Русский язык | Филологический аспект №7 (39) Июль, 2018

УДК 81

Дата публикации 31.07.2018

Фразеология как средство отражения острого восприятия действительности в публицистике В. Распутина

Шепырев Александр Сергеевич
бакалавр педагогического образования (русский язык и литература), Дальневосточный федеральный университет, РФ, г. Уссурийск, holbrook@mail.ru

Аннотация: Статья посвящена рассмотрению фразеологических единиц (ФЕ), отражающих остроту восприятия действительности В. Распутиным в публицистической речи. Были проанализированы фразеологизмы, обнаруженные в публицистических произведениях периода перестройки («Сибирь без романтики», «Тобольск», «Ближний свет издалека», «Cherchez la femme», «Твой сын, Россия, горячий брат наш...»), а также ранний очерк писателя «Поле Куликово». С целью выявления специфики авторских переживаний в работе исследована тематика фразеологизмов при помощи соотнесения их с той или иной семантической группой. Теоретической основой для семантического соотнесения ФЕ является классификация Е.А. Быстровой. Большинство исследуемых фразеологизмов обладают негативной коннотацией.
Ключевые слова: фразеологизм, тематика, семантическая группа, коннотация, публицистика

Phraseology as a means of reflecting the acute perception of reality in V. Rasputin’s publicism

Shepyrev Alexander Sergeevich
bachelor of pedagogical education (Russian language and literature), Far Eastern Federal University, RF, Ussuriysk, holbrook@mail.ru

Abstract: The article is devoted to the consideration of phraseological units that reflect the acuteness of V. Rasputin's perception of reality in publicistic speech. The phraseological units found in the publicistic works of the perestroika period («Siberia without romance», «Tobolsk», «Low beam from afar», «Cherchez la femme», «Your son, Russia, our beloved brother…») and the early writer’s essay («Kulikovo Field») are analyzed. In order to identify the specifics of the author's experiences, the thematics of phraseological units is studied by means of their correlation with a particular semantic group. The theoretical basis for the semantic correlation of phraseological units is the E. A. Bystrova's classification. Most of the studied phraseological units have a negative connotation.
Keywords: phraseological unit, thematic, semantic group, connotation, publicism


В публицистических произведениях В. Распутина, как писал П.П. Каминский, отражается его острая реакция на различные социальные процессы и явления. Особенно это касается окружающей писателя действительности времен перестройки [3, с. 5]. Большая часть исследуемых нами произведений приходится на это время. Сам В.Г. Распутин, говоря о принципах своего публицистического творчества, писал: «Наступила пора для русского писателя вновь стать эхом народным» [цит. по 5, с. 119-120].

Ярким средством выражения эмоций и оценки для писателей являются фразеологические единицы (ФЕ). Как правило, данные фразеологизмы обладают коннотативным значением (или экспрессивной окраской) [2, с. 281]. Следовательно, целью работы является рассмотрение этих единиц в качестве средства отражения остроты реакции В. Распутина на те или иные реалии перестроечных лет. Для этого методом семантического соотнесения фразеологизмы, обнаруженные в публицистике писателя, распределены на несколько семантических групп. Кроме того, рассмотрено оценочное и эмотивное значение данных единиц.

Теоретической основой работы послужила тематическая классификация фразеологизмов Е.А. Быстровой. Исследователь выделяет следующие семантические группы ФЕ:

1) свойства, качества человека (голова на плечах, каши не сваришь);

2) действия, поступки, поведение человека (держать себя в руках, водить за нос);

3) физическое, эмоционально-физическое состояние лица (болеть душой, валиться с ног);

4) состояние предмета, явления (бить ключом, сыграть роль);

5) качество, признак, время, место, направление, причина и условие действия (в глубине души, без году неделя, в двух шагах);

6) выражение чувств, эмоций (вот это да, не может быть) [1, с. 252 – 256].

