Теория языка | Филологический аспект №11 (55) Ноябрь 2019

УДК 81'1: 659.123.1

Дата публикации 27.11.2019

Феномен социофонемы в переводах В.А. Жуковского и его влияние на восприятие русской и английской поэзии романтизма

Сабиева Елена Викторовна
канд. филол. наук, доцент кафедры «Русский язык и литература»,Северо-Казахстанский государственный университет им.М.Козыбаева, РК, г.Петропавловск, sabieva1969@mail.ru
Мисяченко Ольга Евгеньевна
магистрант специальности: «Русский язык и литература», Северо-Казахстанский государственный университет им.М.Козыбаева, РК, г.Петропавловск, misyachenko96@mail.ru

Аннотация: В данной статье рассматривается феномен социофонемы в романтической поэзии через переводческое творчество русских поэтов эпохи романтизма на примере великого русского поэта и переводчика В.А. Жуковского. Для литературоведов является актуальным вопрос о влиянии социофонемы на восприятие читателем того или иного произведения. Так, в переводческом творчестве выдающегося поэта и переводчика Василия Жуковского социофонема – особое явление, благодаря которому можно сделать детальный анализ как самих переводов, где отражается мировосприятие поэта, так и посылов оригинальных произведений. Авторы данной статьи подчеркивают, что социофонема является своеобразным литературным феноменом, позволяющим выявить особенности восприятия не только произведения, но и целой поэзии отдельной эпохи. В.А. Жуковский в своих переводах не просто сумел передать основные идеи английских поэтов-романтиков, но и воплотить свои, в которых заключена целая философия русского романтизма. Философию английской и русской романтической поэзии, по мнению авторов статьи, можно проследить через социофонемы, которыми богато творчество В.А. Жуковского.
Ключевые слова: социофонема, поэзия эпохи романтизма, влияние социофонемы, восприятие поэзии романтизма, философия романтизма

The phenomenon of sociophoneme in V.A. Zhukovsky’s translations and its influence on perception of the Russian and English romantic poetry.

Sabiyeva Yelena Viktorovna
Candidate of Philological Sciences, Associate Professor of the Russian language and literature, North Kazakhstan State University named after M.Kozybayev, Republic of Kazakhstan, Petropavlovsk
Missyachenko Olga Yevgenyevna
postgraduate student of the specialty: “The Russian language and literature”, North Kazakhstan State University named after M.Kozybayev, Republic of Kazakhstan, Petropavlovsk

Abstract: The article says about the phenomenon of sociophoneme in the romantic poetry through the Russian poets’ translation works using the example of the great Russian poet V. A. Zhukovsky. For literary scholars, the issue of the influence of the sociophoneme on the reader's perception of a work is an urgent issue. So, in the talented poet V.A. Zhukovsky’s translation work the sociophoneme is a special phenomenon. Thanks to the phenomenon it is possible to make a detailed analysis of both the translations themselves which reflect the poet’s worldview and the main ideas of the original poems. The authors of the following article emphasize that the sociophoneme is a kind of literary phenomenon which allows us to identify the peculiarities of perception not only of a work, but of the whole poetry of a particular period. In his translations, V.A. Zhukovsky not only managed to reveal the main thoughts of the English romantic poets but also to bring his own ideas based on the whole philosophy of the Russian romanticism. In the authors’ opinion, the philosophy of the English and Russian romantic poetry can be traced through sociophonemes, which we can mostly observe in V.A. Zhukovsky’s works.
Keywords: sociophoneme, romantic poetry, influence of sociophoneme, the perception of the poetry of romanticism, romantic philosophy


Сам термин «социофонема» появился в русской филологии относительно недавно. Наиболее подробно термин описан в книге Ю.В.Казарина «Проблемы фоносемантики лингвистического текста», где социофонема рассматривается и анализируется как «лингвистический фонетический знак, который производится и воспринимается Говорящим и Слушающим не только и не столько интеллектуально, логически и информативно, сколько эстетически, эмоционально, оценочно, психологически» [1,c.128]. Известный ученый, лингвист Бодуэн де Куртенэ также говорил о ментальном и психологическом восприятии фонем.

