Культура

Креативность и городская среда: философский аспект

Суховская Дарья Николаевна
канд. философ. наук, доцент кафедры «Исторических и социально-философских дисциплин, востоковедения и теологии», Пятигорский государственный университет, РФ, г. Пятигорск, daria.sukhovskaya@yahoo.com
Прилепко Полина Юрьевна
студент, Пятигорский государственный университет, РФ, г. Пятигорск, polinaprilepko3@gmail.com

Аннотация: Статья посвящена феномену креативности, как важнейшему элементу культурной политики города, осмысленному в философском ключе. Креативность интерпретируется не только как инновационный ресурс и форма «нового капитала» (Ч. Лэндри), но и как социальная ткань, формирующая идентичность и символическое пространство урбанистической среды. Опираясь на идеи Д. Н. Суховской, А. Лефевра, Ж. Делёза, Г. Дебора и О. Русаковой, авторы анализируют город как коммуникативно-семиотическую среду, в которой креативные практики трансформируют пространство, идентичность и социальные связи. Подчёркивается роль креативных кластеров, арт-зон и фестивалей как инструментов культурной политики, формирующих новые метанарративы и символическую идентичность города. Особое внимание уделяется философской интерпретации креативного города как «города-перформанса», сцены для производства смыслов, символов и новых форм коммуникации. Делается вывод о том, что креативность становится неотъемлемым условием развития современного города, обеспечивая его устойчивость, свободу и открытость к будущему.
Ключевые слова: креативность; креативный город; философия города; культурная политика; символическое производство; городская идентичность; социальные связи; перформативность; ризома; общество спектакля.

Sukhovskaya Darya Nikolaevna
Cand. philosopher. Sci., Associate Professor of the Department "Historical and Socio-Philosophical Disciplines, Oriental Studies and Theology", Pyatigorsk State University, Russian Federation, Pyatigorsk
Prilepko Polina Yuryevna
student, Pyatigorsk State University, Russian Federation, Pyatigorsk

Abstract: The article is devoted to the phenomenon of creativity as the most important element of the cultural policy of the city, comprehended in a philosophical key. Creativity is interpreted not only as an innovative resource and a form of "new capital" (C. Landry), but also as a social fabric that forms the identity and symbolic space of the urban environment. Based on the ideas of D. N. Sukhovskaya, A. Lefebvre, J. Deleuze, G. Debord and O. Rusakova, the author analyzes the city as a communicative and semiotic environment in which creative practices transform space, identity and social ties. The role of creative clusters, art zones and festivals as tools of cultural policy that form new metanarratives and symbolic identity of the city is emphasized. Particular attention is paid to the philosophical interpretation of the creative city as a "performance city", a stage for the production of meanings, symbols and new forms of communication. It is concluded that creativity is becoming an integral condition for the development of a modern city, ensuring its stability, freedom and openness to the future.
Keywords: creativity; creative city; philosophy of the city; cultural policy; symbolic production; urban identity; social connections; performativity; rhizome; society of the spectacle.

Креативность в контексте города понимается как способность преобразовывать урбанистическое пространство и социальные отношения через творческую активность. В духе Чарльза Лэндри, креативность рассматривается как «новая форма капитала, связанная с человеческим развитием» – она позволяет видеть возможные сценарии будущего и «творить желаемое будущее, а не просто реагировать на вызовы времени» [8, с. 3]. Город становится своеобразным кластером для творческих инициатив: современное городское пространство всё больше представляет собой сеть креативных пространств, где развивается творческий потенциал личности.

С философской точки зрения креативность обозначает не только инновационные подходы к решению практических задач, но и становится основой для формирования новой социальной ткани. По мнению Д.Н. Суховской, урбанизированная среда ориентируется на «представителя креативного класса», творческую личность, испытывающую потребность в самореализации и «находящуюся в поиске пространств для выражения собственного креативного потенциала» [1, c. 25]. Городская среда в таком понимании — это подвижная «коммуникативно-семиотическая среда», открывающая широкий спектр возможностей для самовыражения и творческого общения. Она становится не только физическим, но и дискурсивным пространством, в котором возникают новые смысловые констелляции и образуются сообщества по интересам.

Культурная политика города использует креативность как стратегию трансформации городской идентичности и имиджа. В практиках муниципалитетов и общественных организаций создаются креативные кластеры, арт-зоны, коворкинги и фестивали, которые привлекают творческий контингент и «становление новой идентичности связано с поиском новых форм участия бизнеса в развитии культуры». Формируя креативную индустрию, городские власти стремятся повысить конкурентоспособность города, делая упор на инновации и культурное разнообразие [2, c. 152].

Однако Д.Н. Суховская отмечает, что в России креативные пространства пока «не стали приоритетом в развитии» и не нашли широкой поддержки на уровне государственной политики [3, c. 102]. Это означает, что культурная политика зачастую отстает от запросов креативного класса: финансирование больше ориентировано на сохранение наследия, чем на поощрение новой культуры. В то же время отдельные регионы начинают инициативы снизу – картографируются локальные творческие кластеры, поддерживаются стартапы в сфере искусства и дизайна. В таких условиях культурная политика города может играть роль медиатора, формируя площадки (например, реновация заводских помещений в арт-резиденции, как в московском дизайн-заводе «Флакон») для творческих практик и тем самым способствуя формированию «городского бренда» и символической идентичности.

Креативные практики преобразуют город как феномен по нескольким направлениям:

1. Пространство. Артистические и инновационные проекты ревитализируют урбанистические ландшафты. Как отмечает Н. Смирнов, современные художники и активисты становятся «онтологическими скульпторами городского тела, создавая новые множественные режимы существования и воображения городского пространства» [4, c. 41]. Музыкальные флешмобы, стрит-арт, перформансы и «дрифт» по городу (психогеография) не просто представляют пространство, а конструируют альтернативный опыт его переживания. Например, в Берлине после падения стены в 1989 году стрит-арт и временные арт-зоны (как в районе Кройцберг) превратили заброшенные пространства в символы свободы и креативности, изменив физический и символический ландшафт города.
2. Идентичность. Креативные практики формируют городские метанарративы. В творческих индустриях возникают «городские мифологии» и символы, которые наполняют город смыслом. По Лефевру, на современном этапе человечество перешло «от производства товарного мира к производству пространства как тотальности», причём «наиболее эффективно присваиваемые пространства — те, которые заняты символами» [5, c. 1]. Иными словами, городские акторы захватывают город через культуру: фестивали, паблик-арт, фестивальные кварталы становятся местами, где конструируется новая городская идентичность.
3. Социальные связи. Креативные пространства и ивенты объединяют людей по интересам, создают сети взаимодействия. В них складываются сообщества творцов, предпринимателей, горожан, вовлечённых в совместные проекты. Физические коворкинги и цифровые платформы творческой экономики способствуют «семиотическому самообновлению» социальных связей – они продуцируют новые смыслы и расширяют горизонты гражданских инициатив. Таким образом, креативные практики преодолевают отчуждение городской жизни, способствуя солидарности и конструктивному обмену идеями на локальном уровне.

Креативный город философски понимается как пространство символического производства, где творчество и коммуникация неразрывно связаны. По Лефевру, человек есть «символизирующее животное», постепенно освобождающееся от «царства несвободы» и создающее свой мир как символическую форму. В этой парадигме город — не просто урбанистический организм, а своего рода «площадка для значений»: производство общественного пространства становится актом самосозидания через символы. А. Лефевр подчёркивает, что в современном капитале общество смещается от производства товаров к «производству пространства как тотальности», где на первое место выходит возведение городских символов и знаков.

В этом свете креативный город выступает ареной свободы. Как пишет О. Русакова, современный город всё более представляется «коммуникативно-семиотической средой», предоставляющей жителям «широкий спектр возможностей саморазвития и творческого общения» [6, с. 80]. Горожане получают право на участие (англ. right to the city) не только через политические институты, но и через культурно-смысловые практики. Создавая свои символы и истории, они расширяют поле свободы выражения. Творчество здесь — это не механическое удовлетворение потребления, а акт речи, диалога и символического сопротивления рутинности. Креативность позволяет горожанам «видеть будущие сценарии» и активно формировать своё пространство, а не пассивно конформироваться с заданным порядком.

