Социальная психология | Мир педагогики и психологии №11 (112) Ноябрь 2025

Влияние социальных сетей на формирование тревожности у молодежи

Ветчининова Полина Дмитриевна
магистрант Высшей школы современных социальных наук, Московский государственный университет им. М. В. Ломоносова, РФ, г. Москва, Epiphany_1@mail.ru

Аннотация: В данной статье рассматривается проблема влияния социальных сетей на уровень тревожности у молодежи. Цель исследования заключается в выявлении зависимость между активностью в соцсетях и уровнем тревожности, определить факторы, усиливающие психоэмоциональное напряжение. На основе проведенного пилотажного исследования (n=100) выявлено, что тревожность связана не с временем онлайн, а с пассивным потреблением контента, социальным сравнением, проблемным использованием соцсетей и ухудшением сна. Выделены следующие рекомендации по минимизации тревожности в следствии пользования социальными сетями: ограничить пассивное потребление контента, вести визуальный дневник достижений, нормализовать режим сна и внедрять цифровую гигиену.
Ключевые слова: социальные сети, тревожность, молодежь, пассивное потребление контента, качество сна

Vetchininova Polina Dmitrievna
is a master's student at the Higher School of Modern Social Sciences, Lomonosov Moscow State University, Russian Federation, Moscow

Abstract: This article examines the problem of the influence of social networks on the level of anxiety among young people. The purpose of the study is to identify the relationship between social media activity and anxiety levels, to identify factors that increase psychoemotional stress. Based on a pilot study (n=100), it was found that anxiety is not related to online time, but to passive content consumption, social comparison, problematic use of social networks and sleep impairment. The following recommendations are highlighted to minimize anxiety due to the use of social networks: limit passive content consumption, keep a visual diary of achievements, normalize sleep patterns and implement digital hygiene.
Keywords: social media, anxiety, youth, passive content consumption, sleep quality

В последние годы вопросы влияния цифровой среды на психическое здоровье молодёжи становятся центральными в социально-психологических исследованиях. Расширение функциональности социальных сетей, их интеграция в образовательные, коммуникативные и досуговые практики делает их не только инструментом коммуникации, но и значимым элементом социальной среды, влияющим на эмоциональное состояние пользователей.

Для точного понимания исследуемых явлений важно определить ключевые понятия, используемые в данной работе. Под социальными сетями в данном исследовании понимаются цифровые платформы, позволяющие пользователям создавать контент, обмениваться информацией и участвовать в онлайн-коммуникации, включая взаимодействие с друзьями, подписчиками и группами интересов. Тревожность же рассматривается как психоэмоциональное состояние повышенной напряженности, связанное с ожиданием потенциальной угрозы. Особое внимание уделяется пассивному потреблению контента, при котором пользователь наблюдает за материалами без активного участия в их создании или обсуждении, а также проблемному использованию соцсетей, проявляющемуся в неспособности контролировать время и характер пребывания в сети, сопровождающемся эмоциональной реактивностью.

Изучение влияния цифровых устройств на психическое здоровье ведётся с начала 1990-х годов, при этом умеренное использование цифровых технологий считалось полезным. Однако исследования 2000-х годов показали, что увеличивающееся вовлечение в цифровые сети оказывает негативное воздействие на психическое здоровье [1].

Социальные сети становятся неотъемлемой частью повседневной жизни молодёжи, выполняя функции общения, обмена информацией и самопрезентации. При этом исследования показывают, что интенсивное и неконтролируемое использование социальных сетей может приводить к формированию зависимости, повышению тревожности и стрессовых состояний, особенно у подростков с нарциссическими чертами личности, стремящихся компенсировать недостаток внимания через интернет-контент [2]. Andreassen, Hunt обнаружили прямую зависимость между временем, проведённым в социальных сетях, и ростом уровня тревожности, связывая это с такими явлениями, как социальное сравнение и страх упущенной выгоды. Более того, ряд других исследований подвергает сомнению значимость данного влияния, акцентируя внимание на опосредующих факторах, таких как тип потребляемого контента и индивидуальные особенности пользователей [3]. Исследования влияния цифровых технологий на физиологические и психологические процессы подчёркивают, что нарушения сна – один из ключевых эффектов частого использования гаджетов, особенно в ночное время [4].

Новизна настоящего исследования заключается в комплексом анализе количественных и качественных характеристик использования социальных сетей на уровень тревожности, с учётом пассивного потребления контента, склонности к социальному сравнению и качества сна.