В.А. Жуковский является не только талантливым поэтом и писателем своего времени, но также выдающимся переводчиком.  Владел в совершенстве искусством перевода. В.А.Жуковский  избирал для переводов только те произведения, которые были ему близки идейно и эстетически.

Благодаря выдающемуся творчеству В.А.Жуковского, мы можем проследить и глубоко проанализировать основные черты  поэзии английского и русского романтизма. Также необходимо уделить внимание и  своеобразному особому мировоззрению поэта и переводчика. Совершенно точно можно сказать о том, что то или иное звучание, та или иная социофонема способна вызвать у читателя особое эмоциональное, психологическое, ментальное восприятие лирических строк. Согласимся с мнением известного российского литературоведа Бориса Прокопьевича Гончарова о том, от отдельных компонентов звуковой системы стихотворения зависит целостный анализ стихотворной речи, обращающийся не только к отдельным аспектам строения стиха, но выявляющий его эмоциональную и содержательную функцию.

Переводческое творчество русских лириков богато социофонемами. Каждая лирическая строчка из них раскрывает ту или иную грань  русской и зарубежной романтической поэзии. Например, для переводов Василия Андреевича Жуковского характерна искусная фонетическая организация слога, повторение тех или иных звуков, их виртуозное сочетание. Так, в в переводе «Доники» Роберта Саути прослеживаются частые повторы фонемы /л/: «И ласточка, летя над ним, боялась», «Любовь в груди невесты пламенела». Звук л придает строкам напевности, мелодичности, музыкальности. В строках чувствуется  глубокая меланхолия, столь характерная для поэзии  эпохи романтизма. В строках как будто нависла таинственная угроза, так что читатель невольно начинает  ожидать что- то страшное и необратимое: «И ласточка, летя над ним, боялась…» А частые повторы  благозвучного л словно оттягивает роковой конец. Муки, которые испытывают герои произведения  и представляют целую философию романтической эпохи. Бесконечные терзания, томление, восприятие судьбы и жизни как игры, финал которой неизвестен, тоже составляют романтическое мировоззрение. Мы можем отметить, что и  жизни героев неопределенны и трагичны.

Заметим, что русским человеком звук л интуитивно воспринимается как нечто теплое, ласковое. Это подтверждается семантикой следующих слов: любовь, лелеять, ласка, лето, тепло и многие другие. Благодаря частым повторам данной социофонемы, чувства и эмоции героев раскрываются не сразу, а постепенно. Подтверждением этому служат также глаголы, употребленные в несовершенном виде: таяла, палил, пламенела.

Что касается самого оригинала произведения, примечательно то, что  Роберт Саути использует для описания внешности, эмоций и настроения Доники долготу гласных звуков. Например,  в словах cheek, meek bloom, morn долгота гласных звуков наилучшим образом передает и своеобразную тонкую атмосферу поэтических строк, и нежелание поэта свершения злого рока.

Таким образом, Василий Андреевич Жуковский сумел в наибольшей степени отобразить настроение поэта, придав строкам новые эффекты и новое звучание.

Особое место в литературе, в частности в литературе романтизма, занимает отношение к природе. Ее описание не только через художественные средства, но  и через яркое использование той или иной социофонемы, очень точно передает настроение и ментальность эпохи романтизма. Через созерцание природы идет глубокое осмысление жизни и места человека в этом мире.

Так, в переводе В.А. Жуковского произведения «Варвик» описание природы богато и философично:

Там пламенел брегов на тихом склоне

Закат сквозь редкий лес…

Цветут леса, вияся блещут воды,

И радость на лугах[2].

Все тот же повтор л: «на склоне, лес, блещут, пламенел, лугах» позволяют читателю прочувствовать философию не только самого поэта или переводчика, но и народа в целом. Здесь данный повтор выступает словно индикатор чувств человека к природе.

