Сравнительно-историческое, типологическое и сопоставительное языкознание | Филологический аспект №11 (55) Ноябрь 2019

УДК 81’37

Дата публикации 25.11.2019

Анализ механизмов номинации в единицах концептуального поля «Осмотр места преступления» (на материале русского и английского языков)

Шашкова Валентина Николаевна
канд. филол. наук, доцент, доцент кафедры иностранных и русского языков, Орловский юридический институт МВД России

Аннотация: Статья посвящена выявлению механизмов номинации, актуализированных в номинативных единицах концептуального поля «Осмотр места преступления» в английском и русском языках. Среди наиболее частотных механизмов номинации в обоих языках были выявлены уточнение сигнификативного значения, метонимический перенос, расширение значения, сужение значения, а также грамматические трансформации, представленные разной частеречной принадлежностью слов в рамках комплексных номинативных единиц.
Ключевые слова: механизмы номинации, лексико-семантические трансформации, уточнение сигнификативного значения, метонимический перенос, расширение значения, сужение значения, грамматические трансформации

Analysis of nomination mechanisms in the units of the conceptual field “Crime Scene Examination” (as exemplified in Russian and English)

Shashkova Valentina Nikolaevna
Cand. Sci. (Philology), associate professor, assistant professor of the Chair of foreign and Russian languages, Orel Law Institute of the Ministry of the Interior of the Russian Federation named after V.V. Lukyanov, Russia, Orel

Abstract: The article is devoted to eliciting nomination mechanisms which are actualized in the nominative units representing the conceptual field “Crime Scene Examination”. Among the most frequent nomination mechanisms in both languages we pointed out specification of significative meaning, metonymic transfer, widening of meaning, narrowing of meaning as well as grammar transformations manifesting themselves in different part of speech representation of interlingual analogues in complex nominative units.
Keywords: nomination mechanisms, lexico-semantic transformations; specification of significative meaning, metonymic transfer, widening of meaning, narrowing of meaning, grammar transformations


В исследовании мы подходим к вопросу о классификации номинативных единиц, используемых для описания референтной области «Осмотр места преступления» с позиции нескольких подходов.

Первым принципом, который положен в основу исследования, является принцип категоризации лексики, относящейся к определённой референтной области. Основу этого принципа фактически составляет когнитивный подход. Именно поэтому в качестве основного термина в исследовании был избран термин когнитивной лингвистики, а именно: «концептуальное поле». Мы исходим из того, что концептуальное поле отражает обобщённые представления о той или иной референтной области, включая типовые модели поведения актантов в этой области. Материализуется концептуальное поле при помощи языковой категории семантического поля, которая понимается как совокупность значений, соотносимых с определённой областью действительности, и языковых средств их выражения. В этом смысле концептуальное поле «Осмотр места преступления» может быть единым, если нет предписанных уголовно-процессуальным законодательством отличий в реализации осмотра места преступления. Применительно к русскому языку оно будет реализовываться  одноимённым семантическим полем, применительно к английскому языку – семантическим полем “Crime Scene Examination”.

Таким образом, мы осуществляем категоризацию лексических единиц, опираясь на модели знаний (статические и динамические), которые заложены в нашем сознании опытом. Среди многочисленных моделей репрезентации знаний, признанных в когнитивной лингвистике, к которым относятся фреймы, сценарии, схемы, ситуационные модели, в качестве основной модели мы выделили пропозицию. Сам термин многозначен. Он используется как при изучении функциональной семантики предложения, так и при представлении когнитивных моделей. Самым важным выводом нашего исследования, который будет является его фундаментальным постулатом, является положение о том, что пропозиция понимается нами в соответствии с концепцией Дж. Андерсона [7], то есть как некоторая модель отражения действительности, которая может быть представлена в виде субъектно-предикатной языковой структуры.

Далее внутри поля и микрополей, выделенных с опорой на когнитивные модели знаний, мы опираемся на функционально-ролевой принцип классификации номинативных средств. Согласно функционально-ролевому принципу классификация лексических единиц, формирующих семантическое поле, осуществляется с опорой на функциональные роли актантов в исследуемой сфере общения. Функционально-ролевой принцип, заложенный исследованиями Ч. Филлмора [3], [4], референциально-ролевой грамматикой Р.Ван Валина и У.Фоли [1], а также фреймовой семантикой [2] основан на категоризации лексических единиц, формирующих семантическое поле, с опорой на функциональные роли актантов в определённой сфере общения. Соответственно, «в самом общем виде такой подход может быть представлен посредством серии вопросов: Кто? Что делает? Каков объект действия?  / На что направлено действие? Каковы характеристики объекта? Каковы обстоятельства совершаемого действия? Каков результат действия? Каковы характеристики результата? / Какова оценка результата?» [5, с. 168-169; 6, c. 193-194]. Конечно, общая схема может варьироваться в зависимости от сферы общения и референтной области.

Третьим принципом при представлении концептуальной организации семантического поля является ономасиологический, который связан с определением механизмов номинации и изучением тех трансформаций, которые имеют место в межъязыковых аналогах.

Основой для сопоставительного анализа послужили языковые единицы, предопределённые логикой оперативно-следственных действий в процессе проведения предварительного следствия. Мы посчитали возможным обратиться, с одной стороны, к межъязыковым преобразованиям при номинации отдельных аспектов деятельности сотрудников органов внутренних дел (далее – ОВД) на этапе осмотра места преступления в рамках предварительного расследования, а с другой стороны, к референциальным свойствам номинативных единиц в разных языках, а также к механизмам номинации, которые проявляют себя в русском и английском языках. 

В ходе работы мы создали межъязыковой глоссарий, включающий межъязыковые синонимы и функционально-семантические аналоги, используемые при описании референтной области «Осмотр места преступления». Мы выделили следующие микрокластеры номинативных единиц» в исследуемом поле: участники осмотра места преступления; основные действия сотрудников ОВД на месте преступления; технические средства, используемые при осмотре места преступления; сохранение места преступления; обыск на месте преступления; регистрация места преступления; сбор доказательств на месте преступления; сохранение и упаковка доказательств; маркировка и документирование доказательств; транспортировка доказательств; отчёт о результатах.

Проведённый далее анализ включал в себя выявление интегральных и дифференциальных признаков номинации аспектов деятельности сотрудника ОВД на этапе осмотра места преступления.

Интегральные признаки, обнаруженные в обоих языках, включают в себя следующие параметры:

1. строгое обозначение области, отдельных аспектов, содержания и характера действия процессуального права: сохранить целостность доказательств – to maintain the chain of custody; to ensure the integrity of evidence (терминологическая синонимия); осветитель «Квадрат» – “Squareilluminator; лупа – a magnifying glass; дактилоскопические порошки –fingerprints powders; колонковая кисть – columnar brush; фотограмметрия – photogrammetry; лазерограмметрия – lasergrammetry;

2. точное и однозначное выражение юридических понятий (часто с использованием латинских заимствований, а также терминологически закреплённых единиц, обычно используемых в нормативных правовых актах и имеющих аналоги в профессиональной речи сотрудника): вещественные доказательства – forensic exhibits (ср.: material evidence, physical evidence), правовая база – legal framework;

3. функциональная направленность номинации, проявляющаяся в соотнесении ментальных концептов, хранящихся в нашем сознании,  с языковой системой и выборе адекватных средств описания исследуемой области действительности (осмотра места преступления) в соответствии с прагматическими функциями участников коммуникативного взаимодействия: выезжать на место происшествия – to go out to a crime scene; оцепить место преступления ограждающей лентой – to secure the crime scene with the crime-scene tape; осматривать место происшествия – to examine; to search; to observe; to inspectto survey a crime scene; провести общий осмотр места происшествия – to conduct general observation of the crime scene; маркировать улики, следы преступления – to tag the evidence; to tag the traces; cфотографировать улики, следы преступления – to take pictures of the evidence / the traces; to photograph the evidence; cобирать вещественные доказательства – to collect physical evidence; to retrieve physical evidence; to recover physical evidence и др.;

4. семантическое разнообразие, проявляющееся в широте тематического покрытия референтной области (в случае нашего исследования речь идёт о широком «тематическом репертуаре», предопределённом различными обстоятельствами преступления, который мы иллюстрируем номинативными единицами из разных микрополей: уникальный идентификатор дела – the unique case identifier; план извлечения доказательств – evidence recovery plan; скоропортящийся материал – the perishable material; рукописные заметки – hand written notes; голосовые заметки – voice recorded notes; уменьшить вероятность перекрёстного загрязнения – to reduce the possibility of cross contamination; изготовить гипсовые слепки     – to make plaster casts; взять мазок капель крови – to swab blood stains; cсотрудники оперативных подразделений – operational staff; operative group; трасолог – эксперт, занимающийся следами     – an expert witness in traceology;

5. использование устойчивых и повторяющихся синтаксических структур в пределах комплексных номинативов: личность свидетеля – the  identity of the witness; подпись автора – the signature of the author; условия перевозки – transportation arrangements; уникальный идентификационный знак – a unique identifying mark;

6. типизированность моделей словообразования с доминированием аффиксального способа: обоснование – justification; сохранение – preservation; наблюдение observation; загрязнение contamination;

7. константность использования, обусловленная высоким уровнем канонизации и формальности взаимодействия в сфере проведения предварительного следствия, которая в свою очередь обусловливает стремление к автоматизму в использовании;

8. перформативность, проявляющаяся в предписании конкретных действий в конкретной ситуации на этапе предварительного расследования: оцепить место преступления ограждающей лентой – to secure the crime scene with the crime-scene tape; маркировать улики – to tag the evidence; сфотографировать улики – to take pictures of the evidence; собрать вещественные  доказательства – to retrieve the evidence; упаковывать улики – to bag the evidence.

Сопоставительный анализ средств и механизмов номинации при рассмотрении референтной зоны «Осмотр места преступления» в русском и английском языках позволил нам сделать следующие выводы о механизмах номинации и тех трансформациях, которые находят отражение при передаче аналогичных концептов средствами русского и английского языков.

К примерам типовых лексико-семантических трансформаций можно отнести семантическую трансформацию уточнения сигнификативного значения номинативной единицы посредством введения дополнительной лексической единицы, формирующей комплексный номинатив. Так, например, в следующих примерах номинации акцентируется внимание адресата на внешних атрибутах или существенных признаках объекта номинации: рукописные заметки – hand written notes; голосовые заметки     – voice recorded notes; неподвижная фотография – still photography; неинвазивные методы – noninvasive techniques. В случае уточнения сигнификативного значения посредством добавления дескриптивной лексической единицы часто имеет место усложнение синтаксической структуры фразы за счёт включения однородных компонентов, объединённых сочинительной связью: краткое и точное описание материала – a concise and accurate description of the material.

Одним из механизмов номинации, выявленных на материале комплексных номинативных единиц, формирующих поле «Осмотр места преступления», является метонимический перенос. Примерами выступают такие единицы, как транспортировка доказательств – transportation of evidence; извлечение физических доказательств – the recovery of forensic exhibits. В этом случае речь идёт о переносе наименования с процесса на результат.

Ещё одной разновидностью лексико-семантических трансформаций, выявленной в ходе анализа, является сужение значения или расширение значения. Так, одним из эквивалентов для русской единицы «лабораторная экспертиза» в английском языке выступает номинатив «laboratory examination». Вариант русского языка представляет собой пример сужения значения, в то время как английский аналог – это пример расширения значения.

Разновидностью грамматических трансформаций, выявленных на материале номинативных единиц, описывающих деятельность сотрудников ОВД по осмотру места происшествия, можно отметить разную частеречную принадлежность лексических компонентов сложной номинативной единицы в разных языках. Наиболее очевидно эта тенденция представлена в лексико-семантической группе, содержащей наименования актантов в исследуемой рефрентной области. Например, в русском языке термин «следственно-оперативная группа» представлен подчинительным словосочетанием имени существительного с производным прилагательным «следственно-оперативная» на основании согласования. Внутри комплексного прилагательного тип связи, связующий компоненты, – это примыкание наречия к прилагательному. Английский язык богат несколькими терминами для обозначения взаимодействующих представителей органов следствия и дознания, наиболее частотными среди которых являются следующие: «crime scene investigator», «exhibits officer» и «forensic scientist». С точки зрения синтаксиса речь идёт не о согласовании, а о двух случаях примыкания: crime scene в первом случае, а далее – о присоединении этой семантически спаянной номинативной единицы к доминантному с точки зрения семантики компоненту – investigator. Грамматически зависимость компонентов не выражается, поэтому мы констатируем во всех этих примерах примыкание. Морфологическую трансформацию можно наблюдать при сопоставлении номинативных единиц «криминалист» и «exhibits officer», где в функционально-семантическом аналоге на английском языке первый компонент представлен существительным во множественном числе.   

Ещё одной специфичной для английского языка морфологической чертой, нашедшей отражение в исследуемом материале, является актуализация форм герундия, что характерно при номинации процессуальных действий. С одной стороны, обладая свойствами существительного, герундий сохраняет глагольную семантику, что абсолютно соответствует наименованию действий. Для наименования процессуальных действий в юридическом дискурсе, типично оформляемом средствами официального стиля, и, следовательно, требующем преобладания именных форм, именно деятельностный компонент семантики выступает на первый план. Поэтому оптимальным способом сочетания формы и семантики являются предусмотренный системой английского языка герундий: упаковка и опечатка предметов packaging and sealing items; запечатывание контейнеров          sealing containers.

Как показывают результаты анализа, на уровне лексико-семантических разновидностей транспозиции значения в русском и английском языках действуют идентичные тенденции и механизмы номинации. Отличия появляются на уровне грамматических, а точнее говоря, на уровне морфологических и синтактико-семантических трансформаций.


Список литературы

1. Ван Валин Р., Фоли У. Референциально-ролевая грамматика. // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. XI.–Москва , 1982. – С. 376–410.
2. Демьянков В.З. Фреймовая семантика // Краткий словарь когнитивных терминов / Кубрякова Е.С., Демьянков В.З., Панкрац Ю.Г., Лузина Л.Г. Под общей редакцией Е.С. Кубряковой. Москва : Филологический факультет МГУ им. М.В. Ломоносова, 1996. – С.189-191.
3. Филлмор Ч. Дело о падеже // Новое в зарубежной лингвистике – Вып. X. – Москва : Прогресс, 1981. – С. 369-495.
4. Филлмор Ч. Фреймы и семантика понимания // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. 23: Когнитивные аспекты языка / Сост., ред., вступ. ст. В.В. Петрова, В.И. Герасимова. – Москва : Прогресс, 1988. – С. 52-93.
5. Шашкова В.Н., Баянжаргал Н. Сопоставительный анализ номинативных средств, используемых при описании референтной области «Деятельность сотрудника ОВД» (на материале русского, английского и монгольского языков) // Международный научно-практический журнал «Филологический аспект». – Нижний Новгород, 2018. – №1 (33).– С. 161-172.
6. Шашкова В.Н. Анализ средств и механизмов номинации, используемых при описании референтной области «Деятельность сотрудника ОВД» (на материале русского и английского языков) // Проблемы лингвистики, методики обучения иностранным языкам и литературоведения в свете межкультурной коммуникации: сборник материалов III Международной научно-практической конференции (26-27 марта 2018 г.) / под ред. О.Ю. Ивановой. – Орёл : ФГБОУ ВО «ОГУ имени И.С. Тургенева», 2018. – С. 192-199.
7. Anderson J.R. A theory for the recognition of items from short memorized lists // Psychological Review – 1976. Vol. 86. P. 417-438.

Расскажите о нас своим друзьям: