Культура

Эстетика и постановочные принципы агит-спектакля «Земля дыбом» В.Э. Мейерхольда

Магеррамова Эльнара Сафар кызы
Магистрант кафедры режиссуры театрализованных представлений и праздников Санкт-Петербургского государственного института культуры, Санкт-Петербург, Россия, laska120@yandex.ru

Аннотация: Статья посвящена исследованию постановочных принципов и приемов агитационного спектакля «Земля дыбом», поставленного В.Э. Мейерхольдом в 1923 году. В.Э. Мейерхольд является ключевой фигурой в театральном искусстве России XX века. Его влияние на развитие театра, революционных зрелищ, а затем и театрализованных массовых форм невозможно переоценить. Он остро и утрировано предчувствовал революционные сдвиги в обществе, которые точно и ярко сумел передать средствами языка искусства. В.Э. Мейерхольд разработал собственный режиссерский метод, который был основан на синтезе различных искусств и отражал основные тенденции и социальные изменения своего времен. Автор статьи подробно анализирует историю создания спектакля, а также те введенные режиссером постановочные принципы, которые выходили за рамки театральной постановки и сближали спектакль с театром массовых форм.
Ключевые слова: В.Э. Мейерхольд, агит-спектакль «Земля дыбом», «Театральный Октябрь», революционное зрелище, театр массовых форм, театрализованные представления.

Mahеrramova Elnara Safar kyzy
Master's student, Department of Directing Theatrical Performances and FestivitiesSt. Petersburg State Institute of CultureSt. Petersburg, Russia

Abstract: This article examines the aesthetics and staging principles of the agitational production «The Earth Rampant», directed by V.E. Meyerhold in 1923. V.E. Meyerhold is a key figure in 20th-century Russian theater; his influence on the development of theater, revolutionary spectacles, and subsequently mass theatrical forms cannot be overstated. He keenly and in an exaggerated manner foresaw the revolutionary shifts in society, which he managed to convey precisely and vividly through the language of art. V.E. Meyerhold developed a distinctive directorial approach based on a synthesis of various art forms, reflecting the key trends and social changes of his era. The author of the article provides a detailed analysis of the production's creation, as well as the staging principles introduced by the director principles that transcended the boundaries of conventional theatrical production and aligned the performance with the aesthetics of mass-scale theater.
Keywords: V.E. Meyerhold, agit-performance «The Earth Rampant», «Theatrical October», revolutionary spectacle, theater of mass forms, theatricalized performances.

Исследование театрального искусства в контексте перемен Октябрьской революции 1917 года является важной составляющей для понимания того, как складывались постановочные приемы и принципы революционного массового зрелища в начале 1920-х годов. Октябрьская революция оказала существенное влияние не только на политический и общественный порядок, она определила новые задачи культуры и искусства. С приходом новой власти в стране началась упорная работа по переустройству старых общественно-политических, социально-культурных и экономических отношений. И пристальное внимание было обращено к театральному искусству. Вопросы организации и структуры театрального дела занимали особое значение. Деятели культуры и театрального искусства неоднократно представляли свое видение «нового» искусства, которое должно было отвечать государственным ценностям и идеям времени. А.В. Луначарский видел «новый» театр как театр-плакат, театр, пропагандирующий происходящее в стране, борющийся с контрреволюционными призывами [1]. П.М. Керженцев утверждал, что «революционное театральное искусство должно превращать зрителей в актеров и предоставлять простор творческому художественному инстинкту широких масс» [2]. При такой позиции лидеры организации отвергали присутствие культуры прошлого в современном театре.

Одним из ярких представителей революционного театра становится Всеволод Эмильевич Мейерхольд. Безусловно, идеи для «нового театра» у режиссера появились задолго до самой Октябрьской революции, а именно еще в 1905 году [3]. Он вернулся в Москву и начал свою деятельность в театре-студии на Поварской. Уже тогда отмечалось стремление экспериментировать на сцене. Затем в театре В.Ф. Комиссаржевской он ставит спектакли по пьесам Г. Ибсена, М. Метерлинка, Л. Андреева, А. Блока. Именно в этот период режиссер знакомится с работой Георга Фукса «Революция театра» (1911), с его идеей отрицания традиционного театра, где сцена представляет собой неглубокие подмостки, просцениум, как место действия, а главное - ритм, все должно быть подчинено ему [4]. В 1917 году режиссер провозглашает программу «Театральный Октябрь», в котором он видел «лабораторию революции», где форма и содержание должны были отражать динамику социальных преобразований. В 1920-е годы В.Э. Мейерхольд предпринимает несколько попыток создания настоящего революционного действа, которое сможет выйти из стен театра на улицы и площади города. Одним из таких политических обозрений становится агитационный спектакль «Земля дыбом», который сумел соединить в себе документальность, конструктивистскую эстетику и массовое действо.

Премьера спектакля «Земля дыбом» состоялась 4 марта 1923 года в Театре им. В.Э. Мейерхольда. В качестве первоисточника спектакля режиссер использовал пьесу «Ночь» М. Мартине, которая была существенно переработана как с точки зрения сюжетной линии, взаимодействия героев, так и в особенности ее текста – монологов и диалогов. Действие пьесы М. Мартине «Ночь» происходит в период Первой мировой войны. Местом действия пьесы является старая хижина старухи Марьетты, с ней находится ее невестка Анна-Мария и двенадцатилетний внук Луи. Вокруг все охвачено войной, кровавой и беспощадной. И все действие пьесы построено на патетических монологах об ужасах войны и ее безысходности. В сюжетной же линии, созданной Мейерхольдом, многое было изменено. Например, герой мятежа Ледрю в спектакле являлся сыном Марьетты, то есть мужем Анны-Марии и отцом Луи. Мейерхольд их объединил не просто в семью, а в «основу революционной группы» [5, с. 66]. Само же действие было вынесено из хижины Марьетты на мировой простор и было отдано массе.

Переработкой пьесы занимался С.М. Третьяков, который решил три важнейшие задачи. Первая из задач касалась сокращения монологических текстов, при этом необходимо было сохранить общий патетический дух. Вторая задача напрямую вытекала из первой и была связана с построением темпо-ритма, который, по мнению самого Мейерхольда, «проседал» из-за длительных монологов, ритм был совершенно однообразным. И третьей задачей стало значительное сокращение тех кусков текста, которые служили в пьесе лишь для заполнения ритмических пробелов. Более того, в последствие Мейерхольд и вовсе часть текста (из уже переработанного варианта пьесы) вынесет на экран.

Сценарий пьесы выглядел совершенно иначе, чем это было принято для театральных постановок. Он представлял собой поэпизодное построение, состоящее из восьми эпизодов: «Долой войну!», «Смирно!», «окопная правда», «Черный интернационал», «Вся сласть Советам!», «Нож в спину революции», «Стригут баранов», «Ночь». В спектакле по задумке Мейерхольда отражалось два времени – старое и новое. Новое (революционное) время было передано через электрификацию, тяжелую индустрию в руках пролетариата, развитие транспорта, а главным героем здесь становится массовый герой – Красная Армия. Старое же время отражалось посредством лозунгов революции – это пройденный революционный путь.

Оба времени были представлены не только за счет текста-лозунгов и массовых героев, но и благодаря созданному Л.С. Поповой сценографическому решению. Для спектакля «Земля дыбом» Л.С. Попова выстроила подобие подъемного крана: «На сцену выкатывались мотоциклы и автомобили: пропорции взяты живые, инженерные, технические... Рядом с актером – подлинная вещь. Посредине театра – широкая дорога, ведущая отлогим помостом на сцену. По ней мчатся велосипеды, пыхтя влетают мотоциклы и даже автомобили... Это уже разрушение театра. Это уже какое-то «даешь площадь!». Это уже отказ от всякого интимизма, от всякой театральщины с ее эффектами и эффектиками, с ее парфюмерностью, с ее шоколадно-салонной манерностью» [5, с. 66]. В спектакле впервые был использован экран, который был расположен в глубине сцены со световыми агитплакатами и фотографиями. Вся эта конструкция, созданная Л.С. Поповой, была названа «станок-фото-плакат».

Также Л.С. Попова создает для спектакля «Земля дыбом» несколько сложных архитектурных установок, в числе которых были сделаны передвижная труба и мостовой кран. Все это позволяло режиссеру задействовать не только привычное плоскостное пространство сцены, но и воздушное пространство, словно вынося действие за пределы театра. Как отмечал Д.И. Золотницкий, герои, возвышаясь на этой конструкции моста, словно устремлялись в полете «к преодолению времени и пространства на пути к коммунизму» [5, с. 66].

Большое значение в спектакле «Земля дыбом» имеет кинопроекция, которая здесь была использована не как дополнительное средство выразительности, а как активный элемент развития действия. Экран был органично вписан в действие представления: по принципу кинотитров на экран, подвешенный над сценой, проецировались агитационные лозунги и названия эпизодов. Кинематографические эффекты достигались во многом за счет многоуровневой системы освещения, которая включала в себя прожектора всевозможных габаритов и мощности, которые находились в разных точках сцены и зрительного зала [6].

Агитационный спектакль «Земля дыбом» вобрал в себя не только новаторские режиссерские решения Мейерхольда, он во многом определил те приемы, которые будут прослеживаться и в последующих постановках режиссера, например, в спектакле «Даешь Европу». «Земля дыбом» сочетала в себе элементы цирка, кинематографа и политического плаката. Принципиальный отказ Мейерхольда от декорационного эстетического оформления, не отражающего, по его мнению, главной задачи, внедрение в структуру зрелища реальных предметов и вещей, использование современных для того периода технических средств, разрушение традиционной сцены-коробки, вынесение действия в зрительный зал – все это говорило о том, что действие спектакля лишь условно находится в театре, по своей же сути оно гораздо шире и требовало выход за его пределы.

Что же касается непосредственно сопоставления агитационного спектакля «Земля дыбом» с принципами построения театрализованного представления и массового зрелища, то здесь следует выделить несколько основных аспектов. Важно отметить работу с первоисточником. Режиссер выбрал пьесу, которая была в последствие полностью переработана, сократив текст таким образом, что он из длинных монологов и диалогов, из-за которых проседал темпо-ритм не только отдельной сцены, но и действия в целом, он превратился в тексты-лозунги. Более того, часть этих лозунгов была помещена в уста героев, а часть – перенесена на экран. Это позволяли выстроить действие так, чтобы с каждой последующей сценой оно стремительно двигалось вперед. Лозунги, которые были перенесены на экран, позволяли зрителям тоже их произносить, а сами эти тексты полностью отражали революционные идеи («хлеба и мира», «долой министров-капиталистов», «мир во что бы то ни стало», «рабочие к станкам», «крестьяне к плугу»).

Вс.Э. Мейерхольд уходит здесь и от психологизма, заложенного в самой пьесе. Теперь, когда действие развивалось в других масштабах, оно требовало плакатности. Главные герои увеличены, масштаб их действий выходит далеко за пределы их собственного мира, все устремлено в мировой масштаб. Неслучайно режиссер выносит действие из хижины Марьетты на мировой простор и отдает его массе.

Еще одной важной характерной чертой театрализованных представлений, которая отчетливо проявилась здесь в спектакле «Земля дыбом» - попытка встроить фрагменты реальной жизни в театральное зрелище. Речь идет не только о встраивании в сюжет первоисточника и трансляции реальных исторических событий, но и реальных вещей, транспорта, одежды. Все это отдаляет зрителя от привычной театральности спектаклей и соединяет их с тем действием, которое не просто разыгрывается перед ними, а к которому они имеют прямое сопричастие.

В.Э. Мейерхольд в агитационном спектакле «Земля дыбом» сумел не только воплотить свои новаторские постановочные решения, но и во многом определил те приемы, которые чуть позже станут основополагающими для массового революционного зрелища, включая поэпизодное построение действия, стремление к плакатности, отказ от психологизма, встраивание фрагментов реальной жизни в театральное зрелище. Все это является отражением режиссерских приемов, которые будут использованы в режиссуре театрализованных представлений и станут для них основополагающими. Режиссер разрушает четкое разделение театра на сценическое пространство и зрительный зал, так как зритель – это соучастник действия. Закрытое пространство, в котором был показан спектакль «Земля дыбом» трансформируется таким образом, словно это площадка на открытом воздухе.

1. Луначарский, А. В. О массовых празднествах, эстраде и цирке // Москва : Искусство, 1981. – 424c.
2. Керженцев, П.М. Творческий театр // Москва, Петроград : Государственное издательство, 1923. – 234 с.
3. Кокшенева, К.А. «Театральный Октябрь»: концептуальный раскол художественной интеллигенции 1917-1921 гг. // Культурное наследие России. – 2017. – № 1. – С. 59-66.
4. Фукс, Г. Революция театра: История Мюнхенского Художественного театра / перев. с нем., ред. А.Л. Волынский // Санкт-Петербург : Грядущий день, 1911. – 287 с.
5. Золотницкий, Д.И. Зори театрального Октября // Ленинград : Искусство, 1976. – 391 с.
6. Февральский, А. В. Десять лет театра Мейерхольда // Москва : Федерация. 1931. – 100 с.