривает пушкинский юбилей через призму советской идеологии, отсюда – критический тон его статьи. Описание автор начинает с замечания по поводу недостаточного внимания и довольно однобокого восприятия фигуры поэта в царской России и недооценки его творчества. В качестве аргумента он приводит факт распродажи собрания сочинений Пушкина за полцены.

Центральным пунктом публичных торжеств, которые продолжались несколько дней, стало открытие памятника Пушкину работы скульптора А.М. Опекушина на Тверском бульваре (площадь Пушкина). Церемония открытия памятника на Тверском бульваре началась в 10 часов утра 6 июня богослужением в Страстном монастыре. На мероприятии присутствовали делегаты от различных учреждений с венками в руках, везде были вывешены триколоры с названиями учреждений, приславших делегации. Член Государственного совета генерал принц Ольденбургский в сопровождении свиты и членов семьи поэта открыл памятник, были возложены венки к пьедесталу. На открытии присутствовали общественные деятели, писатели, среди них – Ф.М. Достоевский.

8 июня состоялось заседание Общества любителей российской словесности, на котором Достоевский произнес речь о Пушкине. Были присланы многочисленные телеграммы и письма из-за рубежа и из губерний России, от учреждений культуры, издательств и т.д.

На втором пушкинском вечере в Благородном собрании также участвовали Достоевский и Тургенев. В программу вечера входили: исполнение увертюры оперы «Руслан и Людмила» М.И. Глинки, чтение трагедии «Моцарт и Сальери», стихотворения «Зима» в исполнении И.С. Тургенева, ряда стихов и поэм Достоевским, завершился вечер чтением Достоевским стиха «Пророк».  

Еще до открытия памятника был организован пушкинский праздник в саду «Эрмитаж». Особым образом была продумана планировка сада: на входной арке – родословная Пушкина, павильон, исполняющий роль гардероба, обозначен как «Домик в Коломне», за ним установлена статуя поэта. Вторая зона – «Воспитатели» – посвящена литературным наставникам Пушкина. Эффектной задумкой главной аллеи «Пребывание в лицее» должна была стать лента из увешанных фонариками букв, которые складываются во фразу «Я памятник себе воздвиг нерукотворный». Однако раскрыть эту идею в полной мере помешал дождь, который, по отзывам в газете, испортил, кроме того, обещанное театральное действо, запланированный фейерверк и живые картины.

Центральная площадка сада с театром должна была изображать «Славу Пушкина», ключевым элементом композиции стала олицетворяющая славу статуя с электрическим фонарем, окруженная ореолом из фольги и надписью: «Да здравствует солнце, да скроется тьма». На столбах были развешаны лавровые венки с заглавиями поэм Пушкина. Ресторан в саду на этот вечер приобрел название «Пир во время чумы». Иное обрамление составляли: транспарант с автографом Пушкина у постамента с надписью: «Подарок Гете», а также названия стихов и прозы писателя, рассредоточенные по всему саду. Еще один памятник в саду копировал памятник на Тверском бульваре. Боковые аллеи были посвящены пушкинским путешествиям на Кавказ, в Бессарабию и т.д. праздничную атмосферу, помимо убранства сада, дополняли театрализованные представления; элементами сценического действа стали цыганский табор, «круг скоморохов», окруженный надписями из пушкинских сказок и пр. 

Последний раздел – «Кончина Пушкина» должна была по схеме располагаться за прудом, но т.к. был дождь, то переправляться через пруд никто не рискнул.

Описывая юбилейные торжества, В.В. Тренин замечает, что это стало «переломным моментом» [6, c. 232] в отношении к поэту, но при этом автор не может удержаться от критики. Он иронизирует над купеческой роскошью, с которой было обставлено чествование, предназначенной исключительно развлечение публики, но не привнесшей ничего в плане популяризации произведений великого поэта. Более того, это стало литературным праздником исключительно для писателей и интеллигенции, но не для простого народа, который не был допущен к чествованиям. Автор указывает и на неоднозначную оценку пушкинского творчества, приводит примеры негативного отношения духовенства и отчасти чиновничества. Так, отдельные служители церкви критически высказывались о нравственной стороне некоторых произведений, например, «Сказки о попе и о работнике его Балде» и поэме «Гавриилиада». Писатели также не выказали рвения в стремлении почтить память поэта – на столичных пушкинских вечерах выступали преимущественно историки и профессора-словесники. И даже в селе Михайловском, знаковом для поэта месте, публика осталась недовольна, т.к. входные билеты оказались не всем по карману.

Программа праздничных мероприятий разрабатывалась заранее: молебны, собрания и лекции, выставки и балы, музыкальные и театральные представления, распространение дешевых изданий сочинений Пушкина. Эти торжества получили всеобщий отклик и широко освещались в печати. В прессе были опубликованы следующие предложения: выкупить у потомков сохранившуюся личную библиотеку поэта, создать словарь пушкинского литературного языка, выпустить «пушкинское лото» (настольную игру на тексты произведений), соорудить памятники поэту, а на месте дуэли классика с Дантесом поставить памятную часовню с неугасаемой лампадой. 

Подробное описание этих торжеств дал А. Александров в своей статье [7, c. 492-517]. Из наиболее значимых и запоминающихся мероприятий он упоминает, к примеру, литературно-художественный вечер памяти поэта 29 января и публичное собрание Императорской Академии наук 26 мая в здании консерватории в Санкт-Петербурге (в рамках собрания звучали торжественные речи, приветствия, в финале была исполнена кантата на юбилей Пушкина, созданная великим князем Константином Романовым и композитором А.К. Глазуновым).

27 мая Комитетом соединенных литературных и художественных общества в Таврическом дворце был устроен пушкинский праздник с музыкальными и театральными представлениями. Звучали произведения А.С. Танеева, А.С. Аренского, Ц.А. Кюи, С.В. Рахманинова в исполнении Придворного хора Капеллы и артистов Императорской оперы, в числе которых выступал Ф.И. Шаляпин. 31 мая в Зоологическом саду также был устроен праздник для детей городских начальных училищ, в программе – феерия «Царь Салтан», разнообразные дивертисменты. Одним из центров торжеств стали Святые Горы и село Михайловское, здесь прошли богослужение и панихида, торжественное заседание во временном театре, а также гуляния и представления для народа. Впервые для придания всенародного характера юбилейным торжествам была задействована реклама (афиши, открытки, календари, упаковка, проводились народные гуляния и представления, балаганные увеселения). Юбилейный год ознаменовался появлением многочисленных обществ им. А.С. Пушкина, открытием Пушкинских домов, школ, народных читален в разных городах империи. Издавались многочисленные труды о жизни Пушкина, переиздания его сочинений, статьи в журналах и газетах. На юбилейной выставке Академии наук была представлена скульптура – бюст поэта работы скульптора И.П. Витали.

Упоминания о некоторых нюансах этих празднеств мы встречаем в сочинениях В.В. Вересаева и В.А. Гиляровского. Например, о том, что в Москве писательское сообщество отметило этот день праздничным обедом в роскошном колонном зале известного ресторана «Эрмитаж». В Петербурге были празднично убраны улицы, Пушкинская улица была украшена аркой со стихами поэта, гербами, флагами, гирляндами из флагов, а само торжество начиналось традиционным богослужением и панихидой. Отметили этот юбилей официальные учреждения и приверженная правительству печать, с общественно-политической и литературной газетой «Новое время» во главе. Особое, без разрешения власти, чествование памяти, чествование памяти поэта устроила «левая» литература, далеко от центра, на Крестовском острове, в помещении речного яхт-клуба: «Вечер был чисто-весенний, ясный и теплый. Банкет прошел с большим подъемом и задушевностью. К ночи вдруг подул холодный ветер и повалил мокрый снег, – настоящая поднялась вьюга. Часа в два ночи нам подан был от яхт-клуба пароход для доставки нас в город» [8, c. 374].

