Теория языка | Филологический аспект №11 (19) Ноябрь, 2016

Определение лингвистического понятия иронии

Никулина Дарья Евгеньевна
Аспирант, Белгородский государственный национальный исследовательский университет, г. Белгород

Аннотация: В статье рассматриваются общие определения лингвистического понятия иронии, а также её виды. Основной целью является раскрытие механизмов создания иронии и классификации видов её выражения. Лингвистические исследования показывают, что ирония имеет различные диапазоны употребления и способность переосмысления терминологического значения. Сложность и многогранность явления иронии определяется последовательным развитием от «притворства», через риторическое толкование, прием смеховой критики, демонстрирует многократную апелляцию к пониманию иронии как жизненной позиции и эстетического отношения к действительности.
Ключевые слова: ирония, лингвистика, виды иронии

Nikulina Daria Evgenievna
post-graduate student, Belgorod State National Research University, Belgorod

Abstract: In article considered the general definitions of a linguistic concept of irony, and also its types. The main purpose of work is disclosure of mechanisms of creation irony and classification its types and expressions. Linguistic researches show that the irony has various ranges of use and ability of reconsideration of terminological value. Complexity and versatility of the phenomenon of irony is defined by consecutive development of "pretense", by rhetorical interpretation, reception of humorous criticism, and shows the repeated appeal to understanding of irony as living position and esthetic attitude towards reality.
Keywords: irony, linguistics, types of irony

В западной лингвистической науке, как и в отечественной, проблема соотношения языка и сознания устанавливает диалогическую природу иронии и анализирует отношения между сознанием автора и адресатом, а также является предметом изучения иронического высказывания во многих направлениях теории языка. Используемые в ней принципы интеллектуализма и антропоцентризма соотносятся с классическими подходами В. фон Гумбольдта, А.А. Потебни, Г.Г. Шпета, развиваемыми Н.Д. Арутюновой, Ю.Н. Карауловым, Т.В. Булыгиной и А.Д. Шмелевым, А.А. Леонтьевым, Д.А. Леонтьевым, другими современными лингвистами. При этом исследователи опираются на различные трактовки сознания. Слово «сознание» стало употребительным с XVIII века; оно объединяет всю совокупность полученных самим человеком, а также унаследованных им опыта и знаний. Сознание является отличительной чертой отношения человека к окружающему миру и к себе: сознательное отношение – одно из развившихся процессе эволюции свойств человека как мыслящего существа.

Изучение лингвистической категории иронии требует рассмотрения этимологии данного термина и изучения исторических и культурных условий появления термина «ирония». В отечественных и зарубежных справочных изданиях зафиксировано греческое происхождение данного термина [1, c. 285]. Факт заимствования греческого термина «ирония»упоминается и в работах отдельных исследователей, занимающихся изучением иронии как категории эстетики и категории стилистики (М.Ю. Скребнев, О.С. Ахманова, Ю.Б. Борев, СИ. Походня, Д. Чавчанидзе, Л.И. Тимофеев, Л.В. Чернец и др.).

«Ирония» на уровне бытового общения воспринимается как общеупотребительная лексическая единица, и, как правило, выражает общее представление о комической ситуации, ситуации критики или осмеяния. То есть, как отмечают ученые-терминологи Б.Н. Головин и Р.Ю. Кобрин, слово «ирония» реализует свое нетерминологическое значение [2, . 104].

Современные словари, как правило дают понятия слова «ирония»: «тонкая насмешка» и «стилистический прием контраста видимого и скрытого смысла выражения, выражающий некое подобие насмешки». В свою очередь, Аристотель определяет иронию, как высказывание, содержащее насмешку над тем, кто в действительности так думает». В широком понятии иронии, как бесконечной абсолютной отрицательности, сказано, что ирония не противостоит отдельному феномену существующего, но что все настоящее становится чуждым субъекту иронии, а в свою очередь он также становится чуждым всему существующему, и в следствие того, что своего рода действительность для него утрачивает свою закономерность, так как он становится недействительным. В данном контексте, слово «действительность» употребляется в значении «действительности иронической», то есть действительности, имеющей место быть в определенное время и при определенный обстоятельствах [3, с. 128].

Современная лингвистика выделяет следующие виды иронии: простая ирония, анти ирония и самоирония.

Под прямой иронией понимается способ принизить, придать смешной, либо отрицательный характер описанному явлению.