Рассмотрим, как концепция креативного города соотносится с идеями других теоретиков. Ги Дебор в «Обществе спектакля» описывал современный город как мир образов, где «зрелище» служит инструментом капитала, отвлекающим и «успокаивающим массы» [7, c. 132]. По Дебору, капитализм по сути своей «нетворческий», а доминирующие медиа упрощают реальность до набора внешних образов и потребительских фрагментов. В противовес этому креативный город видится как пространство, где зрелище разрушается через аутентичное творчество граждан. То, что Дебор считал «деградацией» жизни, в перспективе креативного города может быть преодолено коллективным производством новых смыслов и участием самих горожан в культурной политике.

Анри Лефевр подчёркивал, что городское пространство «производится» социально и символически. С его позиции, трансформация города возможна лишь при радикальном преобразовании пространственных практик. Креативная политика, меняя назначение и образ городских пространств, фактически участвует в этом производстве. Активные творцы и простые жители становятся соавторами городского текста: они влияют не только на физический облик, но и на скрытые структуры представлений, включая «воображение пространства». Это соответствует третьему (глубокому) форманту Лефевра. Важный урок Лефевра: творчество и индустрии культуры должны удерживаться вместе, поскольку именно их «продуктивное противоречие» рождает новый облик города.

Философия Жиля Делёза предлагает дополнить эту картину идеей нескончаемой дифференции и становления. Делёз связывал творчество с потоками желания, движущимися через социальную машину, и с линиями нетеоретизированного движения (линии бега, lines of flight). С позиций «делёзиевского урбанизма», креативный город можно представить как «ризому» – сеть мигрирующих идей и практик, подрывающих устоявшийся порядок. В такой перспективе креативность – это постоянная деконструкция городских структур и рутинов, открытие новых траекторий бытия. Она ставит под сомнение статические представления о городе, вводя элементы непредсказуемости и множественности.

Таким образом, креативность как культурная политика проявляется в преобразовании города из пространства пассивного потребления в пространство активного смыслообразования. Креативный город – это «город-перформанс», где артисты и граждане совместно создают урбанистическую драматургию. Эта концепция оказывается актуальной не только в социально-экономическом, но и в философском плане: она расширяет понимание города, представляя его как сцену для непрерывного символического диалога, нацеленного на свободу и саморазвитие горожан.

1. Ермакова Л.И., Суховская Д.Н., Погосян Л.Р. Развитие культурных индустрий в Китае // Научно-методический электронный журнал "Концепт". 2017. № S5. С. 24-28.
2. Беляева К.В. Креативный город: города в борьбе за креативный ресурс // Научное сообщество студентов. Междисциплинарные исследования: сб. ст. по материалам CLXXX студенческой международной научно-практической конференции. Новосибирск, 2024. С. 151-159.
3. Суховская Д.Н. Деструктивное влияние креативных пространств поселений на процессы социализации и самореализации личности и среду ее формирования в условиях глобализации // European Social Science Journal. 2015. № 1-2. С. 100-106.
4. Смирнов Н.А. Искусство действия в городской среде // Городские исследования и практики. 2016. Т. 1, № 1 (2). С. 39-54. URL: https://elibrary.ru/item.asp?id=30290413 (дата обращения: 27.08.2025).
5. Лефевр А. Производство пространства // Логос. 2015. № 4 (103). С. 1.
6. Русакова О.Ф. Концепт и стратегия креативного города // Науч. журнал "Дискурс-Пи". 2013. № 13. С. 78-82. URL: https://madipi.ru/images/uploads/Русакова_-_3_Концепт_и_стратегия.pdf (дата обращения: 27.08.2025).
7. Дебор Г. Общество спектакля / пер. с франц. С. Офертаса. М.: Логос, 1999. 224 с.
8. Landry C. The Origins & Futures of the Creative City. Comedia, 2012. URL: https://charleslandry.com/downloads/The_Origins_%26_Futures_of_the_Creative_City.pdf (дата обращения: 27.08.2025).