При исследовании ФЕ классификация была расширена посредством включения в нее различных подгрупп.

Перед тем, как обратиться к анализу публицистики Распутина времен перестройки, следует обратить внимание на то, какие группы фразеологизмов писатель использовал в более ранний период своего творчества. Для этого мы рассмотрим ФЕ, которые встречаются в первой редакции очерка «Поле Куликово» (1978). По утверждению П.П. Каминского, в данном произведении писатель размышляет о «феномене мемориалов как мест средоточия «духа Отечества» [3, с. 162]. Мы, в свою очередь, можем отметить, что всю первую редакцию очерка пронизывает тема дороги, с чем связана некоторая часть фразеологизмов, используемых автором. Рассмотрим данные единицы.

1. И уж, кажется, на подъезде изнемогали мы от увиденного и услышанного, не в силах сразу отделить, чем можно гордиться и чего нужно стыдиться [7, с. 321].

Выделенный здесь фразеологизм входит в семантическую группу «Физическое, эмоционально-физическое состояние лица». Данная единица отражает состояние людей, преодолевших долгий путь: усталость повлияла на их возможности.

2. После обеда даже и не серая, а темная мгла стала наваливаться с неба, заставляя нас то и дело взглядывать на часы [7, с. 322].

3. Я взглянул на закат – за пять минут там чудом успела обнажиться полоса чистого неба, которая прямо на глазах все расширялась и расширялась, вздымая над собой черноту... [7, с. 322]

Данные фразеологические единицы относятся к группе «Качество, признак действия». Указывают они на повторяемость (то и дело) и стремительность действия (на глазах). Быстрота смены картин поддерживается временным фразеологизмом вот-вот:

4. ...и по какому-то неверному ожиданию вот-вот, казалось, возникнут в ней [степи] горящие памятные знаки, показывающие, где и что было [7, с. 325].

Тема дороги связана с мотивом течения времени. Так как очерк носит исторический характер, в текст включаются и соответствующие ему ФЕ. Рассмотрим следующий фразеологический оборот:

5. Много воды утекло за шестьсот лет - так много, что одни речки на месте Куликовской битвы высохли совсем, оставив нам на память свои названия, другие обмелели и зачахли [7, с. 327].

Данный фразеологизм мы можем назвать как временным, так и обозначающим состояние явления (в данном случае, речь идет о характеристике прошедших веков).

Помимо приведенных выше единиц, обнаружены в очерке и фразеологизмы других семантических групп: состояние предмета или явления (взять верх), восприятие (навострить уши), причина действия (во имя). Среди исследуемых в данном произведении ФЕ только одна из них используется В. Распутиным для выражения эмоции:

6. Безобразие, конечно, было – что и говорить! – но когда я раздумывал об этой истории, она поворачивалась у меня своей стороной, не той, которая выставлялась для постороннего человека [7, с. 333].

На первый взгляд, с помощью данного фразеологического оборота автор подчеркивает бесспорность ситуации. Но, как мы выясняем позже, Распутин этим средством подводит нас к еще более неприятному для него воспоминанию, которое вызывает авторский гнев и, по словам самого Распутина, «не идет из головы».

Таким образом, в очерке «Поле Куликово» мы практически не встречаем фразеологизмов, выражающих остроту авторского восприятия действительности. Анализ фразеологии данного произведения необходим нам для того, чтобы показать контраст между ранней публицистикой Распутина и его произведениями перестроечных лет.

В публицистике В. Распутина 1985 – 1991 гг. обнаружены ФЕ различных семантических групп. Первую составляют фразеологизмы, выражающие свойства и качества людей. Стоит отметить, что лишь малая часть оборотов данной группы обладает положительной характеристикой (душа нараспашку, легок на ногу). Большая часть фразеологизмов здесь обладает негативной коннотацией:

1) ...Ремезовы и Черепановы <…> исчезли, столоначальники пошли не только без царя, но и без России в голове («Тобольск») [7, с. 69];

2) А мы еще спрашиваем нравственность с Сибири, куда вместе с казаками и в путь за казаками кинулась самая разбитная вольноохочая публика <...>, а потом <...> погнали со всей России отпетые головушки. («Тобольск») [7, с. 52];

3) Не в первый раз награждают его [русского человека] подобными «достоинствами», и он никогда от них не отказывался. В семье не без урода, в народе не без уродства. («Ближний свет издалека») [7, с. 350].

