История

Город и уезд в системе всеобщего военного обучения Рязанской губернии в 1918–1922 гг.: особенности организации и реализации

Тишин Алексей Анатольевич
преподаватель, Рязанское гвардейское высшее воздушно-десантное командное училище имени генерала армии В.Ф. Маргелова, Рязань, Россия, e-mail: tishin-xxx78@mail.ru, SPIN-код: 1118-2269

Аннотация: В статье исследуются особенности организации всеобщего военного обучения населения в городе и уездах Рязанской губернии в 1918–1922 гг. На основе архивных материалов и с применением историко-генетического, сравнительно-исторического и проблемно-хронологического методов анализируются территориальная организация учебных пунктов, кадровое и материальное обеспечение, содержание подготовки и система контроля. Показано, что единая государственная модель всевобуча реализовывалась территориально неодинаково вследствие различий в обеспеченности специалистами, оружием, помещениями и учебной инфраструктурой. Обосновывается значение территориального фактора для практической реализации политики военной подготовки населения.
Ключевые слова: всеобщее военное обучение, Рязанская губерния, город, уезд, учебные пункты, Красная армия, военная подготовка.

Tishin Alexey Anatolyevich
teacher, Ryazan Guards Higher Airborne Command School named after General of the Army V.F. Margelov, Ryazan, Russia

Abstract: The article examines the organization of universal military training in the city and uyezds of the Ryazan province in 1918–1922. Based on archival materials and using historical-genetic, comparative-historical and problem-chronological methods, it analyzes the territorial organization of training points, personnel and material provision, training content and administrative control. The study demonstrates that the unified state model was implemented unevenly because of differences in access to instructors, weapons, premises and educational infrastructure. It emphasizes the importance of territorial conditions for the practical implementation of military training policy.
Keywords: universal military training, Ryazan province, city, uyezd, training points, Red Army, military training.

Введение

Формирование системы всеобщего военного обучения населения являлось одним из важных направлений военного строительства Советской России в 1918–1922 гг. Правовой основой процесса стал декрет Всероссийского центрального исполнительного комитета от 22 апреля 1918 г. «Об обязательном обучении военному искусству» [8]. Его реализация была направлена на формирование массовой военной подготовки населения и создание подготовленного резерва Красной армии.

Всевобуч не ограничивался непосредственно военно-практическими занятиями. Система предполагала физическое развитие обучаемых, формирование дисциплины, проведение политико-просветительной работы и освоение элементарных военных навыков. Тем самым она являлась частью более широкой политики советского государства по формированию кадрового и мобилизационного ресурса.

В советской историографии всевобуч преимущественно рассматривался в связи со строительством Красной армии и подготовкой трудящихся. Значительный вклад в изучение темы внесли В. В. Бритов, В. А. Гуденко, А. П. Панкратов, А. А. Бабаков, Н. И. Баранов и А. Н. Пешков [1–4]. Современные исследования Е. А. Калининой и Т. В. Сарычевой, Т. В. Сарычевой, а также А. И. Белкина и Ж. В. Чашиной расширяют региональную перспективу изучения всевобуча и военно-физкультурной работы [5–7]. Вместе с тем обобщающий характер ряда работ не всегда позволяет определить, каким образом единые государственные требования реализовывались на конкретной территории.

Особое значение имеет сопоставление губернского центра и уездов. Наличие в городе органов управления, военных учреждений и специалистов создавало предпосылки для более устойчивой организации подготовки. В уездах, напротив, реализация всевобуча непосредственно зависела от местных кадровых и материальных возможностей.

Актуальность исследования обусловлена необходимостью уточнения того, как единая государственная политика военной подготовки населения реализовывалась на региональном уровне. Сопоставление губернского центра и уездов позволяет перейти от общего описания организационной модели всевобуча к анализу конкретных условий её функционирования: доступности инструкторов и оружия, наличия помещений, устойчивости связи и возможностей административного контроля. Такой подход важен для выявления соотношения общегосударственных требований и местных ресурсов в период Гражданской войны.

Современные исследования обращают внимание на организационные трудности всевобуча в регионах, различия в становлении губернских и уездных подразделений, а также на связь военной подготовки с развитием физической культуры [5–7]. Вместе с тем опыт Рязанской губернии требует отдельного рассмотрения на основании местных архивных материалов. Это определяет исследовательскую задачу настоящей статьи.

Методология исследования основана на принципах историзма и конкретно-исторического анализа. Историко-генетический метод используется для рассмотрения становления и функционирования организационных механизмов всевобуча; сравнительно-исторический — для сопоставления условий работы в губернском центре и уездных учебных пунктах; проблемно-хронологический — для последовательного анализа территориальной организации, кадрового и материального обеспечения, а также инспектирования. Анализ архивных документов позволяет соотнести нормативные установки с зафиксированными в делопроизводстве практиками и ограничениями.

Научная новизна работы состоит в рассмотрении всевобуча в Рязанской губернии как территориально дифференцированной системы на основе сопоставления губернского центра и уездного учебного пункта. В статье выявляется зависимость практической подготовки от соотношения численности обучаемых и доступного вооружения, анализируется роль инструкторского состава и инспектирования как механизма обратной связи. Конкретным примером выступают материалы Хромкожского учебного пункта, где на 81 неподготовленного рабочего приходилось 20 винтовок.

Цель исследования — определить особенности организации всеобщего военного обучения в городе и уездах Рязанской губернии в 1918–1922 гг. и выявить значение территориального фактора для функционирования системы.

Источниковую основу исследования составили материалы Государственного архива Рязанской области, прежде всего фондов Р-2715 и Р-2716, содержащие сведения об учебных программах, учебных пунктах, инструкторах, материальном обеспечении и результатах инспектирования [9–6].

Территориальная организация всевобуча

Рязань занимала особое положение в территориальной структуре всеобщего военного обучения. В губернском центре концентрировались органы управления, военные учреждения и специалисты. Это обеспечивало более благоприятные условия для создания учебных пунктов и организации занятий.

Важным элементом являлась унификация содержания подготовки. Архивные материалы содержат сведения о реализации 96-часового курса [9, л. 227, 281]. Наличие единой программы позволяло установить общие требования к подготовке различных категорий населения. Однако единообразие программы не означало одинакового качества ее выполнения. Реальные результаты зависели от количества инструкторов, наличия оружия, помещений и других ресурсов.

Особую роль играли кадры. В условиях Гражданской войны советское государство испытывало недостаток специалистов, обладавших необходимыми военно-профессиональными знаниями. Поэтому к организации занятий привлекались лица с опытом военной службы, в том числе бывшие офицеры. Документы ГАРО отражают их учет и возможность использования в системе военной подготовки [11].

В городе существовали также возможности для сочетания военной подготовки с физическим развитием. Материалы Р-2716 фиксируют организацию гимнастических и спортивных мероприятий, использование соответствующих помещений и выделение средств на их проведение [12, л. 20]. Это свидетельствует о том, что система подготовки рассматривалась не только как обучение обращению с оружием, но и как комплексное формирование физических качеств населения.

Иная ситуация складывалась в уездах. Здесь территориальная рассредоточенность населения, удаленность от губернского центра и ограниченность ресурсов затрудняли организацию регулярных занятий. Учебные пункты должны были самостоятельно решать вопросы обеспечения помещениями, оружием и кадрами.

Особенно показателен Хромкожский учебный пункт. Согласно архивному материалу, здесь числился 81 неподготовленный рабочий при наличии только 20 винтовок [10, л. 1]. Таким образом, даже при наличии организованного контингента возможности его полноценной практической подготовки были ограничены.

Кадровое обеспечение также оставалось проблемным. Документы позволяют проследить численность инструкторов и особенности их распределения [10, л. 8–11, 13]. Недостаток специалистов при значительном количестве обучаемых снижал возможности индивидуальной работы и затруднял проведение практических занятий.

Таким образом, единая организационная схема всевобуча на практике приобретала территориально дифференцированный характер. Город обладал преимуществами концентрации ресурсов, тогда как уездные учебные пункты были более зависимы от конкретных местных условий.

Кадровое и материальное обеспечение

Эффективность всеобщего военного обучения определялась не только наличием нормативной программы, но и возможностью обеспечить ее материальное и кадровое выполнение.

Наиболее существенным ресурсом являлось оружие. Без достаточного количества винтовок и другого имущества практическая составляющая подготовки неизбежно сокращалась. Хромкожский пример показывает, что значительный контингент обучаемых мог существенно превышать возможности учебного пункта по обеспечению оружием [10, л. 1].

Не менее важным фактором являлись инструкторы. Они должны были не только передавать военно-технические знания, но и обеспечивать практическую организацию занятий. Архивные сведения о Хромкожском пункте позволяют говорить о недостаточности инструкторского состава и необходимости распределения ограниченных кадров между обучаемыми [10, л. 8–11, 13].

Определенную компенсацию кадрового дефицита обеспечивало привлечение бывших военнослужащих [11]. Однако их использование требовало административного учета и контроля. В результате кадровая проблема имела не только количественный, но и организационный характер.

В Рязани ресурсная ситуация была более благоприятной. Концентрация военных учреждений и специалистов позволяла использовать помещения и оборудование для проведения занятий, включая гимнастические и спортивные мероприятия [12, л. 20]. Это расширяло содержание подготовки и позволяло реализовывать отдельные направления всевобуча с большей полнотой.

В уездах возможности были ограниченнее. Недостаток материальной базы приводил к необходимости адаптировать учебный процесс к имеющимся ресурсам. Поэтому одинаковые нормативные требования могли приводить к различным практическим результатам.

Контроль и инспектирование

Важным элементом управления всевобучем являлось инспектирование. Оно позволяло сопоставлять установленную организационную модель с фактическим состоянием учебных пунктов.

Материалы ГАРО содержат результаты проверок, в том числе за декабрь 1919 г. [9, л. 410–411, 413]. Они позволяют установить наличие недостатков в организации подготовки и выявить расхождения между нормативными требованиями и реальной практикой.

Инспектирование выполняло одновременно контрольную и информационную функции. С одной стороны, оно позволяло оценить деятельность учебного пункта, с другой — обеспечивало органы управления сведениями о кадровом и материальном состоянии системы. Полученная информация могла использоваться для определения направлений дальнейшего организационного воздействия.

Особое значение имело выявление недостатков, которые не могли быть устранены силами самого учебного пункта. Если нехватка оружия, помещений или инструкторов носила системный характер, ее решение требовало перераспределения ресурсов на более высоком уровне.

Следовательно, инспектирование являлось механизмом обратной связи между губернским управлением и территориальной сетью всевобуча.

Результаты исследования

Проведённый анализ позволяет сформулировать следующие результаты исследования.

Во-первых, установлено различие функциональной роли города и уездов: Рязань выступала центром концентрации административных, кадровых и материальных ресурсов, тогда как уездная сеть обеспечивала массовое распространение военной подготовки.

Во-вторых, выявлена зависимость результатов обучения от ресурсного обеспечения. Хромкожский учебный пункт, где на 81 неподготовленного рабочего приходилось 20 винтовок, демонстрирует ограниченность возможностей практической подготовки [10, л. 1].

В-третьих, показано противоречие между единообразием нормативных требований и неодинаковыми возможностями их выполнения. 96-часовой курс создавал общую основу подготовки, однако его реализация зависела от условий конкретного учебного пункта [9, л. 227, 281].

В-четвертых, определено значение инспектирования как механизма контроля и обратной связи между органами управления и территориальными подразделениями [9, л. 410–413].

Заключение

В 1918–1922 гг. всеобщее военное обучение в Рязанской губернии функционировало как единая государственная система, однако его практическая реализация существенно зависела от территориальных условий.

Рязань обладала преимуществами благодаря концентрации органов управления, военных специалистов, помещений и материальных ресурсов. Это создавало более благоприятные условия для проведения регулярных занятий, физической подготовки и организационного контроля.

Уездные учебные пункты находились в более сложном положении. Недостаток оружия, инструкторов и помещений ограничивал возможности выполнения учебных программ. Наиболее наглядно это проявилось в Хромкожском пункте, где на 81 неподготовленного рабочего приходилось 20 винтовок [10, л. 1].

Вместе с тем уездный уровень являлся необходимым элементом системы. Именно через сеть учебных пунктов военная подготовка распространялась за пределы губернского центра и приобретала массовый характер.

Таким образом, важнейшим противоречием системы являлось расхождение между едиными нормативными требованиями и неодинаковыми возможностями их реализации. Город выполнял функции организационного и ресурсного центра, а уезды обеспечивали непосредственное включение населения в систему военной подготовки.

Региональный анализ позволяет сделать вывод, что эффективность всевобуча определялась не только решениями центральных органов, но и состоянием местной кадровой и материальной базы, а также способностью территориальных органов адаптировать общие требования к конкретным условиям.

1. Бритов В. В. Рождение Красной армии. — М. : Воениздат, 1961. — 192 с.
2. Программа дополнительного учебного сбора Всевобуча: обучение в составе отделений, взводов, рот и батальона / Отдел военной литературы при Революционном военном совете Республики. — М. : Государственное издательство, 1921. — 15 с.
3. Панкратов Н. Р., Бабаков А. А., Баранов С. В. и др. В. И. Ленин и Советские Вооруженные Силы / под общ. ред. А. С. Желтова. — 3-е изд., доп. — М. : Воениздат, 1980.
4. Пешков И. А. Всеобщее военное обучение трудящихся Республики Советов в 1918–1920 гг. // Исторические записки / Академия наук СССР, Институт истории. — М. : Издательство АН СССР, 1952. — Т. 42. — С. 3–18.
5. Калинина Е. А., Сарычева Т. В. Проблемы организации системы всеобщего военного обучения в 1918–1920 гг.: Западная Сибирь и Олонецкая губерния — сравнительный анализ // Журнал Сибирского федерального университета. Гуманитарные науки. — 2021. — Т. 14, № 2. — С. 288–299. — DOI: 10.17516/1997-1370-0722.
6. Сарычева Т. В. Организация военно-физкультурной деятельности в Западной Сибири на этапе становления советской власти (Томская губерния, начало 1920-х гг.) // Физическая культура: воспитание, образование, тренировка. — 2012. — № 6. — С. 19–21.
7. Белкин А. И., Чашина Ж. В. Развертывание всеобщего военного обучения в Мордовии на начальном этапе Гражданской войны (апрель 1918 — январь 1919 г.): опыт сравнительного анализа // Гуманитарий: актуальные проблемы гуманитарной науки и образования. — 2025. — № 71. — С. 209–223. — DOI: 10.24412/2078-9823.071.025.202503.209-223.
Список источников
8. Декрет Всероссийского центрального исполнительного комитета от 22 апреля 1918 г. «Об обязательном обучении военному искусству» // Собрание узаконений и распоряжений Рабочего и Крестьянского Правительства РСФСР. — 1918. — № 33. — Ст. 433.
9. Государственный архив Рязанской области (ГАРО). Ф. Р-2715. Оп. 1. Д. 37.
10. Государственный архив Рязанской области (ГАРО). Ф. Р-2716. Оп. 1. Д. 1.
11. Государственный архив Рязанской области (ГАРО). Ф. Р-2715. Оп. 1. Д. 54.
12. Государственный архив Рязанской области (ГАРО). Ф. Р-2716. Оп. 1. Д. 16в.
13. Государственный архив Рязанской области (ГАРО). Ф. Р-2716. Оп. 1. Д. 15.