Цель исследования заключается в выявлении зависимости между активностью в социальных сетях и уровнем тревожности у молодежи, а также в определении факторов, усиливающих психоэмоциональное напряжение при использовании цифровых коммуникаций.

Исследование было направлено на выявление взаимосвязи между интенсивностью и особенностями использования социальных сетей и уровнем тревожности у молодых людей. В выборку вошли 100 респондентов в возрасте 18–24 лет, постоянно проживающих на территории России. Анкетирование проводилось в онлайн-формате с использованием сервиса Yandex Forms. Анкета включала стандартизированную шкалу GAD-7 (ГТР-7) для диагностики уровня тревожности, шкалу BSMAS (Bergen Social Media Addiction Scale) [5] для оценки признаков проблемного использования социальных сетей, а также блок вопросов, фиксирующих среднее время ежедневного использования социальных сетей, степень пассивного просмотра контента, склонность к социальному сравнению и качество сна. На первом этапе анализа данных были рассчитаны средние значения, стандартные отклонения и распределения ключевых переменных для получения общего представления о выраженности тревожности. Все расчёты выполнялись с использованием статистического пакета IBM SPSS. Корреляционный анализ осуществлялся на основе коэффициента Пирсона (r), отражающего степень линейной связи между двумя количественными переменными. Помимо корреляций, был реализован множественный линейный регрессионный анализ для определения вклада каждого фактора в уровень тревожности при одновременном контроле остальных переменных, интерпретация регрессии основывалась на стандартизированных β-коэффициентах.

Средний показатель GAD-7 составил 7,4 балла, соответствуя при этом лёгкой тревожности, однако важно подчеркнуть, что почти половина участников исследования обнаруживает симптомы, указывающие на клинически значимый уровень тревоги. Так, 30 % респондентов продемонстрировали умеренную тревожность, а ещё 12 % — выраженную, что в совокупности составляет 42 % выборки. Уже это говорит о высокой уязвимости молодёжи к тревожным состояниям и подчёркивает актуальность изучения факторов, связанных с использованием социальных сетей.

Среднее время ежедневного пребывания в социальных сетях среди опрошенных составило 3,6 часа. Однако, как показал дальнейший анализ, именно количественный показатель оказался менее значимым для тревожности, чем качественные особенности цифрового поведения. Отметим, что длительность пребывания в сети сама по себе не всегда является решающим фактором в повышении уровня тревожности, полученные данные подтвердили эту гипотезу: связь между количеством проведённых в соцсетях часов и тревожностью оказалась умеренной, но не самой сильной (r = 0.36). Наиболее значимые взаимосвязи были обнаружены с индексом проблемного использования социальных сетей (BSMAS). Повышенная зависимость, выражающаяся в компульсивных проверках обновлений, невозможности ограничить пользование и эмоциональной реактивности на контент, сопряжена с усилением тревожности. Фактически это означает, что молодые люди, испытывающие трудности с контролем использования соцсетей, чаще сталкиваются с эмоциональными нарушениями, включая тревогу.

Особое внимание привлек показатель пассивного потребления контента (просмотр ленты, видеороликов без активного участия в коммуникации). Было выявлено, что пассивный характер цифрового поведения усиливает склонность к негативным мыслям, снижает чувство собственной эффективности и усиливает чувство социального несоответствия (r = 0.48). Более того, пассивное взаимодействие оказалось тесно связано со склонностью к социальному сравнению, что в целом говорит о выраженной взаимозависимости этих двух факторов, при этом склонность к социальному сравнению также оказалась значимым предиктором тревожности. В контексте социальной сети это означает, что молодые люди, которые часто сравнивают себя с другими, ориентируясь на визуальные и текстовые сообщения, демонстрируют более высокий уровень тревоги.

Особенно примечательным оказался показатель качества сна, который стал не только наиболее сильным коррелятом тревожности (r = 0.52), но и наиболее значимым независимым предиктором в регрессионной модели. Многие респонденты отмечали ухудшение сна, включая позднее засыпание и поверхностный отдых, что может быть следствием использования гаджетов в ночные часы. Яркий экран смартфона, эмоционально насыщенный контент и отсутствие цифровой гигиены непосредственно влияют на качество сна. Здесь можно сделать вывод о том, что чем ниже качество сна, тем выше тревожность.