Как мы видим, Распутин резок по отношению к людям, действующим против нравственности и не в пользу народа. Даже смотря на русского человека со стороны всего остального мира, писатель не стесняется в использовании фразеологизмов с отрицательной характеристикой.

Отрицательна в публицистике В. Распутина и группа ФЕ, выражающих действия, поступки, поведение человека:

1) Но это говорится уже не в достоинство сибиряку, а для того, чтобы показать, что в нем есть и чего в нем нет. Он и голову задирал, глядя в небо, как на могущественного соседа, мечтая верой приспособить его для себя и своего хозяйства. («Сибирь без романтики») [6, с. 122];

2) Княжеская власть продолжала прибирать под одну государственную руку уделы, добровольное духовное миссионерство соединяло их внутренним единством. («Ближний свет издалека») [7, с. 353].

Здесь мы также видим, что автор не готов идеализировать русского человека (в частности, сибиряка). Не случайно Распутин использует фразеологизм задирать голову: контекст указывает на человека-созерцателя. В то же время, согласно значению фразеологического оборота, мы понимаем, что автор говорит о высокомерии данного лица. Распутин в этом отношении честен перед читателем. Примечательно, что на правдивость повествования указывает название очерка – «Сибирь без романтики». Идеализация отсутствует и при характеристике действий власти, как мы видим во втором примере.

В рамках семантической группы фразеологизмов, обозначающих действия и поступки человека, можно выделить следующие подгруппы:

1) речевая деятельность (нести ахинею, нести околесицу, развязать язык, поднимать голос);

2) мыслительная деятельность (уму непостижимо, предать забвению, запасть в душу, словно пелена спала с глаз);

3) деятельность по отношению к кому-либо (отдать дань, брать сторону, поставить в один ряд, усыпить бдительность, воздать должное, задать тон, пасть на долю, бросать камень, застрять в зубах, смотреть со своей колокольни, принимать на веру, отвесить поклон).

Таким образом, мы видим, что только фразеологизмы, обозначающие мыслительную деятельность, в целом не обладают негативной коннотацией.

Следующую семантическую группу ФЕ мы можем назвать «Свойства, качества предмета». Выделение данной группы обусловлено количественным составом фразеологизмов со значением качественной характеристики предмета; в используемой нами классификации Е.А. Быстровой такой группы не обнаружено.

Фразеологизмы семантической группы «Свойства, качества предмета» у Распутина более разнообразны в своей коннотации. Так, в очерке «Твой сын, Россия, горячий брат наш...» писатель положительно относится к тому, о чем говорил в своих произведениях Василий Шукшин:

Вот это понимание, эти золотые слова о том, что мужику незачем врать, пагубно участвовать во лжи, эта истовая вера в Русь и дают нам право на самую большую надежду в судьбе своей родины и народа [8, с. 98].

В данном отрывке, как и во всем очерке, чувствуется некая духовная близость писателей, а фразеологизм является средством выражения высокой оценки творчества В. Шукшина.

В остальном же Распутин не изменяет своей манере использования фразеологических единиц с отрицательной характеристикой. Замечено, что данные обороты писатель чаще всего применяет по отношению к географическим объектам – к Сибири в целом и отдельным городам:

1) Были времена, когда она напоминала проходной двор - со всем тем неизбежным, как ведут себя люди в проходном дворе. В немалой степени это остается и сейчас. («Сибирь без романтики») [6, с. 118];

2) Явился он [Тобольск] в казацком зипуне, а оказалось - стольной крови, что называется, из грязи да в великие князи. («Тобольск») [7, с. 48].

Мы понимаем, что выраженная в данных произведениях отрицательная характеристика родных мест – это претензия Распутина опять же к людям, имеющим отношение к Сибири или Тобольску. Во втором примере писатель даже использует фразеологический оборот, традиционно применяемый к человеку, который незаслуженно поднялся на какую-либо высоту, используя для достижения цели аморальные средства [4, с. 281].

Если вернуться к очерку, посвященному В. Шукшину, мы замечаем, что в подобном тоне Распутин дает характеристику ложному искусству, вытесняемому тем, что привнес в этот мир писатель талантливый, ценящий истинные чувства:

Время от времени в искусство для того, кажется, и являются такие личности, чтобы оно не заблудилось и не заболталось, не потеряло цену слову и чувству. Они приходят, и словно пелена спадает с глаз: вот же оно - настоящее, а то, что выдавало себя за настоящее, не стоит и ломаного гроша. («Твой сын, Россия, горячий брат наш...») [7, с. 462].

Довольно многочисленной в публицистике В. Распутина является семантическая группа фразеологизмов, выражающих физическое, эмоционально-физическое состояние лица. Здесь также можно выделить несколько подгрупп:

1) внутреннее состояние лица (уйти в себя, сердце ёкнуло, набрать силу, в состоянии);

2) состояние лица, характеризующееся внешним проявлением (опустить руки, заливаться горькими слезами, схватиться за голову);

3) переход из одного состояния в другое (привести в божеский вид, провалиться с треском, появляться на свет, сходить со сцены, сложить голову, из огня да в полымя, переступить черту, приходить в себя).

Как мы видим, внимание В. Распутина направлено в большей степени на эмоциональное состояние людей. При этом выражается широкий спектр человеческих переживаний: от оживления (набрать силу, в состоянии) до испуга, слез (сердце екнуло, заливаться горькими слезами). Часть фразеологизмов последней подгруппы может применяться и по отношению к предметам или явлениям.

Обширной семантической группой фразеологизмов являются также единицы, выражающие качество, признак действия. ФЕ данной группы обладают различной коннотацией. Мы можем распределить данные единицы по их характеристике:

1) положительная (идти в ногу, не покладая рук, плечо к плечу, на равных правах);

2) нейтральная (сплошь и рядом, капля по капле, более или менее);

3) отрицательная (несолоно хлебавши, играть, как кошка с мышкой, как на грех, не на жизнь, а на смерть, ни в какие ворота не лезет, невесть как, направо и налево).

Иногда качество или признак действия могут выражать фразеологизмы, называющие предмет. Подобное использование мы наблюдаем в следующем примере:

Мы невольно несем в себе и древность Киева, и величие Новгорода, и боль Рязани, и святость Оптиной Пустыни, и бессмертие Ясной Поляны и Старой Руссы. В нас купиной неопалимой мерцают даты наших побед и потерь. («Сибирь без романтики») [6, с. 128].

Фразеологизм библейского происхождения в данном случае не только является характеристикой действия, но и превращается в изобразительно-выразительное средство, становясь сравнением.

Среди семантических групп «Физическое, эмоционально-физическое состояние лица» и «Качество, признак действия» мы можем выделить в публицистике Распутина ряд фразеологизмов, объединенных общей тематикой. Так, группу, называющую исчезновение того или иного объекта, образуют ФЕ в следующих примерах:

1) Огромные тысячи, которые постоянно, как прибой, накатывают на громкие сибирские стройки, накатывают, как и положено прибою, с шумом, музыкой и впечатляющей мощью, по прошествии нескольких лет тихо и незаметно исчезают – словно уходят в песок. («Сибирь без романтики») [6, с. 118];

2) Но куда, в какие тартарары провалилось милосердие той, которая должна быть обителью милосердия? («Cherchez la femme») [7, с. 479];

3) Полный век, миновавший от даты до даты, как корова языком слизнула. («Ближний свет издалека») [7, с. 345].