100-летие Пушкина отмечалось практически повсеместно, но особенно – в знаковых для поэта местах. Одним из них, к примеру, была усадьба Остафьево литературного критика и друга Пушкина князя П.А. Вяземского. 26 мая 1899 г. последний владелец усадьбы граф С.Д. Шереметев и его жена, внучка П.А. Вяземского, объявили о создании музея, в экспозицию которого вошли подлинные мемориальные предметы, связанные с Пушкиным. А в 1913 г. Шереметевы открыли в усадебном парке памятник Пушкину и П.А. Вяземскому с В.А. Жуковским [2.2.]. Памятник был выполнен по проекту Н.З. Панова. Фигура поэта исполнена с гипсового оригинала А.М. Опекушина. Впоследствии в Остафьеве остался лишь постамент с барельефом, изображающим поэта, скульптура была перевезена во Всесоюзный музей А.С. Пушкина (Ленинград).

Этот памятник упоминает и Луначарский в одной из своих самых объемных статей о значении творчества Пушкина для отечественной литературы. Эпизод с памятником весьма выразителен: «Года три-четыре назад я гулял по парку в Остафьеве – бывшем имении Вяземских, где Пушкин часто бывал. Превосходный старый парк Вяземских украшен рядом памятников – Жуковскому, Карамзину, самому Вяземскому. Среди этих памятников есть небольшой памятник Пушкину, сделанный тем же скульптором, которому принадлежит монумент на Страстном бульваре. В порядке экскурсии парк посетила небольшая группа комсомольцев: три-четыре парня, три-четыре девушки. Они с интересом ходили по музею, в который превращено жилье Вяземских, по парку и остановились перед памятником Пушкину. Один из них наклонился (надпись стала несколько неразборчивой) и прочитал: «Здравствуй, племя младое, незнакомое».

Я стоял совсем неподалеку и был поражен необыкновенной уместностью, которую в этой обстановке приобрела надпись. По-видимому, поражены были и комсомольцы. Они как-то затихли и переглянулись между собой. Прямо к ним обратился великий голос из-за гроба Маленькая комсомолка в красном платочке подняла к Пушкину глаза, полные некоторой робости, удивления, но и дружелюбия, и негромко сказала:

- Здравствуй, Пушкин» [9, c. 88-89].

Луначарский посвятил Пушкину несколько публикаций, и это вполне объяснимо: «Пушкин был русской весной, Пушкин был русским утром, Пушкин был русским Адамом. Что сделали в Италии Данте и Петрарка, во Франции – великаны XVII века, в Германии – Лессинг, Шиллер и Гете, - то сделал для нас Пушкин» [10, c. 35]. Значение Пушкина для русской литературы и русского народа неисчерпаемо. Пушкин был одинаково важен и почитаем и приверженцам классической литературы, и новых направлений, имя Пушкина с благоговением упоминал «певец революции» В.В. Маяковский.

В 1920-1930-е гг., как и в случае с другими отечественными писателями, происходило переосмысление творчества Пушкина с учетом новых, социалистических, реалий. В 1921 г., в годовщину кончины поэта, петроградскими литературно-научными организациями было принято решение не просто о проведении очередных юбилейных мероприятий, но и о ежегодном чествовании поэта в день его смерти. На следующий же год в Доме Союзов состоялся вечер, посвященный 85-й годовщине со дня кончины Пушкина. Велась подготовка к изданию полного собрания сочинений поэта, сопровождаемого комментариями, его биографией. Постепенно «пушкиноведение» становилось самостоятельной отраслью знания.

В 1937 г. в СССР отмечали скорбную дату –100-летие со дня гибели Пушкина. Инициатива об увековечивании этой даты исходила от Л.Б. Каменева, который объясняет это значением Пушкина как «основоположника новой русской литературы и непревзойденного за сто лет поэта» и задачами социалистического культурного строительства. А. Александров в своей статье раскрывает некоторые нюансы этой даты. По словам автора, 16 декабря 1935 г. было издано постановление ЦИК СССР об учреждении Всесоюзного Пушкинского комитета. В его состав вошло 50 человек, среди которых практически все известные писатели (Горький, Толстой, Фадеев, Айни и др.), несколько деятелей театра (Немирович-Данченко, Мейерхольд), ряд академиков (Бухарин, Карпинский), несколько членов правительства (Ворошилов, Булганин). Был разработан план мероприятий, для руководства были созданы пушкинские комитеты по всему Союзу: «Подготовка <…> широко развернулась в партийных и комсомольских организациях, на заводах, в колхозах, в Красной Армии, в школах и вызвала творческие соревнования писателей и художников, ученых и музыкантов, артистов и педагогов.

Пушкинский юбилей приобрел характер всенародного праздника социалистической культуры» [7, c. 492]. Вечером 10 февраля 1937 г. в Москве, в Большом театре СССР состоялось торжественное заседание. Театр был празднично украшен гирляндами цветов, строками из произведений на полотнищах, скульптурой Пушкина на сцене. Присутствовали делегаты фабрик, заводов, научных и литературных учреждений, дипломатического корпуса. Помимо членов Пушкинского комитета присутствовало все руководство советской страны во главе со Сталиным. Приветственную речь произнес нарком просвещения РСФСР А.С. Бубнов, с докладом о жизни и творчестве Пушкина выступили директор Института мировой литературы им. Горького, затем поэты, драматурги, ученые. После заседания состоялся большой концерт. Заседание транслировали по всей стране. Спектакли и концерты состоялись в тот день во всех театрах СССР, повсеместно прошли торжественные заседания, митинги, конференции и концерты. 10 февраля на Пушкинской площади состоялся митинг по случаю закладки нового памятника поэту, на котором собралось почти 25 тысяч человек. Также в Ленинграде состоялось торжественное заседание 11 февраля в Государственном театре оперы и балета им. С.М. Кирова. Институт литературы Академии наук СССР провел с 7 по 9 февраля пушкинскую конференцию в Ленинграде; 13 февраля открылась пушкинская сессия Академии наук (она продолжалась до 15 февраля), на которой были заслушаны различные доклады.

Следующий пушкинский юбилей, 150-летие со дня рождения, отмечался в 1949 г. В это празднование власть вкладывала новые политические смыслы. Юбилейный номер газеты «Правда» от 6 июня 1949 г. давал миллионам читателей новое ощущение праздника. Номер начинался с передовой статьи «Слава и гордость великого русского народа»: «Эта юбилейная дата превратилась в подлинно всенародный праздник. Пушкина знают и любят во всех уголках советской земли. Имя Пушкина великий вождь трудящихся товарищ Сталин назвал в ряду имен самых выдающихся сынов великой русской нации – имен, составляющих славу нашего народа, его патриотическую гордость» [2.1.].

О послевоенных юбилейных датах Пушкина и Гоголя в РГАСПИ сохранились знаковые для эпохи документы, часть которых публикуется ниже. В докладной записке председателя Комитета по делам искусств при Совете министров СССР в ЦК ВКП(б) о мероприятиях в связи со 150-летием со дня рождения поэта от 23 мая 1949 г. на имя секретаря ЦК ВКП(б) Г.М. Маленкова указывается, что Всесоюзный юбилейный комитет (под председательством А. Фадеева) намеревается провести 6 июня 1937 г. в Большом театре торжественное заседание, посвященное Пушкину. После заседания планируется провести банкет. В связи с организацией мероприятия излагается просьба предоставить помещение Большого тетра для вышеозначенных мероприятий. Еще одна докладная записка от 17.03.1949 г. в ЦК ВКП(б) от Союза советских писателей обосновывает необходимость приглашения делегации иностранных писателей на празднование 150-летнего юбилея поэта. Отмечен в частности массовый характер празднований этой даты во многих странах и целесообразность приглашения прогрессивных писателей с мировым именем, а также руководителей прогрессивных писательских организаций и крупнейших переводчиков произведений Пушкина (указывается примерно общее количество делегатов – 30 писателей из 20-25 стран на три недели, чтобы иностранцы имели возможность посетить исторические «пушкинские» места и за пределами столичных Ленинграда и Москвы. Расходы по пребыванию и приезду писателей предлагалось возложить на Всесоюзной общество культурных связей с заграницей (ВОКС). Список приглашенных прилагался. Пушкинская годовщина 1949 г. стала, по сути, праздником интернациональным. На торжественном митинге и возложении цветов выступали литераторы из социалистических стран, которых пригласили в Москву с санкции Маленкова с оплатой всех расходов по поездке.

Сохранились и другие документы, например, ходатайство Совета министров УССР от 27 мая 1949 г. о присвоении имени поэта Днепропетровскому государственному университету и об учреждении для студентов-филологов ряда украинских вузов стипендий имени Пушкина.

В рамках юбилейных чествований намечался ряд мемориальных выставок (в первую очередь в Москве и в городе Пушкине), которые должны были быть открыты к 1 июня 1949 г. В г. Пушкине выставку предполагалось открыть в помещениях бывшего Александровского дворца и бывшего Царскосельского лицея. Необходимые средства для организации там выставок должна была выделить Академия Наук СССР. В г. Москве организация выставки возлагалась на Государственный литературный музей, в предоставленном ему помещении по ул. Кропоткина, 12. Проблемой, однако, была заминка с передачей Литературному музею указанного помещения, его оформлением. Не был также решен вопрос о выделении музею необходимых для организации выставки средств и материалов. Всесоюзный Комитет по проведению 150-летия со дня рождения А.С. Пушкина обратился к Г.М. Маленкову с просьбой помочь в срочном разрешении этих вопросов.

Традиции массового и масштабного чествования, пожалуй, самого узнаваемого, популярного, любимого писателя продолжаются и в наше время.

Как мы уже могли заметить по описанию писательских юбилеев в XIX – первой половине ХХ вв., праздничные мероприятия не проходили хаотично и спонтанно, а проводились централизованно, в соответствии с утвержденным правительством планом и были подчинены определенному регламенту. В структуре писательских юбилеев прослеживаются некие общие закономерности и формирующуюся структуру празднований. Рассмотрим далее некоторые из них.

Подготовка к любому из юбилеев начиналась заранее. Срок подготовки увеличивался прямо пропорционально в зависимости от величины чествуемой фигуры и значимости даты – к 100-летию столпов отечественной литературы начинали готовиться минимум за несколько лет до юбилейных дат. Внимание власти и общественности фокусировалось в первую очередь на локациях, связанных непосредственно с жизнью и деятельностью юбиляров, особенному попечению и контролю подлежали мемориальные объекты.

Инициатива празднования юбилеев того или иного писателя исходила от правительства (иногда инициировалась общественностью, но в любом случае должна была получить одобрение и санкцию на проведение власть предержащих), была во многом продиктована значимостью фигуры писателя для культуры и духовного развития страны.

Проведению юбилейных торжеств предшествовало создание организационной структуры – юбилейного комитета (или комиссии), координирующей общую работу более мелких структур и исполнителей плана. В состав такого руководящего органа включались представители власти (члены правящей династии либо, если речь идет о советской эпохе, - члены правительства), научного сообщества (члены Академии наук), профессионального сообщества (писатели, литературные критики, философы), общественные деятели.

География празднования юбилея могла быть довольно обширной. Большая часть мероприятий проходила повсеместно внутри страны: основные торжества, разумеется, в столичных Москве и Ленинграде, но также и в других городах РСФСР и за пределами страны. В первую очередь, это были союзные республики, но не только. От места проведения во многом зависели масштабность и размах праздничных мероприятий. В столичных городах, как правило, проходило все более зрелищно, массово, разнообразно по формам и видам чествований и не ограничивалось одним или двумя днями – порой юбилейные торжества затягивались на несколько недель. По мере удаления от центра, в провинции, все обстояло гораздо скромнее. Праздничные мероприятия наиболее значимых писателей-юбиляров, как правило, не были закрытыми, предполагали участие широкой общественности, однако формат их зависел от «целевой аудитории»: балы и торжественные приемы для «элиты», народные гуляния – для простых обывателей.

Признание исключительных заслуг и масштаба личности отечественных авторов могло принимать самые разные формы. Обязательным шагом в преддверии юбилея каждого общественно значимого писателя было издание и переиздание его произведений, подготовка собрания сочинений, посвященных ему публикаций и научных монографий, памятных книг и брошюр, художественных альбомов. К 100-летию со дня кончины Н.В. Гоголя в 1952 г. было приурочено издание его полного собрания сочинений. К юбилеям издавались и переиздавались собрания сочинений А.С. Пушкина, Л.Н. Толстого, М. Горького, причем не только на русском языке, но и в переводах.

Формы чествований писателей-юбиляров варьировались от классических до новых (порой даже экспериментальных) жанров. Назовем некоторые из них. Если речь идет о дореволюционной России, то обязательным было участие духовенства, а все праздничные мероприятия открывались общим молебном. При советской власти, разумеется, эта составляющая была упразднена. Общим элементом в структуре празднований, характерным и для досоветской и советской России, было торжественное заседание, дававшее старт череде юбилейных празднеств. Это официальное действо проходило в стенах научного или культурного учреждения (это мог быть, например, зал заседаний Академии наук или Большой театр). Программа такого торжественного вечера состояла из приветственных речей членов правительства (либо августейших особ) – глав юбилейных комитетов, крупных общественных деятелей, представителей профессионального сообщества, выдающихся «собратьев по цеху» (писателей или поэтов), иногда родственников. За пленарной частью следовала концертная программа, которая включала не только литературно-художественные, поэтические, но и музыкально-сценические, танцевальные номера, фрагменты спектаклей и др. В юбилейные дни проходило множество научных и публичных мероприятий. Это могли быть научно-практические конференции, симпозиумы, заседания литературных обществ. Распространенными, популярными и доступными для широких слоев населения были публичные лекции, лектории, литературные вечера и встречи, читки произведений. Сюда же можно отнести   проведение общественных собраний и даже митингов.

Фигура корифея от литературы могла быть увековечена в виде памятника или монумента. Открытие памятников было приурочено к юбилейным дням, а возложение цветов к ним являлось неотъемлемой частью юбилейного церемониала. Это было в случае и с чествованиями А.С. Пушкина, Л.Н. Толстого, Н.В. Гоголя. Из русских классиков «советской канонизации», по мнению Николаева и Попова, помимо Пушкина, Толстого и Гоголя удостоились также Тургенев и Салтыков-Щедрин [1, c. 144].

Богатством и разнообразием отличалась палитра культурно-досуговых мероприятий. Хореографические, оперные, драматически постановки, спектакли, концерты симфонической музыки, перформансы, театрализованные экскурсии, музыкальные, поэтические, даже живописные посвящения, художественные и документальные фильмы, экранизации произведений – перечислить все формы невозможно. Апелляция к имени и памяти писателя-юбиляра приобретала поистине вселенский размах и массовый характер. Мы подробно останавливались на обширной палитре массовых мероприятий к пушкинским юбилеям. Нечто подобное происходило и в отношении юбилея Толстого. Совместно с Главполитпросветом была разработана программа «толстовских вечеров», которые проходили и по мелким клубам, в деревня, тогда как центральные торжества сопровождались заседаниями, лекциями, спектаклями в театрах, постановками фильмов, радиопостановками. 

Если речь идет о личности эпохального масштаба, такой, как Пушкин, то в качестве непременной составляющей юбилейных событий мог быть выпуск печатной и сувенирной продукции с юбилейной символикой (например, открыток, плакатов, юбилейной серии марок), включение произведений автора в школьную, обязательную для изучения, программу и введение дополнительных «уроков памяти».

Таким образом, формы и способы чествований и увековечивания памяти выдающихся отечественных писателей чрезвычайно разнообразны и могут стать предметом отдельного исследования. Вместе с тем, от даты к дате увеличивается число выразительных средств юбилейных торжеств – разножанровых и разновидовых форм мероприятий, от религиозных – до внутриполитических, прославляющих на всех этапах своего воплощения фигуру литературного гения.

1. Николаев Р.М., Попов Е.А. Литературные юбилеи в СССР и практики коммеморации в сталинской культуре. Известия Уральского федерального университета. Серия 1: Проблемы образования, науки и культуры, Т. 27. № 4 /2021: Т. 27. № 4 /2021. С. 107, C. 144.
2. Луначарский А.В. Собрание сочинений. Т.1 Русская литература: статьи, доклады, речи (1903-1933). - М.: Изд-во «Художественная литература». 1963; Луначарский А.В. Собрание сочинений. Т.2 М. Горький. Советская литература: статьи, доклады, речи (1904-1933). - М.: Изд-во «Художественная литература». 1964.
3. К юбилею Л.Н. Толстого // Луначарский А.В. Собрание сочинений. Т.1 Русская литература: статьи, доклады, речи (1903-1933). - М.: Изд-во «Художественная литература». 1963. С. 319.
4. Горький. К 40-летнему юбилею // Луначарский А.В. Собрание сочинений. Т.2 М. Горький. Советская литература: статьи, доклады, речи (1904-1933). - М.: Изд-во «Художественная литература». 1964. С. 155.
5. В.Я. Брюсов // Луначарский А.В. Собрание сочинений. Т.1 Русская литература: статьи, доклады, речи (1903-1933). - М.: Изд-во «Художественная литература». 1963. С. 439.
6. Тренин В.В. Как чествовали Пушкина в царской России // Литературный критик (ежемесячный журнал литературной теории критики и истории литературы). Книга первая. Январь 1937. Гослитиздат. С. 232 – 240.
7. Александров А. Подготовка и проведение Пушкинского юбилея в СССР // Пушкин. Временник Пушкинской комиссиии / АН СССР. Институт литературы. – М,Л.: Изд-во АН СССР, 1937, Вып. 3. С. 492 – 517.
8. Вересаев В.В. Литературные воспоминания // Воспоминания (Собрания сочинений в пяти томах). Т. 5. М.: Изд-во «Правда». 1961. С. 374.
9. Александр Сергеевич Пушкин (1930). // Луначарский А.В. Собрание сочинений. Т.1 Русская литература: статьи, доклады, речи (1903-1933). - М.: Изд-во «Художественная литература». 1963. С. 88-89.
10. Еще о Пушкине // Луначарский А.В. Собрание сочинений. Т.1 Русская литература: статьи, доклады, речи (1903-1933). - М.: Изд-во «Художественная литература». 1963. С.35.

Список источников
2.1. Документы РГАСПИ о праздновании юбилеев великих русских писателей публикуются впервые. [Электронный ресурс]. URL: https://news.rambler.ru/community/51529276-dokumenty-rgaspi-o-prazdnovanii-yubileev-velikih-russkih-pisateley-publikuyutsya-vpervye. Дата обращения: 22.08.2024.
2.2. Пушкин в Остафьеве. [Электронный ресурс]. URL: https://ostafyevomuseum.ru/museum/pages-history/detail.php?ID=8845. Дата обращения: 14.08.2024