Повторы звука л можно заметить и в переводе В.А.Жуковского произведения «Сельское кладбище» известного английского поэта - романтика Томаса Грея: «Усталый селянин медлительной стопою идет…», «Но музы от него лица не отвратили, И меланхолии печать была на нем». Философия сельских жителей представлена неторопливостью, степенностью. Строки пылают любовью к природе, к родной земле:

Там в полдень он сидел под дремлющею ивой,

Поднявшей из земли косматый корень свой;

Там часто, в горести беспечной, молчаливой,

Лежал, задумавшись, над светлою рекой… [3, с.163]

Читатель в данном произведении отмечает, что  частые повторы фонемы /л /также заставляют чувствовать присутствие светлого, теплого чувства не только к природе , но и к тем, кто уже никогда ею не насладится, кто никогда не сможет больше наблюдать красоту полей, размышлять, сидя под «дремлющею ивой»: Их сердце милый глас в могиле нашей слышит», «Еще огнем любви для них воспламенен». Те, кто погребен на сельском кладбище- это люди с особой философией, которая наполняет лирические строки и заставляет читателя задуматься о смысле бытия, о ходе времени. Такие размышления очень часто можно встретить в произведениях романтизма. Главное для умершего – любовь и память его близких и односельчан, чтобы помнили о том, как он придавался раздумьям на берегу реки, сидел под дремлющею ивой, спешил на холм «предупредить зарю». В звуке л русский человек чувствует возвышенное чистое чувство к богу, несмотря на жизненные тревоги и невзгоды:

Здесь пепел юноши безвременно сокрыли,

Что слава, счастие, не знал он в мире сем…

Здесь все оставил он, что в нем греховно было,

С надеждою, что жив его спаситель-бог» [3, c 164].

Мы понимаем, что селянин прожил сложную жизнь, но не смог оставить  веру в бога. К лирическим строкам Томаса Грея, в которых представлены раздумья простых сельских жителей, их любовь к родной земле и односельчанам, были добавлены русское глубокое осмысление бытия и ненарушимое почитание бога. Эта философия прослеживается и в «Варвике», в переводе которого появляются такие понятия, как грех и наказание.

Так,  мы можем четко отследить противопоставление героя положительного герою-злодею, которому вовсе нет дела до красоты пейзажей: Один Варвик был чужд красам природы. Отчуждение отрицательного героя- это своеобразное наказание за его грехи. Отчуждение природы от героя-антипода и героя от природы передается через другую социофонему, которую можно противопоставить ранее рассматриваемой социофонеме. Читатель может проследить в переводе  частый повтор фонемы /р/. Данная фонема режет слух, заставляет вздрагивать и ожидать опасностей, особенно если стоит в сочетании с фонемами /г/ и / з/, а также с шипящими звуками. Несложно прочувствовать подобное в таких слова русского языка, как: гром, грохот, громила,  греметь, груз, угроза, гроза. Особенно ярко это можно проследить в строках:

Он наступил; со страхом провожает

Варвик ночную тень:

Дрожи! (ему глас совести вещает)

Эдвинов смертный день![4]

О неблагозвучности некоторых фонем говорят работы Казарина Ю.В., Шанского Н.М. и других авторов. Говоря о социофонеме /р/, ее часто  характеризуют ее как фонему «холодного звучания». Это в полной степени подходит содержанию лирических строк из произведения «Варвик», где речь идет об отчуждении человека духовного.

Также холодность можно прочувствовать и в переводе элегии «Сельское кладбище»:

На всех ярится смерть — царя, любимца славы,

Всех ищет грозная... и некогда найдет [3, c. 211].

Особенно ярко мы можем проследить романтико-философские размышления о бренности мира и о неспособности преобразить этот мир тех, кто покоится на этом сельском кладбище в словах: смерть, ярится, грозная, мертвыми, надгробия, гремит, гробами. Здесь социофонема /р/ ощущается, воспринимается читателем в полной мере, заставляя прочувствовать до конца основную идею, заложенную в поэтических строках.