Характерной чертой распутинского фразеологического языка в публицистике можно назвать и использование оборотов, прямо выражающих раздражение. Обязательным компонентом таких фразеологизмов является возвратное местоимение себя.

1. На мирскую власть, на княжение, даже самое маленькое, он не был способен, и игуменом стал – братия просила по духовному влиянию на нее; государственные поручения выполнял - митрополит и великий князь просили по великой его духовной славе. Только однажды он вышел из себя («Ближний свет издалека») [7, с. 346].

2. ...но он [герой Шукшина] ощущает также и свою недостаточность и шаткость для жизни направленной, это мучает его и заставляет совершать поступки как бы вне себя самого и обычно во вред себе. («Твой сын, Россия, горячий брат наш...») [8, с. 92].

Остальные семантические группы соотносятся с категориальным значением фразеологизмов. Так, фразеологизмы, обозначающие время действия (до третьих петухов, до морковкиного заговенья, время от времени), место и направление (из конца в конец, рукой подать, куда ноги несут, по белу свету), причину (от греха подальше, во имя) являются качественно-обстоятельственными единицами. Группа фразеологических оборотов, выражающих отношение говорящего к высказываемой мысли, представлена модально-междометными единицами (нечего и говорить, то ли еще будет, само собой).

В заключение мы можем отметить, что в языке публицистики В. Распутина именно фразеология является одним из основных и ярких средств выражения острой реакции писателя на обстановку, сложившуюся в перестроечные годы. Именно эти единицы языка в очерках писателя обладают той воздействующей на читателя силой, характерной для публицистического стиля вообще. Возникает необходимость в дальнейшем изучении фразеологии данных произведений с точки зрения других разделов языкознания (этимологии, стилистики и др.), так как исследуемая проблема до сих пор не получила достаточного освещения в научной литературе, несмотря на богатый фразеологический состав публицистики В. Распутина.


Список литературы

1. Быстрова, Е.А. Учебный фразеологический словарь русского языка: Пособие для учащихся нац. школ / Е.А. Быстрова, А.П. Окунева, Н.М. Шанский. – Л.: Просвещение, 1984. – 271 с.
2. Го Ниннин. Стилистическая характеристика фразеологизмов в русских фразеологических словарях / Ниннин Го // Вестник Тамбовского университета. Серия: Гуманитарные науки. – 2012. - № 9. – С. 280 – 283.
3. Каминский, П.П. «Время и бремя тревог». Публицистика Валентина Распутина: монография / П.П. Каминский. – М.: ФЛИНТА: Наука, 2012. – 240 с.
4. Ларионова, Ю.А. Фразеологический словарь современного русского языка / Ю.А. Ларионова. – М. : Аделант, 2014. – 512 с.
5. Плеханова, И.И. Книга «Сибирь, Сибирь...» В.Г. Распутина как лирико-философско-публицистический трактат // Вестник Томского государственного университета. Филология. - №3. – 2016. – С. 115-134.
6. Распутин, В.Г. Сибирь без романтики / В. Г. Распутин // Сибирь: лит.-художествен. и обществен.-политич. Двухмесячник. – 1983. – № 5. – С. 106 – 128.
7. Распутин, В.Г. Собрание сочинений: В 3-х т. Т. 3: Сибирь, Сибирь... Очерки. Публицистика / В.Г. Распутин. – М.: Мол. Гвардия: Вече, 1994. – 496 с.
8. Распутин, В.Г. Твой сын, Россия, горячий брат наш... / В. Г. Распутин // Сибирь: лит.-художествен. и обществен.-политич. Двухмесячник. – 1984. – № 4. – С. 87 – 99.

Расскажите о нас своим друзьям: