Сравнительно-историческое, типологическое и сопоставительное языкознание | Филологический аспект №06 (122) Июнь 2025
УДК 811.11-112
Дата публикации 25.06.2025
Синтаксические средства создания атмосферы страха в рассказе Г. Ф. Лавкрафта «Тварь на пороге» и их передача на русский язык
Сдельникова Марина Александровна
студент 4 курса, Югорский государственный университет, РФ, г. Ханты-Мансийск, sdelnikovamarina@gmail.com
Андреева Людмила Анатольевна
канд. филол. наук, доцент высшей школы гуманитарных наук, Югорский государственный университет, РФ, г. Ханты-Мансийск, L_Andreeva@ugrasu.ru
Аннотация: Статья посвящена исследованию роли синтаксических средств в создании чувства тревоги и надвигающегося ужаса в творчестве американского писателя Г. Ф. Лавкрафта на материале рассказа «Тварь на пороге». Целью данной работы является выявление и анализ синтаксических средств для создания атмосферы страха, а также изучение способов их передачи в трех русскоязычных переводах. Проведенный анализ выявляет различия стратегий перевода Э. Серовой, О. Алякринского и О. Колесникова, демонстрируя важность учета синтаксических особенностей для адекватного восприятия художественного замысла автора.
Ключевые слова: текст, страх, синтаксические средства выразительности, художественный перевод, Говард Филлипс Лавкрафт
4th year student, Yugra State University, Russia, Khanty-Mansiysk
Cand. Sci. (Philology), assistant professor of the Higher School of Humanities, Yugra State University, Russia, Khanty-Mansiysk
Abstract: The article is devoted to the study of the role of syntactic means in creating feelings of anxiety and impending horror in the work of the American writer H. F. Lovecraft based on the short story «The Thing on the Doorstep». The aim of this work is to identify and analyze syntactic tools for creating an atmosphere of fear, as well as to study the ways of their transmission in three Russian-language translations. The analysis reveals the differences between the translation strategies of E. Serova, O. Alyakrinsky and O. Kolesnikov, demonstrating the importance of taking into account syntactic features for an adequate perception of the author’s artistic intent.
Keywords: text, fear, syntactic means of expression, artistic translation, Howard Phillips Lovecraft
Сдельникова М.А., Андреева Л.А. Синтаксические средства создания атмосферы страха в рассказе Г. Ф. Лавкрафта «Тварь на пороге» и их передача на русский язык // Филологический аспект: международный научно-практический журнал. 2025. № 06 (122). Режим доступа: https://scipress.ru/philology/articles/sintaksicheskie-sredstva-sozdaniya-atmosfery-strakha-v-rasskaze-g-f-lavkrafta-tvar-na-poroge-i-ikh-peredacha-na-russkij-yazyk.html (Дата обращения: 25.06.2025)
Литература ужасов на протяжении многих лет привлекает внимание читателей, вызывая у них сильные эмоциональные переживания. Одним из наиболее значимых авторов в этом жанре является Говард Филлипс Лавкрафт – один из основоположников жанра так называемого «космического ужаса». Его творчество оказало значительное влияние на развитие мировой литературы XX века и до сих пор его произведения вдохновляют различного рода деятелей культуры на создание новых предметов искусства в таких сферах как живопись, литература, видеоигры, музыка и кинематограф.
Атмосфера страха в произведениях Г. Лавкрафта создается не только через сюжетные повороты, образы и тематические мотивы, но и через особую манеру повествования, во многом обусловленную специфическим использованием синтаксических конструкций, усиливающих ощущение тревоги, неопределенности и надвигающегося ужаса. Изучение этих языковых средств и особенностей их передачи в русских переводах является важной задачей как для лингвистики, так и для теории перевода. Актуальность исследования обусловлена не только интересом к творчеству Лавкрафта в России, расширяющейся практикой переиздания его произведений и появлением новых переводов, но также и интересом к проблемам перевода авторского стиля в целом. Анализ синтаксических средств и способов их передачи при переводе на русский язык позволит глубже понять художественный стиль Лавкрафта и выявить стратегии, которые могут быть полезны в практике литературного перевода. Целью данной работы является выявление и анализ синтаксических конструкций, используемых Г. Ф. Лавкрафтом для нагнетания страха, а также изучение способов их передачи в русских переводах. Материалом исследования послужил рассказ Г. Ф. Лавкрафта «Тварь на пороге» (The Thing on the Doorstep) на английском языке и его переводы, выполненные О. Алякринским, О. Колесниковым и Э. Серовой. В ходе исследования в основном применялись описательно-аналитический, сравнительно-сопоставительный и статистический методы. Теоретическая основа исследования представлена работами по изучению творчества и стиля Г. Ф. Лавкрафта [1, 7], синтаксических средств в художественном тексте и в произведениях Г. Ф. Лавкрафта [2, 3, 4], теории и практике перевода [5, 6] и др. Практическая значимость проведенного исследования заключается в возможности применения ее результатов в сфере художественного перевода, а также в дальнейшем изучении стилистики литературы ужасов.
Говард Филиппс Лавкрафт – американский писатель, известный по всему миру своими работами в жанре хоррора и научной фантастики. Нередко творчество Лавкрафта выделяют в самостоятельное направление, которое называется «лавкрафтианские ужасы» (Lovecraftian horrors). Сам же писатель относит свои произведения к жанру «космических ужасов» (Cosmic Horror). В своих рассказах Г. Лавкрафт делает акцент на ничтожности человека по сравнению с необъятным космосом и богами, обитающими там. Эти черты, характерные для его рассказов, зародили присущую Лавкрафту философию космицизма. Зачастую главные герои его произведений – либо уже сошедшие с ума, либо очень близкие к этому, – рассказывают о столкновении с чем-то необъяснимым и настолько жутким, что привело их к потере рассудка. Ужасы Лавкрафта уникальны тем, что пугают не чем-то физическим – вампирами, призраками, мертвыми, как было принято в литературе ужасов, – а неизвестным и бесконечным космосом. Именно Лавкрафт сформировал направление «космического ужаса», основная идея которого состоит в том, что человек слишком мал и незначителен, чтобы постичь тайны и ужасы Вселенной. Одним из ключевых аспектов творчества Г. Ф. Лавкрафта является использование им разнообразных языковых приемов, помогающих создать атмосферу страха: эмоциональная лексика, эпитеты и метафоры, метонимии, персонификации, перечисления, сравнения, гиперболы, риторические вопросы, оксюмороны и т.д. Синтаксис Г. Ф. Лавкрафта насыщен синтаксически усложненными конструкциями, сложными распространенными предложениями с большим количеством придаточных, причастными оборотами, однородными членами. Это обеспечивает особую ритмику текста и создаёт атмосферу запутанности и усложненности, что усиливает ощущение мистики и неизвестности. Материалом исследования данной работы является рассказ Г. Ф. Лавкрафта “The Thing on the Doorstep” на английском языке [8] и его переводы, выполненные О. Алякринским [9], О. Колесниковым [10] и Э. Серовой [11]. Этот рассказ написан в августе 1933 года и опубликован в январе 1937 года. В русском языке имеет варианты названий: «Тварь на пороге», «Чудовище на пороге», «Ночной пришелец» и др. Повествование идет от первого лица, главный герой, Дэниел Аптон, рассказывает историю своего друга – Эдварда Дерби. Дерби женится на странной женщине родом из Иннсмута по имени Асенат Уэйт. С течением времени поведение Эдварда меняется – он смутно намекает на потерю личности и странные обряды. Постепенно становится ясно, что Асенат является ни кем иным, как вместилищем для души ее отца, старика Эфраима Уэйта. В конце рассказа выясняется, что тело Эдварда Дерби стало вместилищем для души старого колдуна. Чтобы отомстить за друга, главный герой убивает его.
Методом сплошной выборки в оригинале рассказа было выделено 12 фрагментов, выражающих атмосферу страха. В ходе анализа в оригинальной версии рассказа на английском языке было обнаружено 14 анафор, 53 умолчания, 5 многосоюзий, 158 обособлений, 175 перечислений, 113 инверсий, 34 вопроса, 3 анадиплосиса, 25 повторов, 12 эллипсисов, 9 случаев параллелизма, 5 случаев саспенса, 5 литоты, 2 эпифоры, 1 антитеза.
В ходе анализа перевода, произведенного Э. Серовой, было выявлено 5 анафор, 26 умолчаний, 2 многосоюзия, 428 обособлений, 154 перечисления, 21 инверсия, 35 вопросов, 3 анадиплосиса, 14 повторов, 6 эллипсисов, 1 случай параллелизма, 3 случая саспенса, 4 литоты, 1 антитеза.
В ходе анализа перевода, произведенного О. Алякринским, было выявлено 3 анафоры, 40 умолчаний, 1 многосоюзие, 238 обособлений, 95 перечислений, 6 инверсий, 36 вопросов, 3 анадиплосиса, 10 повторов, 1 эллипсис, 2 случая саспенса, 1 антитеза, 1 кольцевой повтор.
В ходе анализа перевода, произведенного О. Колесниковым, было выявлено 5 анафор, 68 умолчаний, 1 многосоюзие, 246 обособлений, 96 перечислений, 4 инверсии, 37 вопросов, 3 анадиплосиса, 11 повторов, 2 эллипсиса, 3 случая саспенса, 2 эпифоры, 1 антитеза.
Для наглядности продемонстрируем следующий пример.
| Оригинал | Перевод Э. Серовой | Перевод О. Алякринского | Перевод О. Колесникова |
| I saw a shoggoth – it changed shape... I can’t stand it. I won’t stand it... I’ll kill her if she ever sends me there again... I’ll kill that entity... her, him, it… I’ll kill it! I’ll kill it with my own hands! | Я видел Шаггота – он изменил форму – Я не могу вынести этого – Если она еще раз пошлет меня туда, я убью ее – Убью это существо, убью его – Я убью это! Убью своими собственными руками!.. | Я видел шоггота – он менял свое обличье… я этого не вынесу, я убью ее, если она хоть раз еще отправит меня туда, я убью это отродье! – ее, его, это, – я убью! Убью своими собственными руками! | Я видел шоггота… он менял свое обличье… я не вынесу этого… я убью ее, если она еще раз отправит меня туда… я убью это отродье… ее, его, это нечто… я убью это! Убью это собственными руками! |
Эдвард Дерби произносит данную речь после воссоединения с главным героем спустя два месяца разлуки из-за экспериментов Асенат с его телом. Данный отрывок характеризуется прерывистыми предложениями с многоточиями, что отражает хаотичное мышление персонажа, растерянность и страх, превращая поток сознания в бессвязный монолог, передает крайнюю степень эмоционального срыва персонажа. Применение восклицательных знаков, резкие обещания убить и угроза расправы показывают отчаяние и бурную реакцию героя на происходящее. Повторы (I’ll kill it…) увеличивают энергетику текста, передавая внутреннее смятение и ужас Эдварда. Он переключается между разными субъектами (her, him, it…), показывая потерю контроля над ситуацией и идентичностью. В целом, этот фрагмент характеризуется интенсивностью эмоций, хаосом сознания, широким спектром синтаксических приемов, направленных на передачу паники ужаса и ощущения потери реальности. В оригинале апозиопезис маркирован многоточием, анафора представлена семикратным повтором “I” в начале предложений. Э. Серова в своем переводе заменяет многоточия на тире, что делает речь более связной и контролируемой и меньше передает ощущение прерывистости и замешательства, речь звучит более уверенно. Анафора частично сохранена – первая половина отрывка начинается на “я”, а вторая – на “убью”. О. Алякринский также большую часть троеточий заменил на тире и сохранил анафору во всем отрывке, за исключением последнего предложения, что эмоционально компенсируется третьим восклицанием. Сохранил перечисление местоимений, что позволило сохранить эффект растерянности и паники. О. Колесников же с точностью сохранил троеточия в своем переводе. Анафору, так же, как и О. Алякринский, сохранил, за исключением последнего предложения. Проанализировав этот отрывок, можно сказать, что Э. Серова упрощает структуру, что делает текст менее прерывистым, от чего он теряет хаотичную атмосферу как в оригинале. О. Алякринский и О. Колесников сохранили оригинальную структуру, что поспособствовало успешной передаче атмосферы ужаса и паники героя.
Задача переводчика выходит далеко за рамки точной передачи лексического значения: необходимо найти способы сохранить, передать или компенсировать синтаксическую манеру, с помощью которой в оригинале создается страх. Разные переводчики вырабатывают свои стратегии. Проанализировав таким образом все фрагменты, мы пришли к следующим выводам:
1. Э. Серова применяет весьма выразительную стратегию относительно перевода синтаксической составляющей оригинального текста. Особенность ее подхода заключается не столько в буквальном следовании структуре оригинала, сколько в стремлении воссоздать атмосферу текста средствами русского языка – даже ценой синтаксических трансформаций. В этом процессе важную роль играет добавление однородных членов (пар прилагательных, существительных, глаголов), а также введение дополнительных оборотов, уточнений и пояснений, которых не было в оригинале, но которые усиливают выразительность. Там, где в оригинале автор использует одно определение или существительное, Э. Серова нередко вводит два. Подобные пары усиливают ритмическое и образное звучание фразы, создают эффект нагнетания, приближая эмоциональный градус к оригиналу — но уже не за счет синтаксической громоздкости, а через лексико-семантическую избыточность. Такая стратегия позволяет частично компенсировать утрату лавкрафтовской тяжеловесности, неизбежную при адаптации англоязычного гипотаксиса к русскому синтаксису.
2. О. Алякринский предпочитает переработку оригинальных конструкций ради более плавного и естественного понимания русским читателем. Он чаще прибегает к разбиению сложных предложений, к опущению повторов и смягчению параллелизма, чтобы сделать текст более читабельным для широкой аудитории.
3. О. Колесников чаще следует за синтаксисом оригинала, стараясь сохранять протяженные, нагроможденные конструкции, характерные для Лавкрафта. Его перевод может показаться «сухим», но он сохраняет характерную абстрактность и космическую чуждость, избегая избыточной эмоциональности. Колесников максимально точно передает структуру оригинала, иногда даже в ущерб легкости чтения. Его перевод ближе к буквальному, с сохранением авторской пунктуации и многосложных оборотов.
Таким образом, синтаксис в рассказе Г. Лавкрафта – важный инструмент для создания атмосферы. Каждая стратегия влияет на восприятие текста: где-то переводчики усиливают драматизм, где-то упрощают ради ясности. Особую выразительность в адаптации достигает перевод Э. Серовой, за счёт чего он оказывается более «поэтичным», но менее мрачным. Стилистическая идентичность Лавкрафта может быть сохранена только при внимательном подходе к его синтаксису, ведь именно он формирует уникальное литературное пространство, в котором страх становится частью самой структуры речи.
Список литературы
1. Де Камп Л. С. Лавкрафт: биография / пер. с англ. Д. В. Попов. Санкт-Петербург : Амфора, 2008. 651 с.
2. Громовенко Д. С., Стрельцов А. А. Структура концепта УЖАС в произведениях Г. Ф. Лавкрафта (в рамках философского направления weirdреализм Грэма Хармана) // Филологический аспект. 2021. № 4 (72). С. 136–146.
3. Гальперин И. Р. Очерки по стилистике английского языка. Опыт систематизации выразительных средств. М. : Либроком, 2016. 376 с.
4. Деревянко А. А., Свистунов А. С. Средства выражения экспрессивности на синтаксическом уровне и их воссоздание в переводе (на примере романа Г. Ф. Лавкрафта «Случай Чарльза Декстера Варда» и его перевода на русский язык) // Международный научно-исследовательский журнал. 2023. №5 (131). URL: https://clck.ru/3Mh7vU (дата обращения: 18.06.2025).
5. Комиссаров В. Н. Лингвистика перевода. М. : Международные отношения, 1980. 167 с.
6. Шефер Е. В. Особенности передачи синтаксических трансформаций (на материале переводов произведений Г.Ф. Лавкрафта) // Форум молодых ученых. 2021. №4 (56). С. 433–438.
7. Joshi S. T., Schultz D. E. An H.P. Lovecraft Encyclopedia. Greenwood Press, 2001. 339 p.
Список источников
8. The Complete Fiction of H. P. Lovecraft / H. P. Lovecraft. New York, NY : Chartwell Books, 2016. 1120 p.
9. Лавкрафт Г. Ф. Большое собрание сочинений в одном томе. М. : Эксмо, 2023. 976 с.
10. Лавкрафт Г. Ф. Ктулху. М. : Издательство АСТ, 2023. 446 с.
11. Лавкрафт Х. Ф., Дерлет А. Тварь у порога. М. : Рипол, Джокер, 1993. 384 с.