Анти ирония противопоставлена прямой иронии и дает возможность представить объект иронии в недооценённом виде.

Самоирония – это вид иронии, направленный на личность говорящего. В анти иронии, а также самоиронии отрицательный смысл высказывания может подразумевать обратный (положительный) подтекст [4, с. 139].

Также, лингвистическая наука  выявляет диалогическую природу иронии и  дает возможность проанализировать отношения между предметами иронических высказываний и сознаниями автора и адресата. Для большей части  современных исследований, начальной точкой является аксиома о том, что в несущем смысле иронического общения лежит необходимость в активном интеллектуальном контакте его участников. Для разъяснения главной сути иронии, также следует обратить внимание на её знаковую природу и парадоксальность.

Традиционно, данный феномен позволял рассматривать «иронию» в её ментальном и лингвокультурном образованиях, определяя функции иронии в виде формирования особенностей национального видения мира.

Современная лингвистическая наука выявляет предпосылки для изучения иронических контекстов и иронии на уровне схожих наук: культурология, психолингвистика, психология, и прочие.

В привычном употреблении иронии становится ясно, что для выражения всех смыслов иронических оттенков, используются слова, словосочетания, предложения, положенные. Главенствующим фактором трактовки иронии в контексте художественных произведений является знание реалий из разных областей жизни, культуры, истории народа. Ирония основана исключительно на опыте знаний языкового коллектива, который является результатом социальной жизни и культурной общности [5, с. 278].

Контекст и паралингвистические факторы несут огромную значимость для процесса интерпретации, а также свидетельствуют о ситуативной обусловленности, так как для иронических указателей необходим расширенный контекст. Но следует отметить, что при процессе толкования смысла иронии какого-либо контекста, необходимо обратить внимание на взаимообусловленность и взаимодействие имлициптных и эксплицитных  авторских высказываний.  Таким образом, контрастной основы контекстуальных условий, может создать второй план при противопоставлении с первым, а также контекстуальные и предметно-логические значения , эмоциональные и оценочные компоненты, дают возможность выявить иронично-маркированные текстовые единицы.

Такие средства создания иронии, как метафора, перифраз, образное сравнение, каламбур, аллюзия помогают углубить знания о контекстуальной спецификации функций иронии, а также аспектов её проявления. Также следует отметить функцию интерпретации переноса иронического смысла, которая способствует восприятию имплицитности значения единицы текста на подсознательном уровне [6, с. 314].

На лексико-семантическом уровне ирония осуществляется с помощью организации языковых средств, как в структуре повествования автора, так и в речи действующих лиц, а также создается широкий диапазон стилистических приемов (метафоры, каламбура, аллюзии, оксюморона, образного сравнения, гиперболы, зевгмы, олицетворения). К иронически маркированным приемам относят способность создания оттенка модальности, т.е. возможность выявить негативное отношение автора высказывания к действующим факторам. В данном случае, ирония не прямолинейно показывает отношения между предметно-логическим значением слова к контекстуальному.

Критериями для выбора маркированных иронически-стилистических средств могут служить: 1) возможность создания второго плана, который контрастирует с основным; 2) различие между контекстуальным и предметно-логическим значениям; 3) присутствие эмоционально-оценочного фактора. Весомым является факт, что способность создания иронического эффекта не является характеристикой, системно-закрепленной за лексическими единицами.

Из этого следует, что первостепенное значение необходимо уделять контекстуальным условиям реализации иронического смысла, учитывающие как лингвистические, так и экстралингвистические факторы, которые являются проявлением функционального подхода в изучении иронии [7, с. 239].

1. Крысин Л.П. Толковый словарь иноязычных слов. — М.: Русский язык, 2003. — 285 с.
2. Головин Б.Н. Лингвистические основы учения о терминах. — М.: Высшая школа, 2013. — 104 с.
3. Походня С.И. Языковые виды и средства реализации иронии. — Киев: Наукова Думка, 2005. — 128 с.
4. Гальперин И.Р. Текст как объект лингвистического исследования. — М.: Просвещение, 1998. — 139 с
5. Вольф Е.М. Функциональная семантика оценки. — М.: Эдиториал УРСС, 2002. — 278 с.
6. Арутюнова Н.Д. Типы языковых значений — М.: Наука, 2009. — 314 с.
7. Виноградов В.В. О теории художественной речи. — М.: Высшая школа, 2001. — 239 с.