Регрессионная модель позволила уточнить вклад каждого фактора в общий уровень тревожности. После включения в анализ всех предикторов (времени в соцсетях, BSMAS, пассивного использования, социального сравнения, качества сна и пола) – объём объясняемой вариативности тревожности составил 38 %. Наиболее значимыми предикторами остались два фактора: качество сна (β = 0.34) и проблемное использование соцсетей (β = 0.26). Пассивное взаимодействие также внесло вклад (β = 0.18), тогда как количество часов оказалось статистически незначимым при контроле других переменных (β = 0.09). Мы подходим к тому, что не время, проведённое в сети, способствует тревожности, а характер и стиль использования социальных сетей.

Отметим половые различия. Женщины в выборке демонстрировали более высокий средний уровень тревожности по сравнению с мужчинами, однако при включении в модель качественных характеристик использования соцсетей и «сновидческих» показателей вклад пола переставал быть статистически значимым. Это позволяет предположить, что различия по полу частично объясняются различиями в поведении в интернете и особенностями регуляции сна, а не биологическими или социально-психологическими характеристиками как таковыми.

Особое внимание заслуживает выявленный взаимосвязанный механизм влияния соцсетей на тревожность, который можно описать как трёхступенчатый:

1. увеличение проблемного или пассивного использования,
2. ухудшение сна или усиление социальных сравнений,
3. рост тревожности.

Полученные данные позволяют предположить, что именно второй этап – нарушение сна и сравнение себя с другими – служит ключевым звеном в усилении тревожности у молодых людей.

Нельзя утверждать, что социальные сети сами по себе вызывают тревогу, однако очевидно, что определённые типы цифрового поведения (пассивное потребление, склонность к социальному сравнению, зависимое использование) в сочетании со снижением качества сна увеличивают вероятность формирования тревожных состояний.

Исходя из полученных данных, можно сформулировать рекомендации для снижения риска тревожности у молодёжи. Во-первых, важно развивать навыки цифровой гигиены, включая ограничение пассивного потребления контента и внедрение временных рамок для пользования соцсетями, особенно в вечерние часы. Во-вторых, рекомендуется формировать критическое отношение к социальному сравнению, акцентируя внимание на индивидуальных достижениях и реальных контактах вне сети. В-третьих, особое внимание следует уделять нормализации режима сна, обеспечению достаточного отдыха и минимизации использования гаджетов перед сном.

Среди конкретных рекомендаций по снижению психоэмоционального риска у молодежи, связанного с использованием социальных сетей, автором предложено следующее:

1. раз в неделю проводить «аудит» собственной ленты: оценивать, какие страницы и группы вызывают негативные эмоции, удалять лишнее или ограничивать их просмотр. Рекомендуется структурировать ленту с акцентом на образовательный и творческий контент, снижая эмоциональную перегрузку;
2. для компенсации негативного эффекта социального сравнения предлагается вести визуальный дневник, в котором необходимо каждый день фиксировать небольшие достижения или положительные события в формате фото/рисунка;
3. за 1 час до сна ввести следующий комплекс действий: выключить уведомления на телефоне, провести легкую физическую активность (растяжка, дыхательные упражнения), визуализировать позитивные сценарии для следующего дня.

Формирование осознанного, сбалансированного цифрового поведения и внедрение практик эмоциональной саморегуляции являются ключевыми стратегиями профилактики тревожности у молодежи в условиях активного пользования социальными сетями.

1. Коновалов А. А., Божкова Е. Д. Влияние современной цифровой среды на психическое здоровье // Медицинский альманах. - 2021. - №1. - С. 6-15.
2. Акопов Г.В., Глушкова С.А. Социальные сети и их психологическое воздействие // Вестник науки. - 2022. - №6. - С. 148-156.
3. Арутюнова К. Б., Дельцова А. Г., Карпенко Е. А., Орлова С. В., Томашевская Е. М. Влияние социальных сетей на психоэмоцианальное состояние студентов в возрасте 18-20 лет // Вестник науки. - 2025. - №5. - С. 20-28.
4. Бухаленкова Д. А., Веракса А. Н., Чичинина Е. А. Связь использования цифровых устройств, качества сна, физической активности и пищевого поведения у дошкольников // Современная зарубежная психология. — 2022. — Т. 11, № 2. — С. 68–80
5. Зотова Д.В., Розанов В.А. Патологическое использование и зависимость от социальных сетей - анализ с позиций феноменологии аддиктивного поведения // Вестник Санкт-Петербургского университета. Психология. - 2020. - №2. - С. 158-183.