Говоря о данной социофонеме, необходимо  взять во внимание строки из перевода элегии «Доника»:

Случалося, что, бурею разима,

Дрожала твердая скала…

И каждый раз — в то время, как могилой

Кто в замке угрожаем был, —

Пророчески, гармонией унылой

Из бездны голос исходил [3, c. 163].

В каждом звучании этой фонемы:  «бурею, разима, дрожала, твердая, раз, угрожаем, пророчески» прослеживается  трагичность судеб героев, особенно в сочетании с шипящими звуками. Но фонемы /ш/, /щ, /ж/ сами по себе могут вызвать сильные эмоциональные волнения, так как таят в себе страх и опасности, душевные мучения. Так, в произведении «Варвик» Варвик- отрицательный персонаж. За его злодеяние немедленно следует наказание: Варвику нет покоя на этой земле, он скитается в поисках этого самого покоя, но совесть терзает его:

Страшилищем ужасным совесть бродит

Везде за ним вослед [3, c.211].

Его мучения, терзания его души передаются через повтор шипящих звуков: страшилищем, ужасным.

В переводе лирического произведения Роберта Саути «Доника» смятение души героев также можно проследить по повтору шипящих звуков: «и в них ужасный шепот был», «дрожала твердая скала».

Сам Роберт Саути, чтобы передать мистическую, берущую за душу атмосферу, которая так характерна для поэзии романтизма, использует частые повторы фонемы /s/:

Sudden the unfathom'd lake sent forth

Strange music from beneath,

And slowly o'er the waters sail'd

The solemn sounds of Death [5, c. 64].

Слова: sudden, strange, slowly, solemn несут в себе дополнительную семантическую нагрузку, которая лишний раз подтверждает состояние души героев. Душа Доники больше не принадлежит ей: «А мрачный бес, в нее вселенный адом, ужасно взвыл и улетел». Мрачная картина в переводе баллады, передаваемая филигранными повторами и сочетаниями звуков, вводит в сознание читателя фольклорную фантастику западноевропейских романтических поэтов.

Благодаря искусным, богатым фонетическими особенностями, переводам В.А. Жуковского можно не только провести детальный анализ темы, идеи произведений- оригиналов, не только прочувствовать настроение героев и царящую вокруг них особую атмосферу таинственности, погруженности в созерцание окружающего и внутреннего мира, но и разглядеть глубочайшую философию романтизма.

Так, благодаря музыкальности социофонемы /л/ мы можем наблюдать постепенное раскрытие чувств и эмоций героев, степенность, созерцание красоты природы, благодаря чему герои могут предаться размышлениям о жизни. Частые повторы звука /р/ заставляют читателя вздрагивать в ожидании чего-то ужасного: свершение греха, отчуждение героя от природы, от нравственности и последующее за этим наказание в виде бесконечных душевных мучений и терзаний, которым нет ни конца, ни края. А повторы шипящих звуков только усиливают мрачное настроение, нависшую над героями угрозу, щемящую, сжимающую душу атмосферу. В.А. Жуковский умело передал через фонетические особенности своих переводов основные идеи эпохи романтизма, но и постарался не утратить личностные переживания поэтов, их мироощущение. Как утверждал Н.В.Гоголь, «личность каждого поэта удержана»[6, с.193].

Так, В.А. Жуковский не только сохранил, но и преумножил богатство философии английских поэтов-романтиков, благодаря чему его творчество сыграло большую роль в истории русской литературы.


Список литературы

1. Болотнова Н.С. Филологический анализ текста — М.: Флинта, 2007.—522 c.
2. Английская поэзия в переводах В.А. Жуковского —М.: Радуга, 2000.—354 с.
3. Рябова А.А. Творчество Саути в русских переводах XIX – начала XX века — М.: Флинта, 2012. — 157с.
4. Егоров О. Г. Дневники русских писателей XIX века: Исследование — М.: Флинта, 2017. — 288 с.

Расскажите о нас своим друзьям: