Русский язык | Филологический аспект №3 (3) Июль, 2015

СПОСОБЫ ВЫРАЖЕНИЯ ПРОСТРАНСТВЕННЫХ ОТНОШЕНИЙ В ОБИХОДНО-БЫТОВОЙ РЕЧИ СТУДЕНТОВ

Громова Виктория Ивановна
Саратовский областной институт развития образования

Аннотация: В статье идет речь о репрезентации в обиходно-бытовой речи студентов семантической модели с локальным значением. Автор делает выводы об особенностях выражения трех типов пространства: абсолютного, относительного и личного.
Ключевые слова: Локализатор, семантическая модель с локальным значением, типы пространства, когнитивный анализ, морфологические характеристики

Gromova Viktoria Ivanovna
Saratov Regional Institute of Education Development

Abstract: The article deals with the representations in everyday speech students semantic model with a local value. The author makes conclusions about the peculiarities of the expression of three types of space: absolute, relative and personal.
Keywords: Localizer, a semantic model with a local value, types of space, cognitive analysis, morphological characteristics

Материалом нашего исследования явились тексты, представляющие собой записи обиходно-бытовой речи студентов. Конец записи был ограничен экстралингвистическими причинами (длиной магнитной ленты кассеты) или изменением внешней ситуации (уход одного из партнеров коммуникации; перемена места, в котором происходит разговор). Начало записи представляет собой либо начало непринужденного разговора, объединенного фиксированной темой (например, о поездке в лес, о семье), либо это запись бесед, связанных местом их протекания (например, беседа в лесу). Вслед за О.Б. Сиротининой мы назвали записанные нами речевые образования текстоидами, поскольку они обладают указанными ученым свойствами: «Для текстоида характерно не столько развитие темы, сколько ассоциативные вставки и перескоки с одной темы на другую, объединенные только речевым замыслом «поделиться какими-то впечатлениями», временем осуществления этого замысла и его субъектом» 4, с. 109.
Кратко охарактеризуем проанализированные записи. Запись 1 – рассказ о поездке в лес. Осведомленность партнеров коммуникации в теме речи низкая, хорошо знакомы с темой только несколько коммуникантов. Тема фиксирована. Мена ролей говорящий/ слушающий нечастая. Запись 2 и 3 – беседа во время прогулки по лесу. Осведомленность ПК в теме речи высокая. Тема не фиксирована. Мена ролей говорящий/ слушающий происходит постоянно. Запись 4 – рассказ в общежитии о семье. Осведомленность ПК в теме речи неодинаковая: один ПК временно влился в узкий студенческий коллектив. Тема жестко не фиксирована, затрагиваются также темы нечестности людей по отношению друг к другу, поведения «нерусских» в России, путешествия по другим городам, учебы и будущего. Мена ролей говорящий/ слушающий довольно частая.
За единицу анализа нами взята предикативная единица. Исходным теоретическим положением является положение, принадлежащее В.Г. Гаку, высказанное им в труде «Языковые преобразования»: «Ситуация локализации включает 3 обязательных компонента: А – локализуемый предмет, r -пространственное отношение, L – локализатор. Кроме того, может быть выделен 4-ый – факультативный – компонент v – характеристика движения или местонахождения» 3, с. 77. Таким образом, «ситуация локализации» (Иван пришел с работы, Илья пошел на улицу) может быть рассмотрена только на уровне предложения. Для анализа из записей были отобраны членимые предложения, в которых возможно выявление «ситуации локализации», и были оставлены за пределами исследования коммуникативы (нечленимые коммуникативные единицы).
Всего в анализируемых записях около 4000 предикативных единиц, из них – около 1400 ПЕ с пространственной семантикой (что составляет около 34 % от всех ПЕ в анализируемых текстах). При этом в записи 1 на 1085 ПЕ приходится 418 ПЕ с пространственной семантикой, что составляет 39 %. В записи 2 из 881 ПЕ – 261 ПЕ с пространственной семантикой (29,5 %). В записи 3 из 1015 ПЕ – 380 ПЕ с пространственной семантикой (37,5 %). В записи 4 на 1028 ПЕ приходится 312 ПЕ с пространственной семантикой (30,5 %). Данная статистика свидетельствует о том, что в обиходно-бытовой речи предложения, репрезентирующие локальную модель, достаточно частотны.
Прежде всего, отметим, что в 360 ПЕ (около 30 % от всех предложений, репрезентирующих семантическую модель локальных отношений в обиходно-бытовой речи) локализатор не вербализован. Незамещённость позиции локализатора в анализируемых записях объясняется, с нашей точки зрения, экономией речевых усилий в ситуации непринужденного общения, что возможно в связи с тем, что локализатор легко восстанавливается из ситуации, в которой происходит разговор, и восстанавливается из контекста или заложен в общей апперцепционной базе партнеров коммуникации.
Остановимся на тех случаях, когда локализатор в обиходно-бытовой речи вербализован.
В рассматриваемых ПЕ локализатор выражен преимущественно падежными формами существительных (45 %) и местоименными наречиями (32 %). Менее частотны в роли локализатора падежные формы местоимений (14 %) и наречия (9 %). Приведем примеры с существительным-локализатором: Вытащил меня в коридор; Она будет ночевать в общаге. Приведем примеры с локализатором, выраженным местоименным наречием: Он там мясом торгует; А где ты взяла? Приведем примеры с локализатором, выраженным падежными формами местоимений: У них обычай такой; К нам приехал. Примеры с локализатором, выраженным наречием: Подружка шла сзади вообще; Она поехала вперед.
Поскольку падежные формы существительных и местоимений составляют подавляющее большинство форм выражения локализатора остановимся на них подробнее.
Ю.Д. Апресян полагает, что в русском языке «возможны два типа ориентации предмета А относительно предмета В – относительная и абсолютная. Первой соответствует дейктическая стратегия понимания, второй – недейктическая» [1, с. 634].
Предположим, таким образом, что в обиходно-бытовой речи наречия формируют относительное пространство («дейктическое» обозначение места относительно говорящих). Имена существительные, в свою очередь, формируют абсолютное пространство («недейктическое» обозначение места). Предположим также, что частотность местоимений связана с важной ролью в обиходно-бытовой речи личного пространства, поскольку фигура говорящего в разговорной речи является «тем ориентиром, относительно которого в акте коммуникации ведется отсчет времени и пространства» [1, с. 631].
У имени существительного мы наблюдаем следующую картину соотношения падежей.
Чаще всего в анализируемых текстоидах локализатор выражен именем существительным в форме винительного и предложного падежей.
Большую часть словоупотреблений в винительном падеже составляют формы существительных с предлогами в и на (в совокупности около 93 % от всех предложно-падежных форм винительного падежа). Предлог в употребляется преимущественно в директивном значении. Приведём примеры локализаторов, выраженных формой винительного падежа с предлогом в: В прихожку/ в шкаф показывает; Она выходит в спальню; Вытащил меня в коридор. Обратим внимание на то, что во всех ПЕ данного типа реализуется сема «сопространственности». Об оппозиции сопространственность/ несопространственность мы читаем в работе М.В. Всеволодовой «Теория функционально-коммуникативного синтаксиса» (М., 2000). При этом способы выражения значения сопространственности в текстоидах различны. Чаще это значения конкретной сопространственности: локализация объекта внутрь (полого или заполненного) тела (в прихожку, в коридор, в спальню, в магазин, в шкаф, в карман, в крышку, в яму, в лужу). Менее распространены локумы со значением общей сопространственности: местонахождение в пределах локума (в Москву, в Питер).
В предложениях с локализатором, имеющих предлог на, наиболее распространено значение конкретной сопространственности с локализацией на одной из поверхностей тела: Повесила на трубу/ на батарейку; Ты (легла) на чистую покрывалку; Сели там на камушек.
Употребление локализатора в форме винительного падежа с другими предлогами (за, через и под) единично. В данных ПЕ мы чаще обнаруживаем значение «несопространственности», которое наблюдается «при несовпадении локализуемого объекта и локума: около леса, над лесом, в сторону леса, мимо леса, вне леса» (Всеволодова 2000, 103). Например, Я за Волгу возьму; Мы вылезли/ стали палки под колеса.
Второе место по употребительности в функции локализатора в данных текстоидах занимают формы предложного падежа существительных с предлогами в и на, причём предлог в употребляется более чем в 2 раза чаще предлога на. Например, Папа потом вообще лёг в машине и лежал/ спал; В зале спала; Она чуть в ванной не утонула. Как видим, локализатор в форме предложного падежа с предлогом в чаще имеет значение конкретной сопространственности с семой «местонахождение внутри локума» (в машине, в зале, в ванной, в мединституте, в пакете).
Пространственная форма с предлогом на обычно имеет значение общей сопространственности (на земле, на суше, на горе) и конкретной сопространственности (на базаре, на машине, на автобусе): Передние (колёса) на суше стояли; Всё на земле; А мы как раз ехали на его же автобусе/ с напарником; Яблоками торгует на базаре. Интересно отметить, что в анализируемых текстоидах встречаются также синтаксемы со значением сопространственности, осложненным другими семами, нередко пространственное значение уходит на второй план: Приходит студент/ молодой человек на филфаке (сема «профессиональное объединение»); На лекциях (сема «форма общественной организации времени») я естественно не бываю.
Локализатор-существительное в родительном, дательном и творительном падежах встречается значительно реже. У нас девчонка из Балаково; Пошла по огороду гулять; Я её размажу по стене. Заметим, что в данных формах локализатор имеет значение конкретной сопространственности (из Балаково, по огороду, по стене) с локумом, не полностью занятым объектом (из Балаково), и локумом, полностью занятым объектом (по огороду, по стене). При употреблении локализатора-существительного в форме творительного падежа преобладает значение несопространственности с ориентацией относительно одной из сторон предмета (под листьями, за деревцем, за углом, за стеклом). Вторична ориентация относительно одного локума (за Волгой) и ориентация относительно локума в целом (рядом с домом). Например: Рядом с отцовским домом/ там вот прям/ за углом; Что будет за Волгой? Маслята/ они прям под листьями?
Локализаторы-местоименные наречия в нашем материале составляют 32% от всех средств выражения локализатора.
Самым употребительным является местоименное наречие там: Она ж там высокая; Там тоже березы вот/ туда/ в низину спускаются. При этом местоименное наречие там подвергается процессу десемантизации, превращаясь в частицу. Например: Я прошла там/ даже не заметила; Стали проезжать/ и короче/ решили проехать/ а там как вот/ гора там прям вот/ овраг прям.
Высокая частотность там свидетельствует, с нашей точки зрения, об актуальности в обиходно-бытовой речи студентов следующего значения: ²в месте, отличном от того, где находится говорящий или где он в момент речи мыслит себя² – толкование Ю.Д. Апресяна. Вероятно, это значение и способствует переходу наречия там в «фоновую» частицу.
Менее распространены в обиходно-бытовой речи местоименные наречия где: А где ты взяла? Где ее/ там волки съели? Где они ходили там. Частотность данных местоименных наречий в обиходно-бытовой речи является следствием функциональной маркированности разговорной речи в отношении значения вопросительности. В обиходно-бытовой речи студентов частотны вопросительные предложения-стимулы для получения новой информации о месте совершения действия (А где взяли? Где надо сворачивать?). Встречаются, но достаточно редко, и так называемые риторические вопросы: Пешком там/ хоть где иди.
Актуальность в обиходно-бытовой речи значения ²в том месте, где находится говорящий или где он в момент речи мыслит себя² – толкование Ю.Д. Апресяна [Апресян 1995, 636] доказывают местоименные наречия здесь и тут: Красивая она здесь; Вот здесь перед машины; А тут почему не цветет? Тут видеокамеру надо.
Значения неопределенности («в каком-то месте») не столь актуальны для речи студентов. Мало употребительны в обиходно-бытовой речи студентов местоименные наречия где-то: Мы ищ оказывается где-то капот ободрали; Где-то там у них.
Охарактеризуем соотношение падежей у местоимений в анализируемых текстоидах.
В обиходно-бытовой речи в роли локализатора наиболее активно используются местоимения в родительном падеже. В 92,5 % случаев употребления форм родительного падежа они имеют предлог у и совмещают в большей или меньшей степени субъектное значение с пространственным. Об этом же пишет Т.В. Шмелева: «В этой форме наблюдается синкретизм двух модусных категорий: пространственной локализации и персонализации». Рассмотрим, например, следующие ПЕ: У меня (= в семье) будет всякое эстетическое воспитание; Там у нее (= в Питере) две комнаты; Там у нее (= на квартире) квартиранты жили; У нас (=в прихожей)/ там/ (лежит). Эквивалентом этих падежных форм в абсолютном пространстве является предложный падеж (в семье, на квартире).
Формы с предлогами до, из, из-под, около, с, от составляют в текстоидах всего 7,5 %. Самые распространенные случаи – это употребление локализаторов со значением «исходный пункт движения» («старт»), осложненные различными семами: Извлекла мудрость из этого (осложнение семой ментального пространства); А из-под него (сема «объективное указание на удаленность») прям выползла; Уйди от меня (сема «субъективное указание на удаленность»).
Второе место по частотности у местоимений занимает дательный падеж. Причём дательный падеж с предлогом к (ко) является более распространенным (91 % от всех ППФ местоимений дательного падежа) и обозначает конечный пункт движения. Приведём примеры: Чё она ко мне с утра пришла; Пошли к нам; К нам приехал; К тебе она вообще не поедет; Заедем к тебе в гости. Заметим, что даже в случае, когда локализатор выражен именем существительным в форме дательного падежа, он также имеет субъектную семантику: Пошлите к отцу/ ключи возьмем; Она приезжала когда в общежитие к маме моей; Я пойду к мужу скажу. Эквивалентом этих падежных форм в абсолютном пространстве является винительный падеж.
Менее распространенным способом выражения локализатора-местоимения являются винительный, творительный и предложный падежи. Например: На нее (В.п.) наверно лег; Пальцем на всех (В.п.) показал; Вон летает рядом с тобой (Т.п.); В котором (П.п.) куб поставили? На которых (П.п.) стоит колесо.
В заключение можно сделать следующие выводы:
• в обиходно-бытовой речи студентов предикативные единицы, репрезентирующие семантическую модель с локальным значением, достаточно продуктивны;
• основным средством выражения локализатора в обиходно-бытовой речи являются падежные формы имени существительного, местоимения и местоименные наречия;
• в обиходно-бытовой речи студентов существует три типа пространства: абсолютное, относительное и личное;
• при выражении абсолютного пространства для обиходно-бытовой речи характерна локализация внутрь и внутри локума (формы винительного и предложного падежей существительных с предлогом в) и значение нахождения на поверхности локума (формы винительного и предложного падежей с предлогом на);
• при выражении относительного пространства доминирует значение местонахождения, места, отличного от того, где находится говорящий или где он в момент речи мыслит себя, что способствует переходу наречия там в «фоновую» частицу;
• при формировании личного пространства в обиходно-бытовой речи студентов с помощью У- и К-локализаторов выражается преимущественно директивное значение (эквивалент местоимений в родительном и дательном падежах – существительные в предложном и винительном падежах).

1. Апресян Ю.Д. Интегральное описание языка и системная лексикография. Избр. труды. - М, 1995. - Том 2.
2. Всеволодова М.В. Теория функционально-коммуникативного синтаксиса. Фрагмент прикладной (педагогической) модели языка. - М., 2000.
3. Гак В.Г. Языковые преобразования. - М., 1998.
4. Сиротинина О.Б. Тексты, текстоиды, дискурсы в зоне разговорной речи// Человек. Текст. Культура. - Екатеринбург, 1994. С.105-124.
5. Шмелева Т.В. Семантический синтаксис. - Красноярск